Новый звонкий голос эхом прозвучал из темных казематов. Анна-Роуз вынырнула словно из самой тени мира, и аккурат дополнительно схватила Нилрема за руку.

— Моя кровь права, — поспешил и Карс ухватиться за плечо Грейрата. — Ваш брат сейчас на стороне врага. Его очаровали силы Хитогами.

— Что я, что он, что Нанахоши — мы не подвластны чарам лже-божества.

— Не только магией людей склоняют, — с учёным видом вздернула подбородок младшая Бладлайн.

— Я не отступлюсь, пустите!

«Стальными лапами сковали, ироды!»

— Нет, не пустим, — отчеканила Мари. — Пока ты не восстановишь магию, мы тебя никуда не пустим.

— И ты, Карс?

— Мой Бог, поймите, все ради вашей безопасности. Силы врага непредсказуемы…

— Там сейчас один человек. Он мой брат…

— Это не отменяет того факта, что он из вражеского лагеря, — незвано Анна-Роуз, как впрочем и остальные соучастники «преступления» против чести короля, оказались в роли гласа разума, того самого, которого в сей сложный час так не хватает старческой макушке. — Он ведь учился вместе с тобой, а значит, по меньшей мере умеет невербально колдовать, как та же Аиша и Норн, — повернув голову к фигуре в поле, Бладлайн оттянула повязку с глаза, обнажая всем известный дар. — Хм, его запас магической силы колоссальный… На порядок больше чем у Нилрема.

— Кровь моя, тактичней будь, — как на дочурку шикнул Карс, и та, хмыкнув высунула язычок.

— Нет нужды, Карс, я знаю о талантах брата лучше всех вас. По объемам маны он обходил меня всегда. Зато во всем другом мое умение работать с маной куда тоньше.

Нилрем перестал пытаться каждый миг ковыльнуть к проходу, а потому «ручники» ослабили свою хватку. Против трёх… да что там, против одной Мари идти невозможно, а больше и подавно.

— Завтра. Завтра ко мне должна вернуться магия.

— Так сложно подождать до завтра? — склоняя голову спросила Анна-Роуз.

— Да, сложно.

Понятливо улыбнулся Карс, в то время как барышни фыркнули на высказанную глупость.

Окинув взглядом силуэт Руди, Нил скрылся в форте.

Тем же временем, Рудэус присел, дабы отдышаться.

— Ух, кажется… осип, — сглотнув слюну, парень медленно потер шею. — Нилрем так и не явился… Если все и дальше пойдет так, как предсказывал Хитогами… Нет, завтра приду снова. Я должен.

Уже по завтра, повторилась клоунада. Руди, аки утренний петух, в час раннего восхода солнца повторил задумку — вновь звал короля, словно то был не правитель а мальчишка из соседнего двора.

Сомнениями полнились глаза солдат, стоящих на заставе и лениво поглядывающие на юношу у горизонта. Им было ясно — не отреагирует монарх, он определенно занят делами поважнее!

Однако, сколько бы не думалось крестьяну, а по итогу их король таки ступил за крепость. По меньшей мере сотни глаз прицельно целились на молодую спину «Нилрема» в роскошном одеянии. Подле «Нилрема» устроился старик. Ещё вчера приежджая фигура полностью покрыта мраком. Обычному солдату не спешили доносить, кем являлся старший, знали люди только то, что шишка важная, раз сам король спешил встретиться со стариком.

«Он кто-то вроде учителя для короля, я сам слышал, как почтенный поднимал голос на его величество и тот ему ничего не делал» наведение долго не пустует. Если официально объяснять никто и никому не собирается, народ найдет себе удобный заменитель.

Меж тем, процессия из двух людей все отдалялась от порога крепости, все больше смазываясь в единую фигуру. А суть проста, что «Нилрем» что старик, оба разодеты одинаково парадно.

Спустя какое-то время, заметить можно было только красные плащи в виде точек.

А Рудэус зря время не терял, узрев людей что близились к нему, он начинал строить из земли комфорт, как стол и стулья. Из сумки вынул он три чашки. Их содержимое определилось крайне быстро — обычный травяной чай. Делов немного, всего-то ничего над чайничком и чашками стоять. Не окажись у Руди за плечами продолжительного опыта в бытии поваренком, пришлось бы повозиться дольше. А так, единственной рукой, Рудэус уложился в срок.

