Бой начался с обычного человеческого шага и сделал его сияющий рыцарь.

Нилрем насупился, тень скрыла его глаза, а ладонь крепче ухватилась за рукоять меча. Железо скользнуло по ножнам, Грейрат вступил в непрямую борьбу с Ланс Е’Лотом. Их усердие, их движения, шаги и мысли направились друг к другу.

Терпение — показательный пример стойкости духа оппонента. Бесконечно сближаться у них не получится, а значит, рано или поздно, но кто-то ударит первым.

«Следуй заветам, отбрось ненужные мысли…» Ланс Е’Лот видел многих магов, из них, несколько святого ранга, но ни один не надвигался с подобным напором. Мало кто из воинов позволял себе подобную храбрость.

«Не смей сомневаться, будь хладнокровен…» Нилрем Грейрат никогда ещё не сражался с кем-то уровня святого или выше. Приближаясь, вот так, исподлобья косясь на противника, Панацея, к удивлению, вспомнил образ отца. Пол Грейрат был единственным сильным мечником с которым дрался Нилрем за последние годы. Трудно сказать, являлся ли Грейрат сейчас, в своей нынешней форме сильнее отца.

«Открыв» магический глаз, Нилрем вновь оценил общие силы противника. Ланс демонстрировал отличный запас маны, а его высокий, но доселе неизвестный ранг, оставляет место воображению.

Между ними осталось двадцать шагов, прежде чем Ланс рывком достигнет противника.

Расстояние, казавшееся пропастью, словно удалили высшие силы.

Удар вышел ещё более быстрым, чем рывок, и все же, под удивлённое гудение толпы, Грейрат уклонился от первого выпада. Перерыв длился ровно один выдох, после чего на землю посыпались искры от столкновения мечей. При первом приближении, заурядный зритель воскликнул бы, мол они держатся на ровне, однако это было не так. Что для него (зрителя) смазанные движения, то для обученного воина чётко подставленный бой.

На лбу, руках, ногах, и вообще теле, то и дело выскакивали нелицеприятные вены. Грейрат изрядно ускорял и усиливал свое тело, дабы просто поспевать за чужой мощью. Его собственный боевой дух не столь велик, а компенсация за счет магии несёт свои последствия. Внутренние раны и кровотечение оперативно зализывались.

Ситуация, какой бы она не казалась наблюдателю, для Нилрема складывалась не лучшим образом, впрочем, какое-то время тело мага ещё выдержит.

«Чистым мастерством он ближе к продвинутому рангу, однако его сила и реакция… она ненормальна. Какими же трюками ты пользуешься, и сколько их у тебя осталось?»

Нилрем словно услышал чужие мысли, облизнул уголок пересохших губ, после чего усмехнулся.

Между ними проскочила искра. Не метафорическое напряжение, а вполне реальное явление. Загудел сам воздух, когда Ланс Е’Лот впервые почувствовал как вздымаются все волосы не только на голове, но и на теле. Вторая искра мгновенно приковала к себе все свободное внимание. Беря пример с дикой природы, на ум сразу припоминается пантера. Грациозная мордочка семейства кошачьих, гордая и непоколебимая. При охоте у этих незаметных хищников расширяются зрачки, они прижимаются к земле, прячась в чаще для точного выпада. Ланс Е’Лот считал себя именно подобным зверем. Маг, да что бы маг имел возможность нанести ему вред? Это же сказки из рассказов, просто слухи и домыслы ничего не понимающего народа…

«Поскольку ты тут остаёшься за главного, я хотел бы дать тебе один совет. Несмотря на свои принципы, у тебя есть и недостаток, который свойственен любому воину. Придет день, и ты припомнишь мои слова, сила мага во много раз могущественнее нашей.»

…эти слова и впрямь скользнули в голове. Неприятно осознать свою ограниченность, а узнать о своих ошибках в самом разгаре боя — вдвойне!

По собственной глупости, Ланс ослабил бдительность, «игрался с магом» когда должен был закончить с ним одним ударом. К чему же это его привело? К чувству загнанной в ловушку добычи, а как и у любой добычи, зрачки Ланса расширялись от подпрыгнувшего страха. Между их мечами проскочил пробой, а далее, зрачки сузились рефлекторно, от предстоящего светошоу.

