По преданию, радужный камень способен лечить недуги и даровать долгую жизнь, но на деле, он мало полезен тому, кто легко уничтожит любую заразу и стареет на восемь десятков лет за ночь. Возможно в нем и вправду есть скрытое свойство, однако оно не далось даже Орстеду. Он описывал этот камень как малополезная безделушка. Выбрасывать его было жаль, вот и добавили в снаряжение, не пропадать же теперь.

— Не успею, — зашептал Нилрем вновь осматривая меч. Тяготило его это чувство. Чувство незаконченного долга до начала полномасштабных сражений.

Впрочем, врагов все равно получится неприятно удивить.

— Рудэус! Вот ты где, а я тебя уже везде обыскался, — Галахад подбежал к моргнувшему парню. Прежде чем начать, рыцарь позволил телу перевести дыхание, чем образовал минутную запинку в разговоре. — Хух, по всему лагерю тебя искать пришлось, я-то думал ты у Эрис или Рокси, а тебя ни там ни сям. Лагерь у нас, знаешь, не маленький, есть где побегать… Хо-ох! Ладно, к чему я? Тебя, Рудэус, Рутра искал, хотел лично обсудить твое участие в бою.

Грейрат вопросительно склонил голову, опуская брови.

— Мы уже говорили на этот счёт, — мягко начинал Грейрат. — Я пойду на передовую.

К тому моменту, Галахад окончательно выпрямился.

— Ты точно готов? — уж от кого Руди не ожидал услышать слов волнения, так это от главного бабника королевства… нет, человечества! Не смотря на собственные прегрешения, Галахад для Рудэуса казался человеком без сочувствия и привычного морального компаса. — Он твой брат и все такое…

— Рудэус все ещё хочет поговорить с королём Асуры тэт-а-тэт.

В их разговор, как впрочем и всегда, беспардонно подмешалась Мордред. Слова резнули ухо, недовольно дернулась щека.

Девушка в полуоткрытых латах показалась у походного шатра, со сложенными руками на груди. У ноги её стояла корзина фруктов.

«Подслушивать не хорошо» подметил Грейрат, однако говорить вслух колкость попросту не стал. «Не понаслышке знаю я, как работает архетип пацанистой задиры. Частицы «Цун» в ней больше «Дере», где-то десять на одну часть, побольше Эрис раза в два. Впрочем, от любимой, эта отличается большим воспитанием».

Смерив её кратким взглядом, Рудэус ответил твёрдо:

— Это не ваше дело. Король Асуры — Нилрем и он мой родной брат, а значит, часть моей семьи.

Галахада покинул вздох который говорил сам за себя, а Мор прищурилась, чеканя каждое последующее слово:

— Уж больно много вас… Грейратов, — она недовольно хмыкнула, и развернулась без всякого стеснения, поторопилась уйти, что называется, «по-английски».

На едине остались озадаченные лица, бросающие взгляды друг на друга.

— И чего это она? — в неопределенности махнул ладонью Рудэус в сторону ушедшей подруге.

— Женщины, — с саркастической улыбкой Гал повторил жест младшего. — Нервы у неё сдают, вот и беситься. Сам понимаешь, преддверие большой битвы, многие не переживут. Давление, понимаешь?

«Понимаю» совсем не весело кивнул Руди. Он то, собственно, и сам хотел развеять голову, оттого и бродил по лагерю… Вот только находил здесь только больше поводов для стресса. От буравящих в пустоту солдат, до тишины окрестностей, природы. Никак иначе как подкрадывается буря. Воздух пропитался едким привкусом озона.

— Да…

Сдавленный ответ заставил Галахада отставить заготовленную реплику подальше. Сейчас они размеренно шагали, не спеша показаться на глаза кому попало.

Тропы повели их к единственному месту всех пересечений — столовой. Пустые лавы и столы ещё вчера ломились от еды. Солдаты, рыцари и герои вчера вкушали как цари. В сей час никто не ел, еда не лезла в рот.

«И хорошо» подумал Руди: «Мне не хотело бы блевать». Вскользь зацепили взглядом нескольких солдат. Один бренчал на струнах мелодраму, еще двое отбивали ритм ногами, а остальные, пятеро, качались в такт.

Весёленький мотив сдавил тисками человеческое сердце.

«Тошно».

Рудэус поджал губу, насупился и кинул руки по карманам.

