— Вы так перечесть за народ? — скованный по рукам и ногам, у Алу Карда оставалась голова и в частности язык. Словами он пытался размягчить свой плен. — Похвальная лояльность, в наших рядах её как раз не хватает.

— Не хочу с тобой говорить.

— А придётся. Я прошу вас, следуйте за нами добровольно.

«Вот оно!»

«Нилрем» моментально подхватил тот импульс который запускает в Нилреме необратимое повиновение. Найти его получалось и раньше, но вот поймать, будучи взаперти, получилось лишь только в эту краткую минуту.

— Нет! — во внешнем мире же, Грейрат жестоко отказал и грубо описал рукой дугу, посылая ману всем растениям с командой на захват. Следующей целью станет Анна-Роуз.

— Хм, вы представлялись мне куда спокойнее, — король терял стабильность, взамен, приобретая некую свободу воли. — На вас так повлияли смерти окружающих, или же причина кроется в другом?

— Помолчи, — сосредоточенно буравя барышню на крыше, Грейрат раздумывал как лучше и безопаснее её поймать. — Вы можете просто уйти?

— Без вас — никак, — цокнул Алу Кард, отвечая на вопрос, который, так-то предназначался Анне-Роуз.

— Я не люблю с ним соглашаться, — свои слова излила и она. — Но сегодня тот редкий день, когда он говорит разумные вещи.

— Когда это я говорил что-то не разумное?!

— Да всегда дуростью какою маешься.

— Вот выберусь сейчас, и скину тебя вниз, — угроза прозвучала просто жалко. — Не посмотрю, что родич, что красивая девица, возьму и розгой отлуплю.

Фыркнувшая дева вынуждена была вновь совершать рывок с последующим прыжком на следующий дом. Ветки и лианы двигались быстро, да толку от них, если противник движется быстрее?

«Головой думай, она тебе зачем нужна?» Подбадривать «Нилрем» не умел совсем.

Совет-то может и дельный, да только он излишне обширен. Как поймать быстрого противника медленной ловушкой? Ответов много, если не вдаваться в хитрые детали.

Пока Грейрат гонял Бладлайн по крышам и пытался переизобрести велосипед, Алу Кард решил забросить тщетные попытки вырваться из пут. Те оказались куда более монументальны и нерушимы чем ему казалось прежде. Он полностью расслабиться и принял временное место обитания.

— Хотите узнать, как так получилось, что в центре сосредоточения оборотней внезапно появились вампиры?

— Зачем тебе мне это рассказывать? — краем глаза правитель следил за пленным.

— Ну, — неопределённо накренил голову мужчина. — Наверное, потому что, эта информация более ни на что не повлияет? Да и поверьте мне, тот, кого я хочу видеть, спит где-то глубоко внутри вас, и я не прочь поделиться с ним информацией. Нилрем Грейрат Асура, вы знали, что Шао Линг — ведущий специалист и первооткрыватель оборотней вдохновлялся вашими записями?

— Что? — сброшенные факты ему были известны, и тем не менее, они вызвали очевидную рябь вопросов.

— Я сам до мозга костей исследователь, — прозвучало очень даже хвастливо. — Познавать наш мир все глубже и глубже мне исключительно большая радость.

Прыгающая по домам Анна-Роуз споткнулась и едва не треснулась о шифр лбом. Ей удалось не упасть лицом только из-за превосходных рефлексов, позволивших ей совершить колесо. Как только положение в пространстве нормализовалось, алые глаза барышни зацепились за Алу Карда.

Чего не знал Нилрем, того не знал, потому и понять зарытую в словах вампира шутку был не в состоянии.

— Мне посчастливилось, — меж тем, довольный парень вернулся к своему рассказу. — Очень тщательно скопировать первые записи Линга, буква к букве, понимаете о чем я? Не узнать в них ваших записей я попросту не мог! Презренный Шао Линг присвоил ваши начинания, наши знания! — говоривший хотел приложить ладонь к груди, но путы не позволили ему совершить задуманное. — Он вам завидовал! Тёмными ночами, жадными глазами его пересохший от волнения язык жадно крал ваше неизмеримое наследие и присваивал его себе!

— Тебя, это, кажется, заботит даже больше моего, — замечание попало в яблочко, а Алу Кард остановился в водопаде слов. — Я знаю Шао больше твоего и он не столь плохой, как ты его малюешь.

