«Спасибо! Спасибо вам дорогой Пол! Если бы не вы и ваши люди, я не представляю, как бы мне дальше жить»

«Хамло! Почему мою жену ещё не нашли?! Что значит вы стараетесь как можете? Я ведь вам плачу чтобы вы не ногами шаркали, а работу делали!»

«Да благословит вас Милис, дело благое творить, и да укажет вам путь в вашем шествии.»

«Как так! Мою доченьку уже седьмой месяц найти не могут! Вы вообще работаете, или нет? Я? Я занята более важными вещами, это ваша работа искать потерянных!»

День за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем. В каком-то смысле, изначальная цель найти родную семью, как из мягкой и пушистой идеи, превратилась в поиск потерпевших со всего региона, чем уже напоминала стальную и шипастую булаву. Это дело всерьёз стало не просто добротой сердечной, открытой душой, а бессердечной работой, каторгой, где отцовскому сердцу больно наблюдать за чужим горем, но также печально слушать радостный смех воссоединённой семьи. Пол хотел того же. Хотел найти всех, но не всех потерянных людей, а всех родных и близких.

«Папа, а когда придёт мама?» И как отвечать Норн раз за разом придумывая новые странные поводы её отсутствия? Просто дабы девочка не расплакалась из-за горя и не утащила своим плачем и отца на свою эмоцию.

Понятное дело, в одиночку Пол не действовал никогда. Он подключал свои связи, зазывал простой народ к помощи, однако же, легче не становилось. Одни находились, другие погибли, так и не дождавшись помощи, а судьба многих так и остаётся неизвестной.

Как-никак, а именно Пол Грейрат возглавил поисковую группу, с него и спрос у большинства людей.

Сам горе отец, за целый год так и не нашёл своих детей и своих женщин. Казалось бы, их так много, но что пять людей на целый мир? Бывший страж деревни Буэна ломался. Его сердце переполняло уныние, стресс, стыд, страх и прочее, что в итоге… Лечить израненное сердечко пришлось тем, что было под рукой. Выпивка. Все чаще и чаще, Пол начал пить ради того, чтобы этот день прошел быстрее, чтобы мысли путались, ускорялись так, что ни на одной не сконцентрироваться по-человечески.

Пол ломался под натиском той беспомощности и ответственности, что взвалил на собственные плечи.

Но вот, в темном царстве безнадёги появился луч, и принесла его нелюбимая лицу мужчине женщина. Клэр Латрей, великодушно снизошла говорить с Грейратом, и поведала ему о чуде. Явился его первый сын — Нилрем Грейрат, и не просто явился, остался здесь, а за собой по ниточке приволок Лили с Аишей. Тогда кислое выражение Пола изменилось изумлением. Все потертости его лица, распрямились, а щетина словно всосалась обратно в лицо. Даже впалые щёки и те спрятали за собой острые скулы.

Так себя чувствовал Пол, когда внезапно, после столь огромного промежутка поисков, он наконец-то получил отдачу. Мысль, что все напрасно задвинулась куда-то на край земли, а ноги быстро понесли мужчину к сыну. Он не помнил, что ему после этой шокирующей новости сказала Клэр, его уши слушали, но не слышали. Да и неважно это все. Сердце почти разбитого отца получило свою порцию исцеления, и он пришёл в особняк Терезы.

И вот, он здесь. Стоит напротив сына с мечом в руках, и выжидает его рывка.

«Не хотел я так воссоединиться после долгой разлуки», однако прокатив в голове мысль, Пол пришёл к выводу, что Нилрем всё-таки не тот мальчик, который будет попусту тратить слёзы.

— Пол, за это время, что не виделись, ты случаем вышел на уровень святого меча?

— М? Нет. А с чего такие вопросы? — взгляд сына сузился, точь в кромку лезвия. И без обычных объяснений, два деревянных меча столкнулись.

Их бой не описать обычным способом. То был не столько спарринг сил, сколько взгляд на мастерство, на прогрессию собственного отпрыска его отцом. Пол верил, что Нилрема ждет многообещающее будущее, в котором он не раз и не два докажет свое имя всему миру, однако он представлял себе этот прогресс несколько медленнее, раза в три или четыре.

О, шероховатый взгляд, которым отец тыкал Нилрема нравился второму. Панацея соврал бы, скажи он, что не ждал момента, когда сможет: «Надрать задницу этому идиоту». Сначала этому препятствовала мизерная личная сила, потом огроменные расстояния, впрочем, теперь, от заветной цели, мага, отделяла одна лишь осторожность Пола. Мужчина впечатлился. Вскинутые брови к небу, продержались там не больше секунды, прежде чем они припали к земле.

«Сильный», мелькнул огрызок мысли, прежде чем Пол удалился спиной назад. Чувства внутри него пришли в смятение и нужны были крохи, секунды на то, чтобы прийти в себя и остыть.

Разорвав дистанцию, Пол едва не похвалил Нилрема, но вовремя спохватился, клацнув зубами. «Нил уже себя перехвалил», пришёл мужчина к этому выводу из того, что видел. А видел он крайне надменное выражение лица, которое улыбалось той гаденькой улыбкой.

— Нехорошо разрывать контакт вот так. Ты же не забыл, что я вообще-то маг?

Протянув руку к отцу, на кончике пальца создался каменный снаряд, который мигом улетел в мужчину.

Говоря на чистоту, Пол взаправду забыл, что его старший сын умел ещё и в магическом ремесле. Просто сила и скорость среднего ранга в мече, вызвали слишком уж большую бурю в его голове.

Увернуться от шального камушка было просто.

— Не думаешь же ты, что меня таким пробить? — Пол позволил себе ухмылку, вместе с тем, хлопнув себя по нагруднику. — у нас разве не спарринг? Помнишь? Магия запрещена.

— Я помню, — недовольство которое налезло на улыбчивое лицо паренька веселило отца. Так уж сложилось, что смеялся один, когда второй хмурился и наоборот.

Пригнув колени, Нилрем собирался броситься вперёд, и кроме этого, тело парня начало испускать незаметный пар. Случись стычка зимой, он был бы видим. Пол ощутил перемену. Буквально прошедший по телу легкий озноб прекрасно справился с ролью индикатора. Ещё будучи командиром группы авантюристов, эта искомая другими вещица, как предчувствие, помогала ему бесчисленное количество раз.

«Что же ты сделал?» Мужчина не сомневался, что дело в магии, однако он не собирался сейчас попрекать сына в жульничестве, по крайней мере, до тех пор, пока сам не проиграет.

— Держись отец, смотри не отбрось копыта, — приняв самую удобную позицию для резкого рывка, Нилрем провалился носками в пол, для лучшего сцепления.

— Нил, а ты меня не перестаешь удивлять.

И бросился сын на отца в желании узнать кто прав, кто главный и самый важный. Их бой походил на то, как по могучему ветру гоняют листья. Они то сближались, лишь просто чиркая друг друга, то расставались, не насытившись прошлым контактом. А ветер все бушевал, все кричал им вновь сойтись, и они сходились, бились лбом друг о друга, как те упертые ослы.

Пол обладал тремя стилями и многолетним опытом. Переходя из стиля в стиль, на ходу используя и защиту, и атаку, его не зря уважали в окрестностях. Пол был молодым талантом.