Облачена в строгость и простоту, низкая горничная с темными мешками под глазами, вошла в приемную через приоткрытое окно. Быстро, ловко, элегантно. Профессиональный убийца двигался беззвучно, и только шелест ткани, в которую была завернута книга, выдавал её присутствие.

Гримуар в твёрдом переплёте успел отразиться в чужих глазах, прежде чем достиг владельца. На момент, когда Нилрему в руки упала толстая книженция, толпа зевак успела по достоинству оценить помпезность новой книги.

Рейвен молча поклонилась и ушла нормально, нарочно оставляя звук от собственных шагов ровно до того момента, пока не вышла за дверь.

А меж тем, лица герцогов подались вперёд, шеи вытягивались, подобно черепахам, подметившим важность вылезть из панциря. Пришла пора Панацее вновь показать величие и силу, продемонстрировав «золотое» обаяние.

— Как вы все знаете, Карс был создан мной, а уже вы созданы им. Как ваш бессмертный Владыка, он поступал опрометчиво, омывая этой силой каждого, направо и налево. Он вложил в вас те знания, которые имел сам, однако, мои познания в любой из дисциплин выше его собственных. Сначала я собирался сделать одну книгу, но объем оказался больше предполагаемого, потому я разделил ее на три. Перед вами первый, где описан вводный курс, несколько заклинаний, их достоинства и недостатки. Это первая книга по магии крови, больше такой не найти, — важность слов подкреплял Карс, глубоко кивая на последние слова своего Бога. В отличии от него, остальные приняли учебник по магии крови прохладнее. Он, мягко говоря, не оправдал возложенных ожиданий.

«Это даже не полноценное учебное пособие, а лишь часть» скепсис большинства зародился не на ровном месте.

— Прежде чем выносить какой-либо вердикт по книге, сначала убедитесь, что дослушали все до конца, — костяшки пальцев поочередно коснулись твердой обложки. — Поскольку первый том вводный и предназначается в большей степени для детей, я добавил туда методику развития магии. Детский ум куда пластичнее закоренелого взрослого, и эта книга, в полной мере, поспособствует его развитию. С ней, и моим наставничеством, ребенку не составит труда обучиться невербальной магии всех направлений.

Последние строки произвели эффект взорвавшейся ядерной бомбы, в том смысле, что всех словно стерло в пыль, оставив по себе зияющую тихую пустоту. От взгляда Нилрема не скрылась заинтересованность людей, а так же мелкая моторика их дланей.

— А эта методика… — начала было девушка. — Она уже нам не подойдёт, да?

— Элизабет, прекрати изображать дурочку! — ей отвечал другой герцог. — Не нужно испытывать терпения господина Нилрема.

«Один есть» подобно маленьким свечам в храмах, они зажигались один за другим.

— Верно, Эли, подумай о потомках, — подружка вопросившей герцогини окончательно обозначила сферу интересов.

Потомки.

Перспектива развития не только себя, но и своих преемников, большинству показалась многообещающей затеей.

И стар и млад, смотрели вдаль, а Нилрем проецировал туда господство над простыми смертными. У герцогов хватает сил, денег и влияния, им нужны гарантии величия, им нужно закрепиться в этом новом мире. Преемственность поколений рано или поздно произойдёт, а потому мысли подгоняли бывших людей искать наследие, которое они передадут детям.

Речи Панацеи обещали большой куш… и тут поднималось осознание — тот, кто быстрее пойдет на сделку и задушит собственную гордость, того и ждёт радостное процветание рода, тот будет сохранять отрыв от остальных.

В этом и было отличие двух общин. Королевству Асуры навязана идея Нилрема Грейрата, в то время как Детям Ночи он критически необходим.

И первым делом, после приветственной встречи, на следующий день, важные дяди и тёти, занялись обсуждением будущих направлений Детей Ночи, их приоритетом. Организовать тайный орден или клан на бумаге проще пареной репы, куда сложнее его воплотить и приживить в существующее общество.

