Нилрем же подобрался к уху полуэльфа и тихо нашептал ему ещё одну интересную информацию. Настала пора Брэяну и Ссуне с интересом наблюдать за ошалевшими действиями Роулза.

— Повтори… — сдавленно выдал мужчина, однако получил тот же шепот в ухо. — ясно… вот что получается…

И после его глаза смягчились, налились добротой, которую свойственно проявлять к давно знакомому члену семьи или лучшему другу. С таким взором он начал смотреть на полуэльфийку. Та дернула тонкой бровью вверх, как бы спрашивая понятный вопрос, а что не так, однако в ответ Роулз покачал головой, так же отвечая, что все это не важно.

— В таком случае, я расскажу…

— Не стоит, Нилрем. Пускай это останется между нами.

— Уверен?

— Нет.

Пробормотав «Какая честность», Грейрат лишь пожал плечами и сложил руки за спиной.

Ветер нещадно кренил солнце, или же наоборот, а может они и вовсе не связаны выдуманными правилами местных, однако время шло неустанно и все ближе подбиралось к заветному полудню.

Стоящие за Брэяном верзилы, уже подустали мысленно сражаться с магом, которому не нужно читать заклинания, и начали сбавлять темп настороженности.

Говоря ответственно, Брэян считал похитителей очень неразумными, попросту тупоголовыми. Пускай с заложником они и угадали, здесь удача была на их стороне, но вот с требованиями была беда. Никто же не запретит в готовый корабль подсадить убийцу, а влияние Брэяна не останавливало себя на одном порту. С другой стороны гном держал отличные связи. Знакомых и должников у него битком набито. Кто-то, да исполнил бы поручение Брэяна, проучить похитителей.

Впрочем, на сегодня всплыло слишком много «откровения», а с ним требуется разобраться. Слова Роулза и его взгляд подкинули не меньше дровишек, и Брэяну будет, о чем поразмышлять на досуге. Притронувшись к подбородку, низкорослик промычал нечто нечленораздельное, и только потом, после тяжёлого до крайности обреченного вздоха, он подозвал к себе того рогатого мальчишку-демона, что-то шикнул ему, и тот быстро убежал к линии берега.

— Эй, что ты ему сказал?

— Чтобы он подготовил корабль, вам ведь он нужен? У меня уже голова начинает болеть, от того, сколько проблем вы принесли.

Роулз глянул с вопросом на Нилрем, тот в свою очередь ровно такими же словами посмотрел на полуэльфа, после чего их зенки обратились к главарю шайки бандитов, который весело заулыбался.

— А вы считали, что держите ситуацию под контролем? Серьёзно? Я выгляжу как тот, кого так легко провести?

Ответа не последовало, однако по их лицам, Брэян понял, какой ответ они хотели дать. Скривилось его лицо обратно к хмурому.

— У нас так дела не делаются, ой не делаются, — никакой выгоды, никаких плюсов. Одни убытки и убыль как денег, так и авторитета. Оставалось Брэяну пасовать на свою удачливость, да на волну народных волнений. Он то никуда не уезжает, а вот его бравые вымогатели от слов «Вы» и «Можете», уплывают к Милису.

Оторвало его от подсчёта своего горя мелкое дергание за рукав. Это так Ссуна никак не унималась в своих попытках узнать правду или же вымолить компенсацию. Как никак, а характер у неё остался тем же кисленьким.

— Ну чего?

— Ты не врал?

— Да с чего бы… ах, нет не врал, Ссуна. Ты моя дочь.

Завершив переправу на корабль, юные глаза искали выход. Пускай все бедности и невзгоды остались позади, на берегу Винд порта, с собой Нилрем подхватил парочку вопросов, что как погремушки звенели яркой вспышкой на ушах. Эти вопросы требовали горсть ответов, а уже ответы, подавал знакомый ветер моря — малолетний озорник, которому не суть важна, что за тревога у тебя на руках.

