Говорил неповоротливый муравей-повар. Он был тем, что посмелее.

— К нему очередь дойдет, не волнуйся. Или ты не знаешь, как у нас тут все обстоит? Этот отряд уже обречён на развал. После смерти Кручера, вы все собирались уйти и просто забыть о том, где состояли!

В головах демонов, уже вырисовывалась картина. Всего небрежные мазки кистью, но… И они издалека уже были картиной.

«Ты просто зол на то, что мы хотим закончить карьеру», Мот мог сколь угодно долго выстраивать свои мысли, но вечно это продолжаться не может.

«Если ты не за меня, значит ты против меня», такую аксиому на вооружение принял Эбат. Только настоящие воины понимали, чтобы держаться прежних условий, нужен прежний доход. Держаться вместе и преодолевать трудности, вот чего желали воины.

На стороне Эбата были воины и один маг, в то время, как на стороне Мота, из боевых только он один.

Предательство и выяснения личности убийцы было мимолетным предлогом, который сдулся подобно воздушному шарику. Убийца лишь предлог, чтобы понять, кто за Эбата, а кто против.

Не зря Козлолицый был зам капитана, он обладал той же жадностью, а вот с харизмой не повезло. Матушка природа в этом плане подкачала.

— Хорошо, — вдруг громко сказал Мот. — Эбат, мне понятно, что ты задумал, но спрошу сразу, что ты сделаешь с настоящим убийцей?

Меж словами, демон кот, недвусмысленно стрелял глазами в существо с маской. Нилрем продолжал стоять на солнце. Его внешний вид, никак не говорил о нервозности или страхе, словно не было той жуткой пропасти, того разлома, до дна которого лететь чуть больше пол минуты.

— Ах, о нём тебе волноваться не стоит. Все причастные, получат по заслугам.

Диалог двоих, в присутствии других демонов, никак не мог остаться незамеченным. Беспокойства начали нарастать со стороны Мота.

Демон маг, вел странный диалог с замом капитана, и все подсудимые недоумевали с него.

— Эбат, о чём ты? Мот, ты можешь мне все объяснить?!

В лёгкой панике находилось большинство стоящих у обрыва, ну разве что парочка разумных, сохраняли хладнокровие.

Демон-маг, сделал вид, что не услышал демона-муравья и снова обратился к Эбату.

— Что мне сделать, чтобы заслужить твое доверие?

И ответ последовал в тот же миг, как если бы Эбат только его и ждал. Улыбнувшись, морда козлолицего метнулась к самому крикливому из всех, к тому муравью.

Закончились все позывные и приказы. Мот понял и без слов, быстро и четко. Дэ’Гарт подошёл к демону муравью и с небольшого разбега, двинул того макушкой головы. Все звуки стихли, а время неумолимо замедлялось.

Шаг назад, два, а третий оказался шагом в пустоту. Муравей падал, крича проклятия, в то время как Эбат улыбался всё шире и шире. Словно ему подарили машинку на радиоуправлении, демон был так счастлив, что передать словами было невозможно. Его трясло от одурманивающего ощущения вседозволенности. А смех был тем, что все услышали после затяжной паузы.

Неприятный, неестественным являлись звуки, которые издавал Эбат.

— Бе-бе-бе! Какая исполнительность, какой восторг! Ты определенно мне подходишь! Добро пожаловать в команду, Мот! — отдав приказ, один из воинов приблизился к магу и срезал верёвку с рук, а после они двое вернулись к Эбату. Тот возложил свою руку на плечо Моту и тихо добавил: — Я знал, что ты поймёшь.

Главным образом, сейчас не искали убийцу, он был и не важен. Сейчас искали тех, кто был бы полезен и мог войти в новую формирующуюся шайку головорезов. Такой отбор был больше похож на чистку от слюнтяев и слабаков. Эбат уже строил планы по тому, за какую более серьезную работу им взяться. Все же Кручер был слишком слеп и не желал заходить дальше продажи рабов и питомцев.

Как совершенно новый лидер, Эбат желал внести то изменение, которое бы в будущем чётко ассоциировалось с ним и его именем.

«Но сперва…» Уныло протянув руку к шестерым оставшимся, он взмахнул ею, пренебрежительно говоря:

— Хочу видеть только одного выжившего, тот и останется в живых.

Он буквально скомандовал: «Убейте ближнего», а после начал наблюдать в ожидании драки не на жизнь, а на смерть. Впрочем, больше никто из шестерых ему не нужен был. Он достал оттуда Мола, на которого косо поглядывали воины, и теперь мог насладиться шоу. Последнего выжившего Эбат планировал самолично скинуть вниз.

То, что случилось, никак не вязалось с тем, чего ждал демон. Проблема была в том, что никто не начинал драку. Ни один из шестерых так и не сдвинулся с места. Все пары глаз сосредоточились на Эбате, они желали действия. Словно не он управлял другими, а ожидания других управляли им.

— Ц, ну что за слабаки. Как вы вообще попали к Кручеру, если такие нежные?! — послышались возмущение пятерых. Нилрем стоял на месте как вкопанный. — боритесь и скидывайте друг друга, иначе все пойдете на дно!

Четверо были уверенны, не так, они таили надежду, тонкую как волос, что никто не сдвинется и впредь. То шаткое равновесие, которое сложилось, было идеальным. Никто ни на кого не нападал. И только слова Эбата, сыграли злую шутку, таки переполнив сосуд кровью. Когда четверо слушали и надеялись, пятый, молча действовал.

Это был Муравей номер два, жена умершего муравья.

Вторая с разворота, ткнула ногой соседа, кем являлся силуэт Собаки. Кобальт, заскулил, но не на долго. Одной слабой ноги Второй было недостаточно. Поэтому, как и подобает собаке, он укусил Вторую за ногу, а после махнул мордой в сторону разлома. Все пошло по плохому сценарию.

Как демоны, так и люди в клетках. Обычные рабы, стали свидетелями воли демонических рас. Точно так же, как человек стремиться выжить, демоны хотели жить и продолжать существование. Эта сцена, подобила самой жизни. А в том, как разные народы тянутся к собственному выживанию, было что-то родное, по-человечески безумное стремление.

Почему же они так хотят жить? Разве их жизнь хороша? Она не отличается от жизни зверя, в ней нет культуры или капли здравого смысла. Впрочем, один разумный человек, наблюдая за неистовым сражением, как-то вспомнил.

«Люди счастливы потому что живы».

На прикрытом лице, проявилась слабая ухмылка. А глазницы маски словно засияли маленькими огоньками.

И Нилрем был блаженный. Считавший себя важнейшей строчкой кода, он выстроил свои дальнейшие действия на три шага вперёд.

Все то время, что ему приходилось наблюдать, он усиленно думал, размышлял. Естественно, кое-какие планы намечались, приобретали очертания, в то время как другие скидывались в мусорку, прямиком в корзину.

Три дня и три ночи, мальчик продумывал дальнейшие действия, но… все его планы некрасиво разрушились, составив из этих обломков лаконичное: «Пошёл ты!» Естественно, Нилрем был удивлен, как только его и ещё несколько демонов, подобно сардин, засунули в карету, а после отвезли подальше, к безымянному обрыву.