сгруппировавшись и отлипнув от кресла. К его величайшему сожалению, пришлось продолжить прекрасное предложение. Как сиквел шедеврального фильма. — Хотелось бы мне так сказать, но дело как раз в твоей области. Я записываю наши главные цели и то, что удалось выяснить от Грабелла за короткий диалог. Кстати, тебя и Нотосов он уже заочно хоронит.

— Да ты что?! Нотосы ещё не пали, они железной хваткой держат ситуацию под контролем, тем более, в моих союзниках множество выдающихся личностей. Их как минимум двое.

— Зачту за похвалу.

Комната притихла, когда рядом, за дверью, продефилировала парочка слуг. Следующий разговор провели предварительно скрутив голоса, как никак, а Грейрат в своей комнате обязан находиться один.

— Вы договорились о второй встрече?

— Естественно. Она пройдет в вашем Колизее. Кажется, кроме принца туда заявится и его сподвижник.

— Дариус, — как само собой разумевшееся прошептала Ариэль.

— Не обязательно, но вероятно, не одним же Дариусом все обстоит.

— Он главный сподвижник брата, а его сила во дворце сложно недооценивать. Не будет лукавством, если я скажу, что влияние Дариуса больше чем у кого бы то ни было, особенно сейчас во время того, как болеет отец, — юная девушка обогнула письменный стол, направляя себя к мягкой и свежей постели. Плюхнувшись на кровать, она ненасытно зажмурила очи, поглаживая одеяло. Одним ловким движением Ариэль достала одну из двух подушек, обнимая её, углубляясь лицом в её аромат. — Ах, как приятно вновь вернуться в прошлое. Я ещё помню запах нормальных опочивален. И Колизей мне припоминается шумным местечком. Если тебя пригласили, то наверняка в ложу для знати. Будь осторожен, охрана там крепкая, выходцы из нашей школы Бога воды.

— Я это учту.

Кивок окончательно закончил разговор, и каждый зарылся в свою отдельную вселенную. Нилрем вернулся к бумагам, выплескивая на них свои знания, как только он и умел, в то время как Ариэль, все так же в обнимку с мягкой «зефиркой», именуемой подушка, откинулась назад, падая телом в центр кровати. Какая-то её часть была рада вернуться домой, как-никак, а отчие царства ей привычны с самого детства. После разлуки, ей казалось, вновь ощутить знакомые запахи получится только к концу полноценной учебы.

Так Ариэль и заснула жамкая и портя новую постель Нилрема.

— Немытая, вонючая, слюнтяйка… — в каких-то аспектах Грейрат определенно преувеличивал, однако пользуясь своей анонимностью, он нависал над счастливо сопящей принцессой, и говорил неприятные факты.

Поздняя ночь интересовалась одним — все ли заснули по своим койкам? И Нилрем отчетливо знал — никто не заснул, все только проснулись.

Стук в дверь ожидался Панацеей, так что позволение на вход открыло внимание на Мари. Вся блестящая и обновленная, одета в лёгкую белую ночнушку до колен. Правильным тоном со стороны настоящего джентльмена, было бы отвернуться от столь ослепляющей красоты, но то был другой сценарий, и на свою даму, мужчине позволено глазеть сколько угодно, вплоть до чарующих всполохах на её щеках.

— Ну чего? — прикрыв за собой дверь, Мари стыдливо схватила себя за локоть.

— Нет, ничего такого, о чем тебе стоило бы волноваться, — отбросив свое наваждение, Нилрем принял ответственное решение, кивнув в сторону раскорячившейся Ариэль. — Ты очень удачно пришла, присмотри за Анемой.

— А, стой, ты куда? — поднабравшись смелости, барышня едва успела схватить мужчину за руку. — Нельзя же оставлять меня одну?

— Нельзя же мне одному оставаться немытым, — объяснив свою цель визита, Нилрем отринул Мари. — Тем более, ты совсем не одна.

Выходя в коридор, Грейрат заложил в эту фразу двойной смысл, поскольку совсем близко ко входу к своей спальне, была встречена Анна-Роуз, держащая лампу в руках. Кое-кто, по всей видимости, совершенно не желал своего раскрытия, и потому, огонёк лампы очень быстро погас. Темнота страшный враг человека, а Бладлайн человеком быть перестала. Одно только ей не пришло в то мгновение, как скрыться пыталась она. Нилрем Грейрат — тот человек, чьи возможности выше её нечеловеческих.

— Кья! — пискнув неприлично трусливо, Анна-Роуз, шагнула назад.