— Нет! — взорвался отрицанием вампир. — Вы просто не понимаете, он в тайне презирал ваш гений и желал лишь худшего, — Нилрем не мог найти в словах Алу Карда гнусного притворства, лжи или смешка. Он верил в то, что говорит. — Говорите Шао Линг не плохой? А знаете, как он создал оборотней? Эксперименты те отнюдь не безболезненны и не всегда приводят к нужным результатам. Скрещивание человека и магзверя не является и никогда не являлось безопасной процедурой.

— Он никого не принуждал.

— Пусть так, пусть так, — как болванчик закивал вампир. — Если нашим прародителем есть вы, то знаете кем он является для всех оборотней?

— Магзверь.

— Очевидно, не правда ли? Вот только я своими глазами видел тело той волчицы. Она разумна. И разума в ней в самый раз для понимания своей незавидной судьбы насильной роженицы для десяток, сотен, тысяч новых тварей!

— Зачем ты мне все это говоришь?!

— А мне так хочется вас вывести на яркий крик!

«Ненормальный!»

Внутренние мысли резонировали даже с мнением «Нилрема», отчего единственным правильным решением стало удаление такого элемента из своего личного пространства. Проще всего это было проделать с собой. Нилрем отскочил к стене на которой уже висела лиана и поднял себя на крышу, оставляя Алу Карда наедине.

— Хм, не проще ли заткнуть «этому» рот?

Оказавшись там, на крыше дома, Нилрем излишне расслабился, а ведь рядом, на близком расстоянии в десяток шагов, стоит и в ус не дует его «вторая проблема». И все равно, каким-то чувством, он знал, что рядом с ней, можно так не напрягаться.

— Я не вправе требовать от него прекратить. Тем более, когда он говорит правду.

— Тебе совсем не просто, — покачала головой Анна-Роуз.

«Нам правда суждено сойтись в драке?» Барышня глазами вопрошала очевидное и в то же время столь неясное, далекое и тяжелое.

Возможно, и к лучшему, что бой не состоялся.

Назревающие предпосылки к драке вдруг пропали, стоило им на глаза попасть фигуре человека, женщины. А вместе с ней, взгляд короля разделился на двое. Смотрел оригинал и фальшивка. Без всяких слов, он наблюдал за девушкой, которая свободно пролетала меж столбов из дыма и пожара. Прекрасна как закат, за ней вуалью медленно тянулась тьма ночная, поглощая тени от живых и мертвых. С улыбкой на устах, она засматривалась на прегрешения что созданы её руками. Крики, ярость, огонь, месть.

Мари не казалась человеком, она тот образ, для очей художников, которые на годы впереди будут изображать безжалостную, ироничную, циничную смерть с её мертвыми глазами и глумливой усмешкой на лице.

Таким её видел Нилрем, «Нилрем» же, увидел ту кто ранее служила ему вдохновением и спокойствием. Ту, кто в несовершенстве стала совершенной. Появление Мари внесла для Анны-Роуз простую мысль: «Цель выполнена» что значило смерть Рутры Пентрагона и начало будущих междоусобных войн. Нет никаких сомнений, десятилетие мира вновь подошли к концу.

«Как жаль, что я так и не успела…»

Прервав себя на середине мысли, Роуз глянула на Нилрема Грейрата, дабы после, отступить на шаг, потом ещё и ещё, покуда то давление что нарастало от него не подогнуло её дрожащие колени.

Подняв же взгляд, девушка узрела возвращение правителя. На черепицу встала необычайно твердая нога, седая шевелюра изнутри наливалась терпким златом, а вот глаза — преисполненные страхом — заполнялись ярким, почти детским восхищением и взрослой страстью.

— Звезда, вспыхнувшая из одной единственной спички, наконец явилась на мои глаза, — торжественно разинув руки в стороны, Грейрат, не сводил взгляда с девушки вдали. — Я признаю, ты стала сильной, смогла сразить моих врагов и взойти на самую вершину мира. Пожалуй, здесь и сейчас, ты будешь и меня сильней.

Сверкнувшая печаль попала ему в очи.

— Каким путем же ты прошла и сколько горя отхлебнула? Анна-Роуз, услышь меня.