— Ты все-таки пришёл, — не скрывал облегчения Руди, когда поднимался на ноги. — Рад тебя видеть.

Гости встали, озадачив юношу своим молчанием. Старик кивнул, и к удивлению Грейрата старшего (всего на несколько минут) «Нилрем» изменил лицо, будто так и надо. Действие достойно зваться жутким «лицемерием», вот только Рудэус воспринял этот ход по своему… С опаской.

Маг отпрыгнул от стола, немедля ни секунды зажигая внутреннюю силу, направляя заклинание «каменный снаряд» на беззащитных приглашенных гостей.

— Вы кто такие?! — край вечных битв — Спорные Земли подточили Руди, обострив его чуйку на ловушки. Ситуация такой казалась, действовал он соответственно.

— Спокойно, — не спеша проливать свет на ситуацию пояснил старик, поднимая руку. К тому моменту ложный Нилрем полностью преобразился в свой изначальный вид. Реальный Нилрем только-только начал проявлять инициативу. — Рудэус, брат мой из другого мира.

— Нил? — словно треснули незримые колонны представлений. Один Грейрат так долго и усердно в голове крутил придуманную сцену, что не помыслил об иллюзорности подобных грёз. Шок овладел юным магом, впредь, диктуя проявлять на каплю больше здравого сочувствия.

— Со мной понятно что, — перебирая ногами, Нилрем сел на заготовленный стул. — А вот с тобой — неясно.

— А… — заторможено ответил Руди и проморгался, сбрасывая лёгкий шок. Переведя взгляд с брата на мрачноватого мужчину позади, Грейрат хотел уже пригласить его к столу, вот только Карс тактично отказался, действуя на огромное опережение. — Ладно… Погоди, Нил, ты же Нилрем Грейрат, да? Не его теска или злой двойник?

— Нет.

— Знаю! Ты прибыл из далекого будущего чтобы предупредить себя прошлого, то есть, настоящего о грядущей катастрофе, но по случайности решил зайти ко мне?

— С чего ты взял, что я опущусь к подобному клише?

— Так ведь… — Руди помассировал подбородок, оценивая взглядом опытного специалиста лицо очень-очень старого брата. — А как ещё пояснить твой вид?

— Приплыли… — невесело вздохнул Панацея. — Вам Хитогами что, вообще мозги спалил, что вы забыли о моём проклятии?

— Проклятие? Ага, проклятие! Погоди, хочешь сказать, твоим проклятием все это время была старость? — смелое предположение было встречено взглядом из-под лба, то есть, хмуро. — Прости… Можешь пояснить?

— Я все поясню, но прежде, ответь на несколько моих вопросов, — к тому моменту, Рудэус успокоился и сел за стол, подавая чаши с чаем. — Первый, что с твоей рукой?

Парень покосился на замотанный обрубок и как-то криво усмехнулся.

— Это долгая история…

— Мы никуда не спешим, — резонно подметил Нилрем на что получил неожиданный ответ.

— Спешим, — уверенности Руди не занимать. — Отсутствие руки связано в первую очередь с моей глупостью.

— Кратко, но честно, — кивнул старик. — Хорошо, поверю на слово. Второй вопрос касается Ланс Е’Лота. Наша первая встреча произошла на небесном континенте, где он отчетливо знал о моем проклятии, чем кичился мне в лицо, желая быстрой смерти, как ты можешь это объяснить?

— Господин Ланс Е’Лот очень вежливый мужчина, он не мог говорить тебе такие вещи! — Нилрем не мог знать какие тяготы легли им на плечи, однако результат сплочённости ему не нравился. Рудэус считает кровожадного врага Панацеи своим другом.

«Не хорошо» условные шансы закончить диалог без драк уменьшились на десять процентов.

— Остальное ты пропустил мимо ушей? — внезапно поинтересовался Карс, чем словил на себе две пары родственных глаз.

— Нет, — замотал головой юноша, возвращаясь к теме перекрёстного опроса. Руди подхватил чашку чая. — Прости Нилрем, сам не знаю, что на меня нашло. Господин Ланс Е’Лот очень много раз помогал и заботился обо мне, а если выпьет больше нормы так и вовсе начнет видеть во мне покойного сына. Он… чем-то напоминает мне Руиджерда.

«Впервые слышу!» Не подал виду старик, тем самым продолжая: