Бумаг оказалось предостаточно, и прежде, чем стража подметила подозрительное шуршание, успело отлучиться ещё две бабочки.

На подозрительный звук начала приближаться пара справа, там она единственной проходкой что-то защищала.

Проскользнув подобно мелкой мышке, Лену приоткрылись странные гробы. Открытые углубления размером полтора на два-два с половиной, заполненные чем-то жидким. Этих ям, в одной лишь стороне, Норсбай насчитал больше нескольких десятков, а это не учитывая видимость. Тьма все-таки не прибавляла очков дальнозоркости.

Что характерно, ямы источали те миазмы яркого, заглушающего нос запаха целебных трав. Из корыстного любопытства Лен заглянул внутрь одной из них.

«Человек? И что он там делает? Его маринуют?» Саркастические колкости Лен оставил на потом, когда лично будет отчитываться перед Нилремом, сейчас же его больше беспокоил этот человек. На вид обычный, не урод и не красавец…

«Он живой… Нет, погоди, а как?» Внутри ванны испытуемый, вот только он спокойно спит, хоть сердце еле слышно.

Нахмурившись, Лен медленно прошёлся по другим таким «ваннам» и в основном там так же лежали живые люди. Женщина или мужчина, неважно, важно, что с ними было что-то совершенно не так.

Это осознание вскружило парню голову, он остановился, краем глаза продолжая подсматривать за далеким огоньком, под которым ходит стража. Лен признавал, ему стоит поблагодарить их за проявленную халатность и невнимательность. Пропажу бумажек не заметили, хоть юноша и не был дураком, он подложил пустышки.

«Надо поспешить» однако прежде, чем выбираться, пытливый ребёнок внутри попросил его полностью пройти весь ряд. Да, в каждой из ванн находился только человек, но может быть, следующий будет уже чем-то новым? Чем больше сведений достанется ему, тем больше шансов получить дополнительные награды.

Любопытство то сработало, иль шестое чувство, но Лен продолжил отдаляться от совсем не спешащей стражи, преследуя сенсацию. Как итог, свое он получил, получил даже больше, чем надеялся.

На этот раз, ванна не была типичного размера. До двух метров в ширину и трех с половиной в длину, «гроб» не наполнен до краёв той слизкой жижей из различных трав. Однако, это больше не был человек.

Похоронен здесь отнюдь не человек, не демон и даже не зверочеловек, хоть тот и обладал чертами всех их сразу.

«Это что… Магзверь?» От увиденного по позвоночнику Норсбая непроизвольно пробежался холодок, а мысли заметались в черепной коробке с паникой взирая на тот спящий ужас, что предстал ему. «Нет, это человек… Человека скрестили с магзверем?»

Причиной таких выводов послужили остатки некогда бывшие одеждой, да и человеческого в громадной туше не отнять. Далекий кашель дернул по струне лазутчика, однако нервы оказались все же крепче паутины, не так легко их разорвать. Он обернулся на источник звука и с облегчением подметил как вдалеке остановилась стража, начав о чем-то говорить.

«Возможно, те люди так решают, кто пройдет свой караул у него под боком?» Дёрнув подбородок к зверю, Лен лучше присмотрелся. Тело покрывалось густым, тёмным мехом, морда существа звериная, вытянута, точь-в-точь волчья, только длиннее. Элементы зверочеловека так же присутствовали (уши и хвост) из-за чего Лену было сложно определиться что, собственно, перед ним сейчас такое дышит. Будто кто-то продолжить набрасывать звериных черт на зверочеловека, остановившись на той самой тонкой грани, когда существо уже перестанет выглядеть разумным и превратиться в существо.

Отчего-то Лена пробивал холодный озноб лишь только от единого взгляда на подобного рода сущность. Норсбай не из робкого десятка, чего стоит ему припомнить собственные похождения с красным концом. Он Джек Потрошитель! Гроза Ранноа, его Немезида!

«Так чего же меня так трясёт от одного его вида?!» Пустивший корни страх перерос в раздражение. «Мусор!»

Подняв ладонь, Лен единственным возможным способом незаметно попытался ощупать этого гибрида.

«Несомненно», мыслилось ему, «Если я добуду часть, подобного «оружия», меня вознаградят стократ!» Кровь быстро обернулась острым скальпелем и двинулась по верёвочке к спящему зверю. Лишь опосля, задним числом пришло осознание содеянного.