А вот здесь, оставлять в неведении нужных людей глупо, потому со своей стороны, Нилрем созовет военный совет и поставит в известность генералов и высшую аристократию. Существующий отряд особого назначения Асуры будет «дополнен» верными добровольцами для создания куда более глобальной структуры — Орден Детей Ночи, который займётся добычей информации, её систематизацией и обработкой.

Нилрема издавна беспокоила собственная информационная неполноценность. Средневековая инфраструктура едва могла удовлетворить все запросы великого мага, отчего ощущение слепоты в вопросах больших ставок нарастало изо дня в день. До недавнего времени с этой проблемой оставалось только мириться, но появление сначала подконтрольной расы, а после, целого королевства, потихоньку сглаживали острую нехватку понимания мировых проблем. Из тумана войны вырисовывалась политическая обстановка. Из множества качеств, предписываемых Панацее саму себе — вездесущность, никогда ею не являлась. Впрочем, бытие королём, как никогда, подстёгивает мультизадачность, тем более, когда в ресурсах он более никоим образом не стеснен.

Ариэль, как благосклонный союзник, во всём поддержит «мужа», даже если эти начинания лично ей не к лицу.

Далее шли частные разговоры за каждого отдельного герцога, с уточнением, кто в каком направлении будет развиваться. Исходили из природных предрасположенностей, но очень быстро стало ясно одно, герцоги поголовно любители сотрясать воздух, хоть бери и отправляй тех ставить сценку для театра. День прошел малоэффективно, поскольку каждый отдельный индивид видел себя в том направлении, где крутилось побольше преференций и поменьше контроля со стороны их новоиспечённого Бога тире короля.

В ночь со второго на третий день, наконец-то начинались тайные походы.

Герцоги нашли в себе смелость для откровенного тэт-а-тэт разговора. Алчность вовсе не пугала Грейрата, наоборот, он чего-то такого и ожидал от кучки собравшихся воедино «лордов», которые устроили «алый совет». В личной беседе, без чужих прытких глаз, люди освобождаются от цепей общественного мнения, перестают подражать тупорогим баранам.

Отсутствовал контроль со стороны надзирательства, где «первый» не идёт вперёд, потому что «последний» за ним наблюдает, и сам он следит за «вторым», дабы тот не сделал и шагу вперёд.

Круговая порука мажет, как копоть.

Грейрат предлагал им вина, место у балкона и вид на мириады звёзд. На нижнем этаже практиковался в игре всеми любимый Владыка Карс. Его близость к балкону случайна, совершенно случайна, а прогнать скрипача, творящего живоподьемную музыку, не поднималась рука. Так что атмосфера представлялась… располагающей. Вино, музыка, теплая ночь, тихие разговоры — разогревали человека к состоянию пластилина. Любой мотив становился прозрачнее чистой воды, такова магия этого места.

Что же до герцогов, то каждый из них слепо гнался в первую очередь за собственным преимуществом. На общем собрании не поднять вопрос о благополучии одного конкретного герцога, не поторговаться за верность.

За толику привилегий больше, чем для остальных, каждый пришедший готов был пасть не только на одно колено, но целовать пол и вылизывать пятки. В общем, «тайное» соглашение заключили с тремя из девяти, но впереди ещё было два полноценных дня, и кто знает, как будут поступать более осторожные герцоги.

— В таком случае, приятных снов, господин Нилрем, — та самая Изабелла, прощально замахала кистью, выходя из комнаты с прижатой к груди книгой.

Провожая гостью взглядом, Грейрат никак не мог осознать, каким образом эти люди умудрились создать подобие общественной власти.

— Какая же бесформенная куча навоза, — так и хотелось плеваться на всю организацию Детей Ночи. Численность большая, а по факту, эта орава никогда вместе то и не собиралась. Учёта или списков нет, большинство делает то, что хочет делать. Проблема изгоев, которые избегают старших, намного более опасна чем считают герцоги. Эти нелюди бесконтрольны. Объятые гордыней, им неведомы липкие когти страха, последующие за гнусные деяния. Прогнозируя будущее, не сложно понять из-за кого начнёт дохнуть скот и умирать люди. Или, к примеру, обращенные.