Перед ней показался Грейрат, что секунду назад стоял поодаль. Он вновь зажег лампу и в её свете, не поскупился улыбнуться, приобнимая Бладлайн за тонкую талию. Ей больше не сбежать никуда. Тень накрыла лицо хрупкой барышни, тем самым закрывая её бордовевший лик. К уху приблизились губы.

— Составь компанию для Мари, а это, я, пожалуй, возьму себе в пользование.

Из ослабевших пальцев убрана лампа. Грейрат наконец отошел от Бладлайн.

— Я…Л-ладно, — как бы ей не хотелось сказать пару ласковых слов, говорить она их не будет, по крайней мере сейчас, когда положение не располагает.

Они разошлись подобно незнакомцам в утренней толпе. За тем лишь исключением, что Анна-Роуз обернулась на краткий миг посмотреть на удаляющийся огонек, упустив тем самым ещё более краткий момент, где Нилрем бросает за спину любопытный взгляд.

— Они же не сговаривались, да?

Мари, одетая в белое, и Анна-Роуз в черное. Как ангел и бес, как Инь и Ян.

Ночь на сегодня закончена.

Новый день, да будет ему совестно, предлагал новые трудности. Их решением и был занят Грейрат.

Погруженный в дела, он старался не забывать о товарищах и подчинённых. В полёт отправилась слегка увеличенная версия Алой Лилии, у которой находилась мелкая записка. В ней говорилось о новом месте проживания, а окромя, ещё и приказ — прибыть в ту же минуту, как только сообщение прочтут.

Поскольку точного адреса того куста, под которым Карс ожидает Орстеда нет, была предпринята другая схема. Алую бабочку накачали концентратом маны и крови, чей запах особо слаб для людей, но вот для Детей ночи, он должен являться тем светоносным факелом в темную ночь.

Закончив с одним, перешли сразу к другому, а именно — Колизею Арса.

Столица продолжала удивлять своим наполнением, впрочем, на этот раз, куда хуже выбивала из Грейрата удивленные вздохи. Сказывался набранный опыт. Местные достопримечательности (имеет ввиду весь этот мир) едва ли могут тягаться своей монументальностью с архитектурным шедеврами его родного мира. Для любой деревенщины столица страны — мегаполис, в котором за каждым углом отметился мастер. Восторга первооткрывателя у Нилрема не было.

Целителя Панацею, стоило ему подойти поближе к стенам арены, очень активно ждали. Кто бы сомневался в том, что его новым экскурсоводом вновь окажется миловидная девушка, чей нрав, по-видимому, ближе всего напоминал великому магу кошку из свиты Мари. Энергичная барышня со светлым ликом, особо остро вызывала у мужчин давление в области… сердца, по умилительным причинам. Нилрем не стал исключением и был бы очень недоволен, повторись с ней судьба прошлой его провожатой.

По пути, Грейрат то и дело подмечал для себя ничего не значащие вещи, такие как цвет плитки, потолка, количество света, шум прибрежной толпы, барельефы внешних и внутренних стен, фрески на окнах. Все эти мелочи считывались мгновенно и тут же сравнивались с Небесным Континентом. Колизей Асуры не избежал горестной судьбы — оказаться под прицелом оценивающих глаз. Пристальных и дотошных.

Из увиденного, до сего момента, Нилрем мог с уверенностью сказать, что колизей Асуры с лёгкостью мог потягаться с таким же на Небесном Континенте.

— Прошу сюда, — остановившись у безымянной двери, горничная мило улыбнулась, приглашая рукой Нилрема войти. Переполненная энергией барышня успела подмигнуть Панацее, дважды, видимо подавая намёки на что-то большее, только вот у последнего совершенно не было желания сращивать бедной горничной руку или ногу, или что ещё безнравственные люди по ту сторону дверей могут выкинуть, прикрываясь проверкой способностей Панацеи. Мирно кивнув девушке, Нилрем вошёл, посоветовав ей не следовать за ним.

Таким образом, ВИП ложе оказалось у Грейрата перед глазами. И первое, что тянуло внимание были люди. О богатых украшениях, полированных подносах, и изысканной еде всегда можно подумать позже. Первее всего — воины в количестве четырех штук. Расставлены по всем углам комнаты, они совершенно не загораживали вид, однако служили живым и нерушимым напоминанием силы королевского рода. Здесь и сейчас в этом помещении находится принц Асуры, Грабелл Зафин Асура, и на его безопасность не сложно выделить нескольких человек святого ранга и выше (определить точнее, только по количеству маны Нилрем не умел).