Памела вернулась в хранилище и появилась в 16:42. Она достала что-то из кармана куртки.
— Смотри внимательно, — сказал Страйк, снова нажимая кнопку воспроизведения.
— Сообщение? — спросила Робин, когда Памела на экране уставилась на то, что было у нее в руке.
— Думаю, да, — сказал Страйк. — Следи за языком тела.
Памела застыла на месте почти на минуту, пока Тодд снова не заговорил с ней. Она подняла на него глаза. Последовал еще один оживленный разговор, Памела указала на хранилище, а затем сделала движение рукой.
— Озвучивает правила, — сказал Страйк. — Он хочет уйти, но она хочет, чтобы он остался и помог Райту отнести вниз декоративную подставку, как только его доставят.
Страйк перемотал запись еще раз, остановившись на шести минутах шестого, когда Памеле снова позвонили на мобильный. Прижимая телефон к уху, она указала на Тодда, который вышел через входную дверь. В девять минут шестого Райт и Тодд появились снова, сгибаясь под тяжестью еще одного большого ящика.
— Декоративная подставка из Восточной ложи доставлена нужному покупателю, — сказал Страйк, когда двое мужчин, пошатываясь, скрылись из виду за дверью, ведущей в хранилище.
Тодд снова появился из подвала, держа в руках сумку Памелы. Она выхватила ее у него из рук и, что-то сказав ему через плечо, направилась к выходу на улицу.
— И она ушла, — сказал Страйк, снова нажимая на паузу.
— Для женщины, которая до этого так щепетильно относилась к безопасности... — сказала Робин.
— Вот именно. Она свалила, оставив в магазине двух мужчин, у которых нет кодов или ключей, вернее, не должно было быть.
Страйк снова нажал на воспроизведение. У Джима Тодда, похоже, начался приступ кашля.
— Это сейчас у него случился сердечный приступ? — спросила Робин.
— Он выжил, но, я думаю, физический труд взял свое.
Он прокрутил запись до без пяти минут шесть.
— Райт возвращается наверх… Тодд уходит...
— Подожди, — сказала Робин, и Страйк снова нажал на паузу. — Райт что-то держит в руках, не так ли?
Страйк перемотал назад и нажал на воспроизведение.
— Да, — сказала Робин. — Сумку или что-то в этом роде. Он прижимает это к груди.
— Может быть, — сказал Страйк. Изображение было таким зернистым, что трудно было сказать наверняка. — Он опускает рольставни… рольставни на правом окне все также не опускается до нижней части окна… выключает свет… и уходит, хлопнув дверью.
Страйк снова поставил запись на паузу.
— Какие мысли? — спросил он.
— Дверь хранилища все еще может быть открыта. Входная дверь не заперта должным образом. Сигнализация не установлена.
— Ты молодец, — сказал Страйк.
— Между Райтом и Памелой был сговор?
— Есть такая вероятность. А теперь смотри...
Страйк снова включил перемотку. На их глазах в магазине становилось все темнее. Десять часов вечера, одиннадцать часов. Час ночи. Сквозь щель в окне, не прикрытую сломанной шторой, проникало немного света.
На отметку десять минут второго ночи Страйк снова нажал кнопку воспроизведения.
Кто-то открывал дверь магазина. Темнота была такой, что происходящее было едва различимо: слабый отблеск на стекле в двери, тень, скользящая по полу магазина. Камера была выключена в одиннадцать минут второго.
— Продолжай смотреть, — сказал Страйк.
Секундная темнота, затем часы показали 3:07. Тень снова пересекла торговый зал в противоположном направлении. Почти неразличимая фигура включила сигнализацию. Дверь открылась и закрылась, и тени исчезли.
Робин взяла свой чуть теплый кофе, чувствуя, как по спине пробежали неприятные мурашки. В то время, пока камера не работала, произошло убийство, и она, казалось, чувствовала на себе взгляды мужчин на пробковой доске позади нее, смотревших сверху на пару, которая пыталась разгадать это дело как интересную головоломку.