Смрад воздуха не мог стоять здесь просто так. За ним крылся явный смысл, который не сумел уловить разведчик. На самом деле, травы не давали чудищу учуять ещё хоть что-нибудь, тем самым оставляя волкоподобного без «зрения». Запоздало в голове Норсбая всплыл бубнеж ученого «Проблемы с гневом…» а запах трав видимо не раздражали нюх.

Запах крови.

Открыв веки, зверь почти моментально оказался рядом с нарушителем. Нечеловеческое усилие приложил Лен дабы не подать шуму. Чудовище беззвучно выпрыгнуло из своей норы за мимолетное мгновение и с яркостью уставился на Дитя Ночи кислотно желтыми глазами. Зверь подобил человеку — стоял на двух ногах, зверь подобил худшему из худших — он был врагом Лена. Нет, не так, как представитель Детей Ночи, Норсбай, Джек Потрошитель, задрав голову к глазам иным, видел в них природного врага. И то же он заметил в отблеске пугающего зверя.

«Мы враги» без толики сомнений свой вердикт вынес даже не сам юноша, а нечто в глубине него. От страха на мгновение подвели ноги. Застыв и не дав отскочить, оставалось лишь действовать по прописанным рефлексам, заботливо заложенными Рейвен.

«Профессор Рейвен»

На торс зверя уложили руки. Их моментально с рыком натурального магзверя тут же подхватили и сломили, превратив в нефункциональный мусор. Благо, сила юноши не в руках, а крови.

С момента как поднялся зверь, к моменту когда он сломал Норсбаю руки прошло по меньшей мере пол секунды. Стража только-только начала стихать, дабы лучше слышать треск и хруст костей, да чавканье свежей плоти.

Лапища монстра вдруг начали держать не хрупкую плоть, а натурально бритву, обоюдоострый меч, в которые переквалифицировались руки Потрошителя. Потянув на себя Лен думал срезать пальцы, однако, в сущности, никак не повредил дланями монстра, только и сумел, что вызволить на краткую секунду руки. Их тут же подхватили, вновь сжимая пуще прежнего, физической силой разрушая кровавую конструкцию. Кроме того, Монстр с яростью разинул крокодилью пасть, обдавая ярким смрадом, и сомкнул острые зубы там, где секунду назад находилась голова Норсбая. Животное успело откусить лишь нос, остальное он сохранилось.

«Какой неудобный противник», подметил Лен, взорвавшись новой порцией сюрпризов. Так как руки не освободить, проще уж их окончательно сорвать, как это делает в опасность ящер (только делает он это с хвостом), а дальше, чтобы зверь не щёлкал пастью, из откушенного носа в глаз монстра вылетел острейший шип, в который вложили много маны.

Такой хитрости монстр не ожидал, пропустив выпад, хоть и дернулся в конце. Кровавый шип взорвался в мозг чудовища, окончательно ставя точку на вопросе.

Отрастив одну руку, вторая слишком дорого по мане, ею же, Лен хотел насквозь проткнуть монстра, однако получилось лишь пробиться к сердцу, которое он и забрал, посчитав достойной находкой. В лицо брызнула кровь, а любопытство подтолкнуло испытать на вкус того, кого все естество признало главным врагом рода.

«Неплохо. На порядок ниже разбавленной крови Бога, но все ещё лучше обычных людей».

Стража, по прошествии пяти секунд, наконец направилась к нему. Вытереть рот от крови никогда не получалось, всегда получался смазанный боевой окрас.

— Какого… — даже после того, как монстру проткнули мозг и вскрыли грудную клетку откуда вытянули сердце, зверь продолжал стоять. Поднималась общая тревога. — Вот ведь… Ты меня очень-очень напугал, бугай…

Лен собирался бежать, однако неожиданно для себя понял, стоявший рядом зверь обмельчал совсем. Стал ниже… Нет, он не просто становился ниже, он обращался в… человека. Словно их и не было, исчезли когти и клыки, морда превратилась в человечью, шерсть. Теперь простые волосы на теле, а образовавшийся человек не вызывал никакой тревоги, в отличии от своего альтер эго. Примечательно… раны все закрылись, мужчина оказался жив, хоть сердце в единственной руке Норсбая не пропало.