«Нельзя позволить войне продолжаться!» Парень так хотел развеяться, гуляя по округе, что ненароком укрепил решимость идти в деле до конца.

Отбивая ноги у порога главного шатра, Галахад таки решил забрать серьезность друга.

Случилось все так просто и легко, что только диву можно подаваться:

— Притормози, я тут подумал, — лёгкий слог повеял моментально. Схватили Руди за плечо и тормошат.

Грейрат поддался относительно легко, ведь именно таков был человек он по натуре — тяжесть не любил держать, предпочитая лёгкость в голове и над душой.

— М?

— Да вот, хочу спросить, как у тебя так получилось, — Галахад поднял ладонь на уровень лица и оттопырил указательный, а потом и средний палец. — Двух милашек в общую постель уложил, а секретом с друзьями не делишься.

«Э?! Это все, о чем ты думал, пока мы шли?!» Красноречивые мысли часто проявляются на лице, как в нашем случае.

— Они же не близняшки, что б считать за одну. Эрис у тебя такая, — Гал развёл ладони в жесте «больше». — А Рокси вот такая, — ладони сблизились, показывая «поменьше». — А ты ещё и не стесняешься играться с ними перед всеми, мне завидно, так и охота тебя кулаком по голове стукнуть.

— Да я ничего такого…

— Ага, не ты так Эрис подойдет и шлепнет тебя по заднице, знаем-знаем, ты бы видел глаза Рутры и как он их выпячивает на подобное своеволие в командном штабе, — рыцарь пальцами открыл веки шире номинального размера. — Но знаешь, это ещё куда ни шло, все же с характером Эрис многие смирились, и ничего не выказывали, куда сложнее стало после известия о том, что у тебя появилась вторая жена — Рокси.

— Я ничего не делал! Оно само!

«Оно» и вправду прошло как-то мимо Рудэуса, даже согласия не спрашивали. Главный приз в лице Грейрата узнал о дуэли между Рокси и Эрис опосля, постфактум. «Муж» (в лице Эрис) одобрила вторую «жену».

— Я-то сразу понял! — в такт поторопился Гал, плеснув в ладони. — Старший Ланс и ещё несколько знакомых думают аналогично, — юноша с ухмылкой постучал пальцем по виску… По виску чужой головы, отчего тут же поспешил отойти на шаг в сторону. Галахад обнажил острый ряд зубов. — Но, как ты мог заметить, у нас есть женская часть команды… Состоящая, правда, только из двух девиц, не считая твоих, но да не суть, и вот они поползновение на нравы общества считают святотатством.

— Хочешь сказать, Мордред придерживается веры в Милиса?

— Не, другая ему молится, Мор же… Хм, старший Ланс пытался говорить с ней на эту тему, но она все время убегала, — Галахад взял паузу, переводя взгляд то на лагерь, то на небо. Полминуты выдалась запинка, прежде чем он подозвал Рудэуса пальцем и наклонился прошептать на ухо секрет: — Ты может не замечал, но Мор у нас дева не целованная, за ручку не держанная, за грудь не лапанная, и вообще, её замашки деревенского пацана отпугивают потенциальных партнёров.

— Даже тебя?

— Что значит, даже меня?! Я вообще порядочный! — в выставленную колесом грудь пришелся удар кулаком. — С друзьями не сплю, если они того сильно не просят, а Мор не просит, она смотрит на тебя и твоих жен, все думает и не надумается. В общем, меня сюда не приплетай, я свое дело знаю.

— Ага, как же.

— А то, я же как… Как рыцарь, помечающий великое зло!

«Мне кажется, или он себя так успокаивает?»

— В любом случае, спасибо что поделился, теперь я, кажется, понимаю в чем проблема с Мор.

«В чем-то она похожа на меня… или нет, и я опять надумал себе не весь что? В любом случае, я понимаю её злобу, ведь сам когда-то сыпал проклятиями в сторону воркующих парочек».

— И хорошо, взаимопонимание — залог успеха. Но все же, к Рутре подойди и передай о своем решении. Ранее он выдал тебе несколько дней на раздумья и твой моментальный ответ не помешал этому времени пройти.

— Не убегу же я перед самим порогом, — хмыкнул Руди.

— Отлично, замечательно, великолепно. Тогда иди, и я пойду, тут недалеко видел загорелую незнакомку с кошачьими ушами.