Группа Арона справилась с заданием.

– Это их отвлечет! – воскликнул я, отмахиваясь от подозрений декуриона. – Я потом все вам объясню. Нельзя здесь задерживаться, – указал я на стену купола. – Нужно найти другой путь в башню связи.

Стас не шелохнулся. Как керамическая статуя, он продолжил подозрительно смотреть на меня.

– Это ловушка? – спросил он.

– Что?

– Вы водите нас кругами. Ваша женщина знала код, а та тварь как-то чересчур охотно умерла, когда вы в нее пальнули. – Он приблизился. – Если вы морочите нам голову…

– Что за бред вы несете?! – воскликнула Валка, подбегая к нам.

Стас наставил на нее дисраптор. Пустая угроза – она была защищена щитом, – но многозначительная.

– Тихо! – огрызнулся декурион. – Она из этих? Из магов?

– Я тавросианка. – Валка застыла и подняла вверх руки; с одного пальца свисал табельный тавросианский револьвер.

– Одна фигня! – Стас перевел взгляд с нее на меня. – В башке всякая злодейская хрень. – Он взмахнул винтовкой. – Я потерял там людей! Хороших людей!

Я успел забыть, что со мной были не мои люди, не мой Красный отряд. Стас, Шарп и Драконоборцы не сражались со мной плечом к плечу несколько десятилетий. Они не знали меня, не верили в меня – и не понимали.

– Опусти оружие, солдат! – скомандовал я властным тоном лорда Марло.

Стас не послушался.

– Вы заманили нашу флотилию в западню.

– Что? – хором рявкнули мы с Валкой.

– Говорят, все ваши подчиненные погибли, – сказал декурион. – Я слышал. Вы собираетесь это повторить.

– Это неправда! – возмутилась Валка, оглядываясь по сторонам.

Солдаты замерли в шоке, разрываясь между верностью командиру и страхом передо мной. Не важно, был Стас прав или нет. В их глазах я оставался палатином, имперским лордом, к тому же Полусмертным. Поддержка декуриона была сопряжена с огромным риском. Если Стас ошибался – а он ошибался, – то по возвращении на корабли их всех выкинут в открытый космос.

Стас задумался.

– Опустите оружие, и я забуду об этом недоразумении, – сказал я, оценивая нестабильную ситуацию. – У нас мало времени. Нужно перегруппироваться и найти другой вход в башню.

– Комплекс большой, где-нибудь наверняка ходит трамвай, – вставил один из младших солдат, пытаясь разрядить напряжение. – Под землей, наверное.

Оружие декуриона дрогнуло, двинулось вниз от лица Валки.

Не успел он ответить, как относительное спокойствие нарушил выстрел. Пуля разбилась о щит Стаса, но силы удара хватило, чтобы потрясти декуриона и заставить отступить. Я крутнулся в поисках источника этой дьявольщины.

– В оборону! – выкрикнул я, но сам не стал бросаться в укрытие.

Пусть мы были на виду, такое действие лишь деморализовало бы моих подчиненных. Спрятаться можно было разве что за финиковыми пальмами, и я потащил к ним Валку.

Но далеко пройти не получилось.

Среди деревьев возникла темная, как ночь, фигура голема с головой-пушкой. Этот леденящий кровь бесчувственный кошмар казался чужеродным в этом теплом и светлом саду. Я невольно вспомнил о жутких сьельсинах в садах Кхарна Сагары. Голем не стрелял; он выставил вперед железные ладони, а в запястьях и плечах открылись красные бойницы дисрапторов.

– Бросьте оружие! – раздался человеческий голос.

Позади голема появился мужчина в серых доспехах, лицо которого было скрыто черным зеркальным визором. В руках у него был плазмомет.

Я выстрелил.

Заряд дисраптора с треском рассеялся об энергощит, не нанеся урона, и незнакомец в ответ пальнул фиолетовой плазмой над моей головой. Предупредительный выстрел. Я не собирался слушаться. Бросился к нему, не обращая внимания на огонь дисрапторов справа, означавший, что врагов стало больше. Мы схватились, и незнакомец упал под моим натиском. Его винтовка оказалась зажата