— Кто именно убирался? — спросил Страйк.

Мёрфи перевернул страницу.

— Парень по имени Тодд.

Уборщик — мужчина? — переспросил Страйк.

— Я слышала, мужчины умеют убираться, — сказала Робин.

— Я думал, это городская легенда, — сказал Страйк.

Сделав вид, что не слышал этого разговора, Мёрфи продолжил:

— Наработки Агентства, очевидно, оказались бы под угрозой, начни полиция проводить идентификацию Ноулза по ДНК, поэтому Агентство попросило полицию подыграть и продолжать призывать граждан предоставить информацию, пока они не завершат расследование о незаконном обороте оружия и можно будет спокойно взять образцы ДНК у родственников Ноулза. К сожалению, парень, который вел дело о хранилище, Малкольм Трумэн, самовольно объявил об уверенности полиции в том, что тело принадлежало Ноулзу.

— Какого хрена он это сделал? — искренне удивился Страйк.

— Журналисты продолжали раскручивать масонскую версию, и Трумэн не хотел выглядеть человеком, у которого нет никаких зацепок. Мой источник говорит, что он высокомерный болван, который не хотел выглядеть невежественным в прессе. Его отстранили от работы после того, как он выступил. Команда, работавшая над этим делом, пыталась исправить ошибку, но газеты потеряли интерес, как только узнали, что Райт был преступником, а версия о масонстве — полная чушь. Короче, — сказал Мёрфи, — Уильям Райт — это Джейсон Ноулз, но они пока не могут это доказать.

Мёрфи отставил стакан с водой и потянулся за куском пиццы.

— Я так понимаю, люди, работавшие в магазине, вне подозрения? — спросил Страйк.

— Да, у них у всех было железное алиби, — сказал Мёрфи с набитым пиццей ртом. — Уборщик Тодд до поздней ночи играл в карты с группой игроков в покер, которые подтвердили, что он был с ними. Менеджер по имени Памела провела выходные в Грэнтеме, на семейной свадьбе, которая началась в восемь вечера в пятницу. Владелец, Рамзи, ухаживает за своей женой; на выходных у них гостили друзья, которые подтвердили, что он выходил из дома только для того, чтобы пообедать с ними в пабе в субботу.

С минуту все трое ели молча. Робин хотела спросить Страйка, что он обо всем этом думает, но не хотела делать этого в присутствии Мёрфи. Страйк, тем временем, размышлял о том, что сотрудник уголовного розыска явно не хотел, чтобы агентство бралось за это дело. Хотя до этого момента он и сам не хотел браться за него, Страйк внезапно задумался, не предоставляется ли ему великолепная возможность вбить клин между Робин и ее парнем.

Ты упомянул о существовании других вариантов, кем мог быть Райт, — обратилась Робин к Мёрфи.

— Да, было несколько версий, — сказал Мёрфи. Он снова взял свой блокнот и перевернул страницу. — Почти все были исключены. Но двоих парней нельзя было вычеркнуть, потому что у них не смогли взять образец ДНК. Одного звали Тайлер Пауэлл. На телефон доверия позвонила его бабушка. По-видимому, у него дома, в Мидлендсе, возникли какие-то проблемы, и он сказал бабушке, что нашел работу на юге. Он был подходящего роста и возраста, но других причин предполагать, что это он, нет.

— А бабушке не могли провести тестирование, чтобы проверить ДНК? — спросил Страйк.

— Пауэлл усыновлен.

— А кто был другой? — спросила Робин.

— Мужчина по имени Найл Сэмпл. О нем писали в прессе, потому что он был бывшим десантником с психическими проблемами, который исчез из своего дома в Шотландии и оборвал все контакты. Опять же, никаких кровных родственников. Его мать была кремирована, как раз перед тем, как он исчез. Его жена обратилась в полицию. У него был подходящий рост и группа крови, но в остальном ничто не указывало на то, что это он.

— И не было версий, что Райт может быть Рупертом Флитвудом? — спросила Робин.

— Мой источник упомянул только Пауэлла и Сэмпла, — сказал Мёрфи.

— А эта история с мужчиной по вызову... — добавила Робин.

— Что за история? — Страйк оторвался от своего блокнота.

