Они сидели в тени и смотрели на свет, но даже тогда не могли оторвать глаз. Зрачки расширялись удивительно быстро, а вскоре выяснилось очевидное. Никакой это не Нилрем, скорее… близнец? Подделка, не стоящая и выеденного яйца!

«Но сколько же сил мне пришлось приложить дабы успокоить Мари, а после самой не сорваться на них в последней атаке» те воспоминания больше подходили сюжету в театре, где под конец автор глупо закрыл все гештальты, убив все живое и родив на замену фальшивку.

Этого «Нилрема» представили как того самого, он просто вернулся с войны на правах победителя, поскольку заключил выгодный союз. Как на тот момент к обновленному Грейрату отнеслась Ариэль, Бладлайн могла только гадать. По её словам, в королевском дворце стоял жуткий штиль, а она в первые дни, четверо суток не смыкала глаз, все страшась, что её заменят точно так же, как короля.

Проблемой этого «Нилрема» оказалась его безотказность и доброта. Ариэль пыталась растормошить его, возможно как-то добраться до реального Панацеи, или получить мелкий сигнал, мол: «Все хорошо, я внутри и когда-нибудь выберусь…» За десяток лет, никаких подвижек так и не случилось.

«Он может выглядеть как он, говорить тем же голосом и обладать тем же запахом, но это не Нилрем. Я не знаю, что они с ним сделали, или почему только с ним, но меня не касаются по той же причине, по которой оставили вас».

Этот краткий диалог поставил точку в вопросе о Нилреме. С того дня, Мари упрямо вбила себе в голову идею о справедливом возмездии. Она закрылась от мира в домишке на границе Асуры и там же, принялась вынашивать планы. Анна-Роуз же… Не смогла спокойно смотреть как хищные оборотни один за другим находили её братьев и сестёр (пускай и номинальных), а после сжирали до изнеможения. Дети Ночи бежали из Асуры. Они в массе своей забились по щелям в тенях и тряслись от страха позабыв об обещанном величии.

В первую очередь Дети Ночи страшились боли. Умение её выключать, в отличии от регенерации, не являлось врождённым навыком.

Отныне они все стали ночными созданиями, как того и хотели Рыцари Круглого Стола. Они вытравили оппозицию, поставили на трон своего человека… И на этом только начинали работу. Одно королевство за другим. Под знамением всеобщего объединения, Рутра продолжил свой путь объединений всей человеческой расы. В этом ему не было равных. Он бескровно создал союз королевств, положил начало современным дорогам, наладил торговлю и создал…

— Фе-е… Конфети… Конфедерация.

Анна-Роуз неприятно причмокнула. Ей не нравилась идея навязанного мира, в первую очередь, потому что завязан весь мир на одном человеке. Одном смертном человеке.

— И вообще, где этот лохматый оборотень? Ещё не нашел меня?

Уже через секунду, на черепицу крыши и впрямь ступила нога. Только нога эта была в ботинке и совсем не лохматой.

— А ты ещё что здесь забыла? — Бладлайн удивлённо моргнула.

— То же могу спросить и у тебя, вампир.

Эрис Грейрат. Одна из номинальных членов Рыцарей Круглого Стола. Сама по себе она в театре боевых столкновений не действует, предпочитая оставаться на месте.

— Ну и запашок от тебя, — сложив брови птичкой, Эрис сложила руки под грудью, вздымая её. — За версту можно учуять.

— Фе-е, — Анна-Роуз с трудом оторвалась от демонстрируемого достоинства, не забыв при этом, оценить собственные природные данные. — Ничегошеньки ты не понимаешь в моде, дикарка. Только и умеешь что выпячивать сиски и хвастаться телом.

— Наболело?

— Цыц! Не мешай мне, — Анна-Роуз неопределённо махнула рукой, стремясь завершить диалог. — Иди куда шла, кыш-кыш!

Как понятно из речи, стычки насмерть на крыше домов не предвидеться и вообще, Эрис довольно простовато относилась к тому, что прямо или косвенно не угрожало её семье.

— А вы так и не оставили попыток вернуть Нилрема? Повторю тебе то же, что когда-то говорила Мари, вы занимаетесь никому не нужной враждой.

Эти слова не укор, но констатация факта (по мнению самой Эрис). Мари, Анна-Роуз и Дети Ночи с переменным успехом добивались так любимой рыцарями справедливости. В поисках силы, за десяток лет они успели побывать в разных странах, местах, подземельях. А как находилась новая сила, так сразу же та пускалась в свой ход. Из самого значимого из недавних походов, удалось умертвить рыцаря Эктора — правую руку короля Рутры.

