— А я всегда буду знать, где ты? — спросила Робин.

— Если хочешь, — сказал Страйк.

— Но это не так важно?

— У меня нет желания, чтобы меня порубили на куски и обернули в масонскую ленту, но согласись, что со мной это проделать будет сложнее, чем с тобой. У тебя что нового?

— Что? Ах, да… Пара моментов. Мне только что перезвонила бабушка Тайлера Пауэлла. Она была в больнице. Будет рада поговорить со мной, если я приеду в Айронбридж.

— Отлично, — сказал Страйк. — Возможно, нам удастся перехватить Дилис и жену Сэмпла за одну поездку.

— Хорошо. — сказала Робин. — Что еще?

— Мидж и Таша расстались.

— Хм, — сказал Страйк. — Я что-то заподозрил. Вчера в офисе у нее был такой вид, будто она плакала. — Понятно, так что постарайся… — Не вести себя как козел?

— Я хотела сказать «постарайся быть с ней помягче», но «не вести себя как козел» тоже сойдет.

— Вполне справедливо. Что-то еще?

— Эм, может в этом ничего и нет, — сказала Робин, — но вчера я еще раз покопалась в Фейсбуке и Инстаграме, просмотрела аккаунты настоящего Озгуда и Оза, и нашла девушку…

Мёрфи повернулся и направился к Робин.

— Страйк, мне нужно идти, — поспешно произнесла она. —

Остальное расскажу тебе позже, но все это становится…

— Да, — сказал Страйк. — Так и есть.

У меня есть свой вкус правды, но есть и свой привкус лжи.…

Роберт Браунинг

«Мистер Сладж, “Медиум”»

В понедельник без четверти два Страйк отправился в Холборн, чтобы побеседовать с Джимом Тоддом, уборщиком из магазина «Рамзи». У него появился предлог чаще звонить Робин, чем он охотно пользовался, потому что для достижения максимального контакта с ней требовалось как использовать свои сильные стороны, так и не позволять Райану Мёрфи изменить план игры.

— Привет, — Робин ответила после второго гудка. — Я только что узнала, почему у нас не получалось найти друга Руперта, Альби, в «Дино». Он не работает там уже пять месяцев.

— А они, черт возьми, не могли просто сказать нам об этом? — возмутился Страйк. Робин тоже находилась в каком-то месте с интенсивным движением, поэтому ему пришлось приложить указательный палец свободной руки к уху, чтобы слышать ее.

— Нет, потому что, по словам официантки, которую я только что встретила на улице, им запрещено разглашать информацию о персонале по телефону. Она говорит, что Альби пошел работать в «Харродс», так что я направляюсь туда. А ты где?

— Подхожу к Лезер-лейн.

— Так это же вотчина Мутного Риччи, — сказала Робин, имея в виду старого гангстера, который был подозреваемым по предыдущему делу.

— Точно.

— Есть какая-то особая причина для звонка или ты просто проверяешь, укокошили меня масоны или нет?

— Да, я только что получил ответ от своего приятеля из Отдела специальных расследований, Хардейкра. Сэмпл определенно служил в спецназе и был уволен по инвалидности в 2015 году после черепномозговой травмы, его ввели тогда на три месяца в медикаментозную кому. Подробностей нет, даже у военной полиции, что заставляет меня думать, что он определенно служил в эскадрилье «Е».

— Значит, Лоуренс точно из МИ-5?

— Я думаю, мы должны принять это как рабочую версию, — сказал Страйк. — Еще по другому вопросу: что ты собиралась рассказать мне в субботу о странице Озгуда в Фейсбуке?

— Ах, да, — Робин в нынешнем состоянии недосыпа забыла, что не сообщила ему эту информацию, хотя и занесла ее в файл. — Ну, одна и та же девушка, ее зовут Сапфир, фигурирует в комментариях как на странице настоящего Озгуда в Фейсбуке, так и на странице фальшивого Оза в Инстаграме. Я немного покопалась и, кажется, нашла ее. Ее зовут Сапфир Нигл, и вот что интересно: она числится на сайте о пропавших без вести. В ноябре она перестала появляться в социальных сетях, и с тех пор ее никто не видел. Я знаю, это может быть совпадением, но…

— Онлайн-знакомство с человеком, который точно не является тем, за кого себя выдает, наводит на размышления, — сказал Страйк.

