― Вероятно, это произошло после того, как выяснилось, что серебристый «пежо» дважды приезжал в Ньюэм, ― отметила Робин.

― Я тоже так думаю. Похоже, их разозлило, что мы знаем о принадлежности Малкольма Трумана к масонам, а еще больше ― мое предположение, что он поэтому отказался рассматривать версию, будто это не тело Джейсона Ноулза, и, само собой, я позаботился, чтобы это осталось у них на записях.

Страйка одолела зевота, и он поднял руку, чтобы попросить у официанта еще кофе.

― Полагаю, ты заметила, ― сказал он, когда его кружку снова наполнили, ― что в прессе нет ни слова о частных порнофильмах лорда Оливера Брэнфута? Братья де Леон не выполняют свою часть сделки.

― Прошло всего несколько дней. Мы же договорились, что сначала они подготовят мать.

― Мне нужно нейтрализовать Брэнфута, ― сказал Страйк. ― Пока он шныряет вокруг и шлет головорезов, чтобы запугивать нас, мы во многих отношениях уязвимы. Фраза «мы думаем, у вас есть квартира, где вы снимаете порнофильмы» ― слишком слабая основа для ответного удара. Нам нужны доказательства. Адрес.

― Ты все еще считаешь, что тот, кто угрожал мне, был человеком Брэнфута?

― Ни у кого из тех, кто связан с этим делом, нет в распоряжении парней, готовых нарушить закон за пачку наличных. А пока у этого ублюдка прямая линия с Калпеппером, мы по-прежнему рискуем столкнуться с очередной порцией желтизны в прессе. Мне уже досталось ехидное замечание старшего инспектора Нортмора насчет методов моей работы. Думаю, он был бы чертовски рад снова увидеть меня в таблоидах. Было бы очень кстати, если мы могли бы исключить Пауэлла или Сэмпла. Как там Уинн Джонс?

Робин кратко пересказала свой разговор с Джонсом и закончила словами:

― Насколько я могу судить, он знает, где Тайлер, и пообещал не выдавать его. Он убежден, что Тайлер не трогал машину, но алиби Тайлера на ту ночь крайне шаткое: он плохо себя чувствовал и остался дома, в пустом родительском доме. Но, с другой стороны, верится с трудом, что Тайлер ехал за ними до самого Бирмингема, чтобы возиться с антиблокировочной системой на парковке.

― Согласен, ― Страйк провел рукой по небритой щеке и спросил: ― Ты поверила Джонсу, когда он сказал, что Пауэлл никогда не упоминал при нем о серебре?

― Он вроде как высмеял эту идею, ― ответила Робин. ― Скорее всего, они говорили о Сильвене Деланде. Стоит ли Пат продолжать обзванивать все пабы с названием «Серебряное что-то там»? Мы тратим много рабочего времени, которое потом придется оплачивать Десиме.

― Да, поскольку на Пауэлла у нас больше ни хрена нет… Кстати, в четверг я наконец вышел напрямую на шотландскую Гейтсхед. Когда я спросил, не она ли Рена Лидделл, она выкрикнула что-то вроде «не смей произносить мое имя» и бросила трубку. В общем, думаю, можно смело предположить, что это она. Я оставил сообщения на всех ее старых страницах в соцсетях с просьбой выйти на связь. Бог знает, где она сейчас… Судя по тому, что она говорила, не в Лондоне. Я подумал, может, она вернулась в Шотландию, но ночью проверил и не нашел ни одного шотландского паба с названием «Золотое руно». Если только я его случайно не пропустил. Видимо, такое название привлекает только англичан и валлийцев…

― В любом случае, ― продолжил он, ― я собираюсь утром заглянуть в библиотеку Холборна.

― Чтобы выяснить, почему у шотландцев нет пабов с названием «Золотое руно»? ― недоуменно спросила Робин.

― Нет, хочу посмотреть, нет ли у них старых планов ФримасонсХолла и Уайлд-корта. В интернете я ничего не нашел, а в библиотечных архивах могут храниться старые материалы.

― Зачем тебе планы Уайлд-корт?