— Хах, легко тебе говорить. Ты счастлива, у тебя под боком есть мужчина, дети, уютный домишка, не напомнишь, кстати, сколько старшему исполнится? Пять или шесть? — Анна-Роуз поднялась и перешла на тон ниже. — Не смей указывать нам, сидя в достатке. Ты бы поступила не лучше, отбери у тебя Рудэуса и подмени его самозванцем, который и знать тебя не знает.

Эрис уперла взгляд в черепицу. Понятно, что так бы и было, за исключением одного. Эрис бы не сидела и не мучила себя какими-то планами и заумными речами, она бы пошла напролом. К счастью, леди Грейрат не могла долго обременять себя чужими проблемами, Рокси и Сильфи — эмпатичнее.

— За эти года вы бы могли уже десять раз с ним заново познакомится…

— Ты тупая? Ах точно, бешеный пёс Эрис, как я могла забыть, — Анна-Роуз помассировала виски. — Не ввязывайся в это. Держи себя и родных подальше от Рутры и его прихвостней.

— Это угроза? — с вызовом вопросила Эрис. Анна-Роуз, ни чуть не оробев, прильнула вплотную, и нагло ткнула указательным пальцем по груди.

— Это совет, — ответ не заставил себя ждать. — Если хочешь уберечь, то немногое, что у тебя сейчас есть, рекомендую вам переехать подальше от столицы.

— Ты говоришь, здесь вскоре будет небезопасно?

— Да, я так говорю, а теперь не мешай.

Эрис упрямо взяла рукоять в руку.

— В таком случае, я не могу просто смотреть на бесчинства. Если вы снова замышляете гадость, я её пресеку в самом начале.

Эрис не питала огромных надежд на победу, все-таки Анна-Роуз высшая ступень иерархии вампиров, таких простым взмахом клинка не убить. Зато она могла бы попытаться задержать её, пока на битву не стянется стража, а там и оборотни.

Яркие солнечные лучи, шелест ветра, гомон людей, снующихся без оглядки внизу. Жизнь продолжала идти, остановились лишь две дамы.

Попытавшись занять более устойчивую стойку, Эрис внезапно услышала крик человека.

Совсем рядом, через три улицы, девушка отлично понимала откуда доноситься звук.

— Не пойдёшь?

— Гр-р, — разрываясь в порыве, она все-таки выбрала приоритетную цель для досмотра. Прыжком перелетев на соседнюю крышу, Эрис напоследок бросила из-за спины краткий взгляд.

Оставшись одна, Бладлайн принюхалась к себе же.

— Чуткий нюх, я бы не заметила.

К барышне медленно подлетала новая бабочка, оповещающая о скором собрании, и лучше бы ей, как главе, присутствовать на нём лично, ведь в страну скрытно приехал Алу Кард. Последний раз им довелось зубоскалить друг другу лет шесть тому назад. На тот момент времени Рутра добрался и до Милиса, окончательно порушив планы «заносчивого извращенца» по захвату контроля над всем королевством.

Кандидат в Короли Крови оказал сопротивление, тем не менее, его быстро сломила превосходящая в военной силе армия. Ему пришлось отступать, прихватив несколько ценных активов, включая Мико (дитя бога), способную читать мысли. Её то сюда и везли для особо важных допросов.

«Ладно, думаю, больше с Джинкс ничего не случиться и моего присмотра не требуется.»

Вечер наступал длительной шторой. Как занавеска спектакля, непутёвый (по мнению Элизабет) учитель, таки отбродил положенную ему экскурсию, и вместо подобающего прощания (а соответственно и проводов к воротам), Тома дернул плечом, повернулся в пустой коридор и побежал в ровно противоположную от него сторону.

Не успели барышни задаться резонным возмущением, как причина столь активного телодвижения их ленивого экскурсовода, явила сама себя.

Вылетевшее из-за угла чудо, определенно принадлежало женскому полу. Тем удивительнее было наблюдать, как эта осунувшаяся фигура, с рьяным рывком, подобно грозному морозному волку, на всех порах ловко вписалась в поворот и не сбавляя темпа, ринулась на учителя. Троица тут же ощутила опасность и каждая по своему сгруппировалась (Элизабет застыла, София приняла странную позу из неизвестный единоборств, а Джинкс уже держала заклинания наготове, просто ещё не афишировала их). Менее чем за секунду, короткостриженая шатенка проскочила их, лишь мимоходом отмечая лица новеньких учениц.