— Вот именно, — согласилась Робин. — Я не говорю, что она с Озом или что он, Боже упаси, ее убил, но теоретически это возможно. Я подумывала позвонить в организации, занимающиеся поиском пропавших людей, и узнать, что они могут мне сказать. Что думаешь?

— Это не повредит. Нам следует связаться с полицией и выяснить, известно ли им, что с ней случилось. Кстати, «лендровер» прошел техническое обслуживание?

— Нет, — вздохнула Робин, — они звонили десять минут назад. Сказали, что на ремонт потребуется потратить больше денег, чем можно получить, сдав его на металлолом, — она старалась, чтобы голос ее не звучал так грустно, как она себя чувствовала на самом деле. У нее была сентиментальная привязанность к старой машине, которую было бы трудно объяснить любому, кто не знал, как сильно она символизировала побег Робин от мужа, которому машина никогда не нравилась, и ее карьеру, которая так много для нее значила.

— Ты можешь частично оплатить покупку нового автомобиля за счет компании, — сказал Страйк, — новый «лендровер» был бы полезен. Это хорошо, иметь машину, которая отлично подходит для дальних поездок. Это расширит наши возможности. Ладно, дай мне знать, как у тебя пойдет в «Харродсе». Мне пора, я на Лезер-Лейн.

Закончив разговор, Страйк зашагал по узкой улочке, застроенной магазинами, ресторанчиками быстрого питания и рыночными лотками, думая о древнем «лендровере» Робин, которому теперь предстояло отправиться на свалку. Хотя он и не был так привязан к машине, как Робин, но это каким-то образом ознаменовало конец целой эпохи. Ему пришло в голову, что его рождественский подарок Робин, возможно, нуждается в переосмыслении в свете новостей о «кончине» автомобиля.

Паб «Корпорация крафтового пива», который Тодд выбрал для встречи, располагался на углу и был украшен подвесными корзинами и трехмерной моделью королевского штандарта над дверью. Перед тем, как зайти в зал с деревянным полом, Страйк взглянул на арфу, на стоящего на дыбах льва, и на трех львов идущих[43].

Страйк узнал Джима Тодда, но не по лицу, потому что качество записей с камеры Рамзи было очень низким, а по фигуре. Уборщик сидел на кожаной скамье, а на столе перед ним стояла полная пинта пива. У невысокого и очень полного Тодда были маленькие руки и ноги, крошечные голубые глазки, широкий рот с тонкими губами и пряди пушистых седоватых волос вокруг ушей, а вся голова была полностью лысой. На нем были старые брюки и поношенная куртка, он не отрываясь смотрел на молодую женщину в очень короткой юбке, которая стояла у стойки бара.

— Кэмерон, не так ли? — спросил Тодд, когда Страйк подошел к нему с полпинтой индийского пейл-эля в руке.

— Корморан, но я откликаюсь на оба имени, — сказал Страйк, садясь на стул напротив. — Спасибо, что согласились встретиться со мной, я ценю это. Часто тут бываете?

— Вроде того. Я живу неподалеку. Снял небольшую комнату, от нее удобно добираться до работы. Я и компания пакистанцев, нас там больше, чем в ливанском ресторане, хахаха.

— Да, найти жилье в Лондоне дело нешуточное, — Страйк достал блокнот. — Вы убираетесь в нескольких разных компаниях, правильно?

— Все так.

— И все они в одном районе?

— Холборн, Ковент-Гарден, да. Ей-богу, я отлично справляюсь с работой, — Тодд все еще улыбался, но слегка вызывающе.

— Ну, как я уже сказал по телефону, спрашиваю для понимания обстановки. Сколько часов в неделю вы работаете в магазине «Рамзи»?

— По понедельникам и пятницам утром, как обычно, и иногда сверхурочно, полирую серебро и прочее.