— Так что там насчет Памелы и Тодда? — напомнила Робин.

— Тодд с удовольствием встретится, но не сможет раньше девятнадцатого. Памела Буллен-Дрисколл послала меня куда подальше.

— Серьезно?

— Очень вежливо, — пояснил Страйк, — и очень холодно. «Я сказала полиции все, что хотела, мистер Страйк».

— О, — сказала Робин. — Кстати, я получила твое письмо о Джейд Сэмпл.

— Да, еще одна девушка, которая не очень-то хочет со мной разговаривать. Я отправил ей скриншоты документов, удостоверяющих мою личность, но ответа не последовало. Возможно, она не так уж стремится найти своего мужа, как утверждала прессе. Когда мы разговаривали, с ней был какой-то грубоватый мужчина. Но я просмотрел все записи с камер из магазина «Рамзи» за интересующие нас дни, — продолжал Страйк. — Подходи, я покажу тебе отобранные моменты.

Робин взяла свой кофе и подвинула стул, чтобы сесть рядом со Страйком. Он почувствовал легкий аромат подаренных им духов.

— Итак, — Страйк открывал свой блокнот на странице, где было отмечено время моментов, когда нужно остановить запись. Он нажал на кнопку воспроизведения и сразу же переключился на быструю перемотку.

— О боже, — простонала Робин.

— Да, — сказал Страйк.

Качество записи на черно-белой пленке было очень плохим, очертания шкафов, столов и столового серебра в пустом магазине были нечеткими.

— Как я и говорил, эта камера — просто полное дерьмо. Так, — сказал Страйк, наблюдая, как быстро бегут минуты на маленьких электронных часах в углу экрана. — Без двадцати девять прибывает Памела Буллен-Дрисколл.

Он снова нажал кнопку воспроизведения. За стеклянной панелью двери возник прямоугольный женский силуэт, черты ее лица было невозможно разглядеть. Она вошла, включила свет, затем набрала номер на клавиатуре рядом с дверью, чтобы отключить сигнализацию. Страйк снова нажал на кнопку перемотки вперед.

— Она открыла покосившуюся дверь в подвал с третьего раза, и мы можем сделать вывод, что она вешала свою сумку и готовила кофе, потому что она вернулась наверх без сумки и с кружкой. Она поднимает жалюзи, — отметил Страйк, и Робин наблюдала, как Памела орудует для этого металлической ручкой. — Кстати, обрати внимание, что правая шторка повреждена. Она не доходит до нижней части окна полностью — еще один предполагаемый изъян системы безопасности, который Рамзи не потрудился исправить. В восемь пятьдесят четыре прибывает наша жертва. Это, — сказал он, снова включая воспроизведение, — Уильям

Райт.

В магазин вошел мужчина в костюме, его изображение было таким же размытым, как и Памелы. Его темная борода закрывала большую часть лица, как и очки в толстой оправе, которые были видны даже на этой некачественной записи. Робин вспомнила комментарий Дэза о том, что Райт был похож на персонажа из «Угадай, кто?». Райт поднял руку в знак приветствия Памелы, которая теперь сидела за прилавком.

Страйк снова включил перемотку.

— Утром не произошло ничего интересного, — сказал он, пока Памела и Райт на записи с комичной быстротой передвигались по залу. — Дела идут не очень. Три посетителя, и только один из них что-то купил, вот он, — сказал Страйк, указывая на пожилого мужчину, снующего между стеклянными витринами.

На отметке 11.46 Страйк снова нажал на кнопку воспроизведения, и они увидели, как Уильям Райт выписывает старику чек.

— Определенно левша, — сказала Робин.

— Совершенно верно, — подтвердил Страйк, снова включая перемотку. — И вот, в три минуты второго, появляется Кеннет Рамзи.

И действительно, появился Рамзи, которого Робин узнала по копне серебристых волос.

— Взволнован, — Страйк наблюдал, как Рамзи расхаживает по залу и жестикулирует, обмениваясь комментариями с Памелой и Райтом, — потому что думает, что серебро Мёрдока вот-вот прибудет.

На экране Рамзи трижды выходил из магазина, чтобы взглянуть на Уайлд-Корт в надежде увидеть фургон доставки «Гибсонс», но каждый раз возвращался разочарованный.