Мальчик скучающе всматривался в тонкую линию уже неразборчивого берега материка демонов, и пытался не замечать слона в комнате своей памяти. И пока ветер толстопалой рукой, неприятно расчесывал блондинистые волосы, голова Грейрата возвращалась в прошлое на полноценные три сутки. Семьдесят два часа назад. Ещё до Брэяна с его хмурым взглядом, но уже с его дочерью в подвале. Порывы ветра, аки игла граммофона, которую небрежно уронили на пластинку памяти. Сперва первая колющая тишина, а после, звук, мотор, воспоминание…

«Киширика», мысли привелись в движение и натуральной молнией, обратились к глазам девочки. Та немедля тряхнула плечами и прищуром двинулась против течения демонических обывателей, предчувствуя нечто плохое, девочка медленно отходила.

— Киширика, ты ведь Императрица демонов…

— Ирод! — обняв себя за плечи, воскликнула мелкая суккуба. — Тебе мало было нашего тела?! Ты возжелал себе наше сокровище, теперь же решил кинуть глаз и на мои возможности? Отбрось эти мысли!

— Киширика, ты сделаешь как я говорю, — нет на свете ничего добрее, чем милый мальчик, который играет с другой девочкой в песке.

Вот она не на шутку разгорячилась пятиминутной погоней по городу, и совсем выбилась из сил, вот её нагоняет улыбка мальчика, а вот он опрокидывает девочку на смолистый песок, к берегам которых Киширика ненамеренно добежала, а вот садится сверху, будто придавливая башмаком мелкого таракана.

— Ха-ха-ха, куда же тебе так приспичило, что только пятки сверкают? — похлопав Киширику по голове, Нилрема нежно приподнял её волосы и потянул на себя. — Ты умело скрывала от меня удивительную силу, но вот пришла к твоей тайне смерть, а за ней стою я. Разве многого мне надо? Глаз магической силы, лишь предоплата за мою компанию.

— Наглец! Да я за всю свою длинную жизнь не встречала столь дорогой предоплаты за такую компанию! Уж поверь, тебя я уже не забуду.

— Да? И чем же таким оно тебе запомнилось?

— Хамским поведением! Я тебя привела в порт, а ты меня даже не отблагодарил никак, хам! Я конечно и сама каплю виновата, кого приручила того и воспитала, но ты, дорогуша, вылетаешь за все границы дозволенного! К чему на мне злобу выпускать, а после бегать по пятам? Естественно, наша красота не для красного словца, но так пудрить тебе голову не может даже она! То прогоняешь, то возвращаешь, определись уже.

— Хм…

После импозантной речи девочки, Нилрем крепко так призадумался над тем на какой ступени она стояла. Пирамида условно называлась: «Существа на которых мне не все равно» и демоница сейчас прыгала от места, где ей можно доверять, и поделиться тем, что на душе гложит, на ступень: «Нужно терпеть её присутствие».

Почему так? Ну…

Малец наклонил голову, скрывая глаза и целое лицо за светлыми волосами. Правда в том, что точно так же, как Киширика ему нравилась, она невероятно сильно дразнила его глаза. В плохом смысле. Потому и вымещает тот на ней свою злость когда видит, а после бегает не в силах извиниться.

«Бесит». Такое нерациональное, двойственное чувство от которого парень и рад избавиться, однако он просто не мог его оставить.

Если же перейти на язык аналогий, то Киширика, в глазах Грейрата, являлась довольно красивой, полезной и веселой… закладкой. Закладка в книге его истории, на которую под каким углом не посмотришь, вспомнишь сколько жить осталось.

«Пять лет». Словно гонг в голове. Эти слова все не стихают, пока он видит хоть часть демонессы. Песочные часы не собирались останавливаться, а отмеренное ничтожное время пугало. Раз падение песка нельзя остановить, Грейрату, по крайней мере, хотелось не вспоминать о нём.

В его глазах именно здесь вырисовывалась проблема. Киширика бесила Нилрема одним существованием, что уже не так странно как могло показаться. Большим пятном напоминания о случившемся «чуде» для мальчика стала Императрица и её слова а не спасённый ребенок.

Пока же маленьких маг думал, он успел подняться на ноги с костлявой спины суккубши, и осесть на тот же песок. Не долго проводя душой на уровне с демоном, юный маг коснулся песка и тут же возвысился над Киширикой. Последняя, в своей манере фыркнула, и расположилась, напротив. В некотором роде, она привыкла к такому поведению. Встреться они впервые именно здесь, в порту, и неминуемо начали бы драку.