В итоге, все затянулось на добрые полчаса. В цирк вошёл Грейрат и он закончился:

«Не место вам подле меня» обе стороны едва не пискнули от радости: «Ну наконец-то!»

За сим, дамы благодарно откланялись, не забыв помянуть доброту Нилрема, и посоветовав ему как-нибудь навестить Анну-Роуз.

Отмахнувшись от прилипал, что маг, что его новоявленный подручный, сели напротив Томы, ровненько на места ушедших дам.

Таверна, в которой Тома решил сообщить двум барышням жестокие слова, находилась близ окраин, на одном из немногочисленных холмов, с высоты которого виднелись те самые «крутые» виды на порог небесного континента.

Посетовав на бесполезную трату денег, Грейрат махнул на ученика рукой и представил ему их главного информатора тире провожатого тире мастера по всем вопросам.

Лысый мужик, с мощной челюстью и грубой надбровной дугой. Чем-то отдаленно напоминал актеров боевиков девяностых, ещё тех времён, когда в эти фильмы брали солидных мужчин с аурой матёрых бойцов, коммандос!

Он-то, без особо лишних прелюдий, сразу перешёл к делу.

— Вам, значится, на небесный надо, — не вопрошал, а утверждал, что неудивительно. Таких как Нилрема и Тома за неделю с десятка другая наберётся. В пору было устраивать экскурсии по тем немногочисленным достопримечательностям что были, впрочем, местные воротили слишком поздно уловили суть поскольку просто не ожидали столько народу (по меркам одной из сложнейших локаций).

Момент, а за ним и денежки упущены и остаётся только куковать, да промышлять вторым приходящим на ум дельцем — подсказывать, что да как (естественно не за бесплатно).

— Так какие судна плывут к небесному континенту? — Тома поделился тем, чем не следовало — своими мыслями. — Что? Чего это вы на меня так смотрите?

— Он у тебя, значится, за тупенького, да? — нарочито ласковым голосом произнес информатор, шмыгая мясистым носом.

— Тома, запомни: «Слово — серебро, молчание — золото».

— А что не так? Хоть объяснили бы…

Недовольство ученика привело учителя к тяжелому вздоху и дальнейшим тягучим словам:

— Тебе ничего не говорит магический круг в центре города?

— Я в этих кругах не разбираюсь и хватит на меня так уничижительно зыркать, словно я мать родную продаю на рынке рабов.

— Честное слово, лучше бы это делал. Надо будет подсказать Мари, в каких дисциплинах ты отстаёшь.

— Эй-эй! — услышав знакомое имя в подобном контексте, Ульберт закономерно подумал о чем-то плохом. Уже рефлекторно, он поправил воротник и засуетился глазами. — Ты же шутишь, правда? Не может же человек быть специалистом во всех направлениях. Мне это даже зам. ректора Джинас говорил, таким редким для него, нравоучающим тоном: «Нет в мире абсолютного специалиста, нужно стремиться занять свою нишу и развивать именно её.»

— Разве кто-то говорит о идеале? Я делаю из тебя вполне конкретного специалиста. Специалиста в магии.

— Аггр! — нечленораздельный звук совпал с ударом тяжёлой (хотелось бы верить, что от знаний) головы о стол.

— Так вот, значится, — свою шарманку завел местный, харчком прочистив горло. — Дело обстоит просто. Покупаете в магазине кристалл маны, на одного человека один кристалл, подходите к пьедесталу, молитесь, прося помощи у великого Милис и активируете круг. Он дарует временную возможность летать.

Тома переглянулся с Нилремом, после чего, начались уточняющие вопросы, по-типу, как летать, сколько продержится магия полета, куда именно лететь, сможет ли информатор за дополнительную плату лететь с ними для надёжности… В общем, случалось то, чего ждали, оттого и ответы прилетали моментально, как выдрессированные собачки, наученные стоять по команде: «Смирно!» Сомнений не оставалось, ответы отскакивали от зубов лысого, потому что он их давно заучил.