— Просто неудачная шутка, которая разрослась как снежный ком, — сказал Мёрфи. — Тело было раздетым, вот с этого все и началось.

— Возможно, это странный вопрос, — начала Робин, — но было ли что-нибудь вырезано на спине трупа?

— Откуда, черт возьми, ты об этом знаешь? — резко спросил Мёрфи.

— Я нашла это в Интернете, — сказала Робин, уязвленная его тоном, особенно в присутствии Страйка. — Кто-то, комментируя эту историю, написал, что на нем была вырезана буква «G».

— Мой источник сказал, что это было клеймо, — Мёрфи закрыл блокнот. — И это все, что у меня есть.

— Что ж, спасибо, Райан, — поблагодарила Робин. — Это...

И что теперь? — спросил Мёрфи. Он смотрел скорее на Страйка, чем на Робин.

— Мы хотели выяснить, есть ли у полиции уверенность в опознании личности, — сказал Страйк, — и теперь мы знаем, что уверенности нет.

— Вы не должны связываться с чертовым семейством Ноулз, — сказал Мёрфи.

— Мы и не собирались. У нас нет судебной лаборатории, мы не можем делать анализ ДНК.

— Значит, вы не будете браться за это дело? — спросил Мёрфи.

— Нам с Робин нужно будет это обсудить, — сказал Страйк.

— Кто-нибудь хочет еще?.. — начала Робин.

— Это Ноулз, — Мёрфи свирепо глядел на Страйка. — Ты просто будешь водить эту женщину за нос, делая вид, что это может быть ее парень.

— Не уверен насчёт этого, — нарочито спокойно ответил Страйк. Пусть Робин понаблюдает, как Мёрфи становится агрессивным и пытается диктовать, что следует расследовать агентству, — между Рупертом Флитвудом и телом есть много общего, у него были веские причины залечь на дно на некоторое время, а также ценное серебро на продажу.

Робин, которая прекрасно знала, что Страйк не верит, будто Руперт Флитвуд был Уильямом Райтом, предположила, что он говорит это потому, что его так же, как и ее, раздражал повелительный тон Мёрфи.

— В любом случае, — Страйк поставил тарелку и поднялся на ноги, — я, пожалуй, пойду.

— Уже? — растерянно спросила Робин. — Есть еще пицца. И пудинг.

— Я встречаюсь с Бижу, — Страйк поглядел Робин прямо в глаза. Робин почувствовала, что краснеет, и отдала бы все на свете, чтобы этого не делать. — Спасибо, — добавил Страйк, глядя на явно раздраженного Мёрфи, — это было чрезвычайно полезно.

А потом эти внезапные уловки, долгие секреты,

Непостижимые сюжеты, многосмысленны сообщения,

Специально спланированные встречи, опасности взгляда, –

Она знает? Или она не знает?

Роберт Браунинг

«На балконе»

График рабочих смен был составлен таким образом, что Страйк и Робин встретились только в пятницу, которая выдалась холодной и безоблачной. Центр Лондона был уже полностью украшен к Рождеству, и в одиннадцать часов Робин стояла на Маунт-стрит в Белгравии под одной из нелепых растяжек с серебряными гирляндами, протянувшейся через дорогу, делая вид, что разговаривает по телефону, в то время как бывшая жена их клиента, профессионального игрока в крикет, делала покупки в бутике «Баленсиага».

Несмотря на то, что Робин надела перчатки и пальто, холод пробирал до самых кончиков пальцев. Она чувствовала себя подавленной и уставшей, потому что все еще плохо спала. Визит Страйка оставил неприятный осадок. На следующее утро Мёрфи вернулся к теме трупа в хранилище, подчеркнув, как опасно провоцировать человека, который отдал приказ убить собственного племянника. Он в очередной раз напомнил Робин, что опасности подвергнутся не только Страйк, но и другие люди, если Линден Ноулз узнает, что в отношении смерти Джейсона ведется расследование. Робин повторила, изо всех сил стараясь говорить без ноток возмущения в голосе, что ни у нее, ни у Страйка нет намерения приближаться к дяде Джейсона. Она заверила его, что тайна человека под прикрытием останется тайной.