— И это все, что можно сказать о ночи убийства, — сказал Страйк, снова включая «быструю перемотку». — В выходные ничего не происходит... Магазин пустует всю субботу… в воскресенье он попрежнему пустует… а в понедельник, двадцатого числа, у нас раннее открытие. В восемь часов утра, чтобы Тодд мог прибраться до прихода клиентов...
Они увидели, как Памела Буллен-Дрисколл снова появилась в виде силуэта и открыла входную дверь. Тодд последовал за ней внутрь в своем рабочем комбинезоне.
— У Тодда нет ключа, — прокомментировала Робин, — Ей приходится впускать его.
— Правильно.
Страйк нажал на паузу, когда Памела выключала сигнализацию.
— Либо она забыла, что не включала сигнализацию в пятницу, либо ожидала, что это сделал кто-то другой. Она не выглядит обеспокоенной или смущенной от того, что сигнализация включена.
— Почему убийца включил ее? — спросила Робин.
— Очень хороший вопрос, — сказал Страйк. — При повторном просмотре все выглядит так, как будто преступник либо работал в магазине, либо был связан с кем-то из сотрудников. С другой стороны, у Тодда очень кстати был целый час, чтобы стереть как можно больше отпечатков пальцев, — сказал Страйк. — А теперь смотри...
Страйк снова нажал на кнопку воспроизведения. Тодд спустился по лестнице в подвал. Продолжая перемотку, они увидели, как Памела открывает металлические рольставни. Тодд появился снова, держа в руках ведро с чистящими средствами, и начал протирать стеклянные шкафы и прилавок.
— Наступает девять часов, — сказал Страйк, когда часы в правом верхнем углу экрана начали отсчитывать минуты. Райт должен быть на месте, но его нет. Памела звонит по телефону.… никто не отвечает.
Тодд исчез в подвале.
— Он убирает на кухне для персонала и в туалете. Памела идет поискать Райта на улицу, он опаздывает уже на сорок минут. Она возвращается к прилавку, делает еще один телефонный звонок.… никто не отвечает... А вот и Кеннет Рамзи.
Робин видела, как вошел Рамзи. Он спустился по лестнице в хранилище. Теперь Страйк нажал на воспроизведение еще раз.
— Итак, Рамзи не видно, он открывает дверь хранилища… Я думаю, он, должно быть, закричал, потому что смотри...
Памела поспешно подошла к верхней площадке лестницы и посмотрела вниз.
— Затем она тоже спускается...
В течение двух минут магазин был пуст. Затем входная дверь открылась, и вошел невысокий бородатый мужчина в темном костюме.
— Это, — Страйк снова сделал паузу, — Джон Оклер, коллекционер, которому Рамзи собирался продать серебро Мёрдока. Я навел о нем справки. Миллионер, занимается рекламным бизнесом.
Памела спустилась с лестницы, нетвердой походкой добралась до телефона на столе и набрала номер.
— Звонит в полицию... Она падает на стул… предположительно, рассказывает растерянному Оклеру о том, что они только что обнаружили… и, что неудивительно, он сваливает...
На экране рекламный магнат пятился к главной двери. Он открыл ее и быстро вышел. Страйк нажал на паузу.
— Остальное можно не смотреть, ничего стоящего. Как и ожидалось, появляется полиция. Дверь заперта, Рамзи, Памела и Тодд вызваны на допрос.
У Страйка зазвонил мобильный, и, к его удивлению, он увидел имя своего старого друга Штыря.
— В чем дело? — спросил он.
— Хочу поговорить, — сказал Штырь.
— О чем?
— Лично.
Страйк знал, что Штырь вообще не любит долгих телефонных разговоров. В основном это было связано с тем, что он предпочитал личное общение, поскольку часто оно принимало форму избиений и поножовщины.
— Когда? — спросил он.
— Скоро. Сейчас, — ответил Штырь.
— Где ты?
— На Клэпхем-джанкшен. Тебе придется зайти ко мне. Я должен быть здесь. Встречаюсь с одним чуваком.
Страйк перевел взгляд на окно. Это был очередной пасмурный зимний день. Его нога все еще болела, и он рассчитывал провести день со своей напарницей, надеясь, пусть и чрезмерно оптимистично, что у него будет шанс выразить свои намерения, но Штырь редко выходил на связь без ценной информации.