— Он слонялся без дела до четырнадцати минут третьего, — сказал Страйк, — потом решил, что его обеденный перерыв не может длиться вечно, и ушел. Затем, в четверть четвертого, товар наконец прибыл.

Он включил воспроизведение.

Из-за двери, которую открыл Райт, появился курьер — крупный мужчина в комбинезоне. Он вошел, толкая перед собой тележку с двумя ящиками среднего размера и одним поменьше.

— Райт сгружает с тележки первые три ящика, — показывал Страйк, пока Робин наблюдала за происходящим на экране, — и выходит на улицу, чтобы помочь курьеру с самым большим ящиком. Они вместе снимают его с тележки и складывают рядом с остальными, а теперь посмотри на это… курьер говорит, что в его обязанности не входит доносить ящики дальше торгового зала.

Памела начала жестикулировать, курьер покачал головой. Памела подписала документ, который он ей протянул. Курьер ушел.

Памела снова спустилась в подвал.

— Она пошла открывать хранилище, — сказал Страйк. — Обрати внимание, что в присутствии Райта она этого не делает.

Они наблюдали, как Райт поднял самый маленький ящик и стоял, ожидая, когда Памела появится снова. Когда она вернулась наверх, Райт спустился в подвал, а Памела позвонила по мобильному телефону.

— Итог звонка Памелы мы увидим без четверти четыре, — сказал Страйк, снова нажимая на перемотку вперед.

В магазин вошла блондинка и начала ходить между шкафами. Райт спешно поднял один из ящиков среднего размера и поспешил с ним к хранилищу. Покупательница-блондинка заговорила с Памелой, которая надела белые перчатки, чтобы открыть шкаф. Пока она показывала клиентке неразличимые мелкие предметы, Райт появился снова и отнес третий ящик в подвал.

В 15:47 в магазине появился еще один человек. Это был лысеющий мужчина, почти круглой формы, с рюкзаком за спиной и, судя по всему, в комбинезоне. Страйк нажал на паузу.

— Это Джим Тодд, уборщик.

— Откуда ты знаешь?

— Когда я с ним разговаривал, он предположил, что я уже знал, что Памела вызвала его в магазин, потому что Райту нужна была помощь с перемещением самого большого ящика в хранилище. Тодд убирался в офисе неподалеку по пятницам после обеда, так что Памела упросила его уйти пораньше и помочь с ящиком.

— Он не похож на человека, который легко поднимает тяжести, — сказала Робин.

— В этом ты права, — сказал Страйк, снова нажимая на воспроизведение. — Смотри.

Райт, который только что поднялся из хранилища, помог Тодду поднять самый большой ящик, хотя Тодд явно с трудом выдерживал его вес, и они, как крабы, попятились к лестнице, ведущей в хранилище, и исчезли. Памела все еще была занята с покупательницей-блондинкой. Страйк включил перемотку. Райт вернулся в зал один.

— По-моему, у Тодда внизу небольшой сердечный приступ, — сказал Страйк. — Смотри дальше.

Покупательница-блондинка все еще выбирала товар, и Робин вспомнила о маленьком серебряном шарме в виде шара, который ей понравился. Наконец появился Тодд, массируя себе грудь. Блондинка вышла из магазина. Памела в одиночестве спустилась по лестнице в хранилище.

— Это случится, — сказал Страйк, — когда Памела начнет открывать ящики и поймет, что часть посылок перепутана… она возвращается наверх...

Памела вернулась в зал, держа в руках неопознанные предметы.

— Это те «безделушки», на которые делала ставку Памела, и которые должны были достаться «Буллен&Ко»? — спросила Робин.

— Тебе следовало бы стать детективом, — сказал Страйк.

— Она находит сумку для вещей, отдает ее Райту, велит ему отвезти ее в «Буллен&Ко»... Он уходит... И она делает еще один звонок.

Страйк снова нажал на кнопку перемотки. Памела закончила разговор по мобильному, затем поговорила с Тоддом, который, судя по его жестам, давал ей понять, что ему нужно быть в другом месте.

— Говорит, что он ей еще нужен, — продолжала Робин.

— Да, — сказал Страйк, — потому что Райт не сможет в одиночку донести декоративную подставку до хранилища, как только привезет его от «Буллен&Ко».