Никакого плохого умысла в подобном откровении не находилось, Нилрем мог только печально вздыхать, понимая, что карету с собой не заберёшь. Там же книги, рукописи, знания в конце то концов! Их следовало оставить в надежном месте на недельки две и каким же «совпадением» стало то, что их гид как раз знает один такой схрон. За небольшую плату, доблестные люди не оставят в биде уважаемого господина.

— А кто, собственно, создал этот алтарь? — Нилрем проявил редкую к подобным историям тягу. Задавая вопрос, одна из рук держала блокнот, а вторая перо. Нечто схожее всегда и везде с собой носит Мари, только страниц там побольше.

— Не знаю, — как само собой разумеющееся сказал гид. Его пожимание плечами, огорчило заказчика. Дабы и вовсе не хоронить любознательность пришлого гостя и оставаться с ним на связи, мужчина все же решил немного прояснить ситуацию. — Но, есть сказка, значится, мол первые крылатые возводили такие монументы, дабы люди могли с ними общаться, однако грянули войны и в итоге осталась одна, здесь, в городе Эдж.

— И все?

— Вообще-то это детская сказка, если хотите могу полностью пересказать, однако боюсь, вы лишь потратите время. История наивная до безобразия — о любви и доблести.

— И то верно, — кивок от Грейрата закрыл вопрос и дело пошло своим ходом.

Загнать на склад лошадей и карету, естественно, побеседовать со здешним завхозом на тему: «Чести и праведности» последнего, и с острым прищуром, за неимением альтернатив, отдать под его пропитый глаз (завхоз одноглазый) свое имущество на схрон и отправиться к прилавкам.

Провизию, как таковую с собою брать не стали. «Полёт», которым одаривает пьедестал длится около трёх часов, чего, по словам гида достаточно, чтобы преодолеть три километра до основания континента, но и забраться на вершину и долететь до первого населенного пункта назначения.

Перед полётом, как и договаривались, купили по магическому камню. Хрупкие кристаллы, размером с мизинец взрослого мужчины, источали из себя ману. Слабо и нехотя, словно живые существа, которых ранили. Это напомнило Грейрату о его собственном изобретении, что красуется на его сережках, кольцах и конечно же диадеме. Под каким углом не посмотри на Панацею, а он складывал впечатление богатого человека, очень богатого. Воров в его сторону тянула нажива, однако риски и противовесы к таким личностям, применяются вдвойне строже.

«Получается, этот алтарь, черпает ману из таких вот компактных источников.» Нилрем последовательно осматривал как магический круг, так и пьедестал в его центре.

«И долго мы ещё здесь простоим? У нас вроде времени в обрез.» Тому не особо влекли тайные знания. Он предпочёл завалиться на скамью и считать количество пролетающих птиц в небе.

«Не ной, мне нужно записать этот круг, позже покажу его Мари, это может ей помочь.» Потратив ещё несколько десятков, минут на зарисовку неизвестного круга, со всеми приготовлениями было покончено.

— Иди первый, — толкнув Ульберта в сторону алтаря, Нилрем, казалось бы хотел увериться в его работоспособности.

— Оно будет нормально работать? — Тома перебежал глазами к гиду, что, потирая лысину с улыбкой кивал.

— Это, значится, абсолютно безопасно, повторю, положите кристалл на его место, зачитайте молитву и все. Множество сильных авантюристов проходили этой дорогой, и никто ещё не умирал на этом этапе.

«А дальше значит, умирали?» Тома не весёлым шагом приблизился к центру, положил туда кристалл и прочитал молитву.

Наблюдающий за происходящим великий маг старательно анализировал все происходящее своим магическим глазом. Это оказалось не сложно, поскольку процесс шёл отлажено и плавно. Никаких помех, попыток скрыть чары или ещё каких сюрпризов.

«Начальные слова помогают нарушить оболочку кристалла и активировать круг»

Спустя секунду слабым светом вспыхнул магический круг, кристалл рассыпался в прах, а Тома ощутил паническую легкость во всём теле.

— О! О-о! Я… Я лечу! — внук О’Лена и вправду оторвался от земли и завис в трех метрах от неё. Восторг и страх одновременно заставляли его тело напрягать каждую мышцу в теле как никогда прежде.

— Скорее паришь, — Грейрат скептически осмотрел подопыт… ученика. — Попробуй подлететь ко мне.