― Потому что я до сих пор не могу понять, как Райт и Оз попали в ту ночь в магазин. Ты сама говорила, что наверняка есть записи с камер, где они идут к магазину, но, если бы полиция их нашла, уже сообщила бы об этом. Примерно в то время на Уайлд-Корт были замечены лишь четверо студентов, которых уже исключили из числа подозреваемых. Так как, черт возьми, двум мужчинам удалось материализоваться на Уайлдкорт, чтобы их никто не заметил и не зафиксировали камеры?

― Не знаю, но какое отношение имеют планы?.. Погоди, ― сказала Робин, не зная, смеяться ей или нет. ― Ты что, предполагаешь что-то вроде?..

― Потайного хода между Холлом и магазином, к которому он примыкает? Согласен, звучит неправдоподобно, но я хочу проверить, когда был построен магазин, и выяснить, не переделывали ли часть Холла под него. Если между двумя зданиями есть проход, то нам, вероятно, нужно искать двух мужчин, которые вечером вошли во Фримасонс-Холл после того, как Райт сел в метро на Ковент-Гарден.

― Но Холл был бы закрыт… А, ты имеешь в виду, для посещения собрания масонов?

― Возможно. Я пытаюсь выяснить, какие ложи собирались там в ту ночь. Если Оз и Райт были масонами, это может объяснить, почему Райт доверял Озу, даже зная, что за ним кто-то может прийти.

― Но, если Райт доверял Озу потому, что они были масонами, Оз мог заманить его куда угодно, ― сказала Робин. ― Зачем встречаться во Фримасонс-Холл при куче свидетелей масонов, а потом уводить его с собрания, чтобы убить в магазине «Рамзи»?

― Почему это обязательно нужно было делать в хранилище, ― нахмурившись, произнес Страйк. ― Да. Мы снова вернулись к началу.

...странные холодные глаза маленькой русалочки

И блеск ее золотых волос.

Мэтью Арнольд

Покинутый водяной

Новость об убийстве Джима Тодда и его матери попала в лондонскую газету «Ивнинг Стандард» на следующий день. К облегчению Страйка, о его присутствии на месте преступления не упоминалось. В кои-то веки интересы полиции, похоже, совпали с его собственными: они не хотели огласки того факта, что детективное агентство «Страйк и Эллакотт», возможно, опережает их в расследовании убийства в серебряном хранилище, а Страйк не хотел, чтобы журналисты возвращались на Денмарк-стрит. Газеты, похоже, не заметили связи между смертью Райта и убийством Тодда и его матери, чему Робин тоже была рада. Ей не нужны были дальнейшие осложнения в ее и без того сильно натянутых отношениях с Мёрфи.

Она и ее парень наконец увиделись во вторник вечером в пабе «Герцог». Мёрфи выглядел так, словно похудел за те два дня, что прошли с их последней встречи. Слегка сгорбившись, с покрасневшими глазами, он слушал, как Робин произносила заранее подготовленную речь.

― Я не оставлю тебя, ― начала она, и на глазах Мёрфи выступили слезы; он потянулся и схватил ее за руку, но Робин отдернула ее. ― Но мы не можем притворяться, что между нами все хорошо и ничего не произошло, Райан, потому что на самом деле это не так. Я не могу съехаться с тобой, пока мы не восстановим доверие.

― Это справедливо, ― сказал Мёрфи, ― это совершенно справедливо. Я думал, что, черт возьми, потерял тебя навсегда, ― произнес он срывающимся голосом. ― Я, блин, так сильно тебя люблю, Робин.

― Я тоже тебя люблю, ― сказала Робин, ― но на этот раз нам нужна честность. Мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что происходит на работе и как у тебя обстоят дела с выпивкой...

― Вчера я вернулся в общество анонимных алкоголиков, ― сказал Мёрфи. ― Я стал пропускать их собрания. На работе было так много дел, и я сказал себе, что не могу позволить себе тратить на это время, но сейчас это на первом месте. Если бы это чертово расследование только закончилось...

― Почему в отношении тебя ведется расследование? Потому что пьешь?

― Нет, из-за того парня, которого я первым арестовал за бандитскую разборку, ― пробормотал Мёрфи, который явно не хотел вдаваться в подробности, но Робин надавила на него.

― Но почему они начали расследование против тебя?

― Он… утверждает, что я его избил.