Мгновение не столь быстро, как тот удар, что сотворил Грейрат. Поражающая все вокруг волна электричества прошлась на двадцать метров, прежде чем полностью не погаситься землёй и воздухом. На своих местах зрители подверглись страшному мучению, ведь их глаза получили несвойственную им порцию обжигающего света. У кого отнялось зрение, кто оглох на несколько секунд, но были и те, кому совсем не повезло. Не сказать, что пострадали все, были и те, кому все нипочём, большинство же, кто прямо или косвенно интересовался битвой на несколько часов образовалось заметное световое пятно, не позволяющее вдоволь насладиться итогом стычки. Парочка несчастных взвывшими волками пали оземь, их тяготы по эстафете переняли дамы, чье сердце оказалось слишком впечатлительным. Упавших в обморок женщин подхватили мужи. Последние подняли гул негодования. Их незнание, на практике не освобождало их от кары. Все равно что жаловаться на сияющее солнце в небе.

Участники столь громкого скандала сейчас скрывались в облаке поднявшейся пыли.

Проморгавшись, король отдал приказ ближайшему соратнику сменить народный гнев на милость.

— Скажите им, никто не пострадал, все живы и целы! — лицедей, никак иначе, ведь Король понятия не имел, что сказанное им являлось правдой. По-быстрому сменили ослепшего комментатора, и новик начал успокаивать людей, транслируя устами волю Короля. Операция прошла успешно, и недовольство подавили в его зачаточном виде.

Всего прошло полминуты.

Из-за поднятой в воздух пыли, Грейрат упустил рыцаря из виду, и всю ту минуту собирался с мыслями.

«Его должно было задеть! Всего небольшой разряд по сердцу, и он погиб. Только если он не скрывал скорость и рефлексы, сопоставимые с разрядом молнии императорского уровня.» Магия электричества по праву должна встать вровень с сильнейшими заклинаниями, даже её самая слабая итерация, поскольку почти никто не знает, как от неё защититься.

К сожалению Нилрема, его оппонент не был тупоголовым демоном или диким магзверем. Ланс Е’Лот, выпрыгнувший из клубка пыли где остался маг, не просто выжил, но даже сносно стоял на ногах, тем самым выражая свою нескромную удачливость, ум и смекалку.

От половины брони мужчине довелось избавиться. Часть снаряжение истлела, часть обуглилась и оплавилась, пришла в негодность. Остался бравый Ланс Е’Лот с почти что голым торсом и мечом на перевес.

— Сдавайся, — впервые за эту битву прозвучал краткий призыв капитуляции. Озвучивал его побитый Ланс Е’Лот.

— Ты должно быть шутишь, — Грейрат, вышагивая по стелющейся у его ног пыли, не на шутку раздразнился, запуская с двух рук, как из пистолетов каменные снаряды, один сильнее второго.

По наитию собственного меча, рыцарь протекал сквозь шквал огня, где можно, отклоняя тело, где нужно, подставляя меч. Защитная школа бога воды раскрывалась здесь и сейчас во всей своей красе. Едва ли танец, движение воина напоминали естественную красоту природы. Текущая по наитию вода в речке точит камень, так и воин под непрерывным течением заклинаний медленно обострялся для одного единого рывка.

Закусив губу до крови, Нилрем вновь прибегнул к затратному электричеству (а затратное оно потому что Грейрат так до конца и не убрал главный минус — отдачу. Лишь снизил её мощь, потому попутно с собственной атакой, он исцелял).

Ощутивший угрозу на подсознательном уровне, Ланс принял решение пойти зигзагами, совершая один вираж за другим, поражая зрителей своей гибкостью и акробатикой (которая стала доступна после снятия части снаряжения).

Кружа вокруг мага на безопасном расстоянии (около тех же двадцати метров), рыцарь не спешил сближаться. Совсем недавний урок научил мужчину проявлять здоровую паранойю даже к самым мелким мелочам.

«Его каменные снаряды не представляют для меня угрозы, видимо ничего более быстрого на дальний бой он выставить не способен. Если продолжить в том же духе, то попусту растратит ману. Грейрат обязан это понимать, а значит будет действовать раньше, такой возможности нельзя упускать!» Ланс Е’Лот остановился, что стало неожиданностью для Нилрема.