По жестокому стечению обстоятельств, этим авантюристом на пенсии был главарь всей банды… нет, сами члены называли себя менее злобно, а именно отрядом. «Отрядом Кручера», в честь их горделивого командира и сильнейшего воина.

Кстати о нем…

— Ладно, но пацан будет бесплатно воду выдавать, — Кручер, он же ящероподобная рептилия, хладнокровный демон.

Это было в его характере. В характере жадного и скупого демона который держался за последнюю монету как дворовая псина за кусок мяса. Услышав командира, один из магов громко и во всеуслышание сказал: «Ага!» Ничего примирительного, в его тоне не было. Только что, неизвестный маг отобрал у него несколько звенящих монет, конечно демон был взбешён.

— Мот, тебе что-то не нравится? — Кручер опалил демонического мага в балахоне своим жгучим взглядом, отчего тот осекся, как только открыл пасть. Он собирался, собирался с мужеством высказать капитану все что думает о его «экономии» средств, ведь демон-магу платили целый металлолом* (денежная система этого континента делится на четыре вида валюты: монеты из зелёной руды — самые дорогие; Железная монета; монета из металлолома; Каменная монета), за полное наполнение всех резервов воды, которые те держали при себе.

Это небольшая надбавка, за которую разве что небольшой кусок мяса с десятую часть килограмма прикупить можно, но это были легкие деньги.

Подняв свои кошачьи глаза и встретившись с жестокими глазами рептилии, весь запутанный клубок его гнева куда-то испарился. Демон-маг был смел только когда его никто не слышит. Усы мага дернулись, и он отвел взгляд, ровно как в животном мире. Только что, кошачий маг уступил рептилии вожаку.

— Хмпф, вот и помалкивай, — бросил напоследок главарь шайки, после чего махнул когтистой рукой, мол чтобы Нилрем и Киширика шли за ним.

Так, неизвестные никому «дети» присоединились к каравану, который насчитывал в себе три повозки, две из которых были забиты рабами.

— Ах, ну разве не прекрасно? Вечный спутник мой, тебе не подобает так кривить душой, когда рядом Я! Великая и Непревзойдённая! Фуах?!

— Знаешь, Киширика, когда это повторяется не просто изо дня в день, а из часа в час, не удивляйся, что тебя никто не признает в качестве Императрицы.

— Э-это неправда, ты врешь, ведь я точно знаю. Мои подданные ждут меня!

— В могилах.

Язвительно добавил Нилрем, обращая взгляд на то, что было вдали.

Прямо сейчас, для юного дарования, горизонт не отпускал солнце для рассвета, он его «выплевывал». Еда была помоями, окружающие — демонами, а собственные силы — ничтожными.

Одним словом, «Ужасно». Утро Грейрата не задалось. Его скверное настроение легко могло проясниться, скажи он Киширике два слова: «Плохой сон», и большинство вопросов бы отпали.

В частности, после переноса, Нилрему такие сны начали сниться чаще чем когда-либо. Особо сильно на него такой сон повлиял сегодня. Жаль не помнит он их содержания, лишь чувства оставляли горький привкус.

Караван, к которому присоединился Нилрем на правах попутчика, был самым, что ни на есть паршивым.

«Цирк уродов», парень видел демонов и один был краше другого. То козёл, то ящер, то кот.

Для человека с глуши, коим и являлся маг, такое разнообразие не вызывало восторга. Оно вызывало дискомфорт. Одно дело увидеть представителей демонов таких как Киширика и Рокси, чьи лица и тела не особо отличались от человеческих, и совсем другое, было начать путешествовать с натуральными чудовищами с иной, более туповатой физиогномикой.

Нилрем не раз за последние два дня ловил на себе взгляд недовольного демона-кота. Этот звериный взгляд, как помнил мальчик, являлся частью тех немногих, кто выступал против его временного вступления. Под непроницательно каменной маской, уста Грейрата, от настырного внимания, все время непроизвольно дёргались в кривой ухмылке. Она была отнюдь не доброй, сию кривизну, не долго размышляя сменяла настоящая палитра отвращения.

Если бы не маска! Ох, окружающие ещё не знали, если бы не маска, всех бы ждал невесёлый и очень печальный конец. Однако, просто так, он этого делать не желал. И пускай внутри копошатся когти огнедышащего дракона, что желал уничтожить демонов вокруг (Нилрем злился, ведь не понимал ни языка, ни жестов, ни их пристальных подглядываний), он сдерживал натуру, не пуская её во внешние округи.

Все они были работорговцами, но работорговцами со знаниями. До позавчера, маг не замечал этой потребности. Юный гений не знал языка демонов. А ведь все на этом континенте только им и чешут свои длинные да липкие языки.

«Что ж, разберемся», Нилрем прикоснулся тонкими пальцами к маске, убеждаясь, что она все ещё на месте. Находиться в ней, сложновато, душно, не хватало воздуха, того прохладного потока, что до сих дней отлично успокаивал нрав. Однако, ничего поделать с этим Грейрат не мог, он уже и без того, должен казаться окружающим до боли странным.

Ещё когда пометились тени, миражи миражей повозок, те о ком так радостно топталась Киширика, Нилрем не мог не подметить ту недоброжелательность к жителям срединного материка — к людям. Те изнеможенные, иссыхали в клетках, где их ласкали солнечные волки, а не зайцы. Не лучше мумий для захоронения. Поэтому, решение притвориться "немым" демоном, крепли с каждым оставленным позади шагом, чем ближе марево становилось явью. Нельзя дабы сказать, хотел ли Нилрем повстречать подобную реальность на свои глаза взаправду, или же предпочел бы и далее бродить на пару с Киширикой. Это уже было не столь важно, реальность взяла своё и меняться не намерена.

Под приставленными ножами чужого глаза и уха, найти укромное местечко, как сейчас, дабы потолковать со спутницей, являлось делом не простым. Доводилось просыпаться на рассвете, пока спят все кроме вахтовых, тормошить Киширику, закрывать ей рот, дабы не закричала и тянуть девочку в тихую гавань, откуда открывались виды ранних скал (со стороны вахты, подобная "кража" не вызывала неприязни, просто мимолётный интерес). Они, кстати, отличались от дневных и вечерних. Только здесь, Нилрем мог перекинуться парочкой слов с Киширикой, да почесать кончик носа.

— Сегодня расспроси о катастрофе, — отдавая указания, Нилрем поднялся с места и обернулся к Киширису. — Не слишком навязчиво, чтобы не перегнуть палку доверия.

— Нилрем, тебе это точно нужно? Я же уже тебе рассказала все что знаю.

— То, что перенесло многих… я… я догадывался о подобном. И все же, может эти будут знать что-то ещё.

Закончив разговор и отдав свою судьбу в руки маленькой девочки, Нилрем мог только мечтать о полезном результате.

Винить себя в незнании языка было глупо. Он не знал, что такая трагедия может случиться вот так внезапно, в один прекрасный день.

— Чего тебе, сопля? — демон-сова, сегодня караулил, и ещё не сошёл с поста, как заприметил Киширику.

— Ку-ку, узнай же, подданный, мы! Велика…

Нилрем не понимал ни единого слова, но что-то ему подсказывало, что Киширика как всегда в своём репертуаре. Вздохнув громче обычного, он оставил Киширику демону «на съедение» и подобно настоящему тёмному магу плотнее прижал маску к лицу. Тот демон-маг, не доверял новеньким, и Нилрему в особенности. Это обычная реакция на незнакомца, который к тому же, отобрал у него подработку. Мальчик никак не мог знать о такой тонкости, он вообще не понимал никого и действовал соответственно тону и громкости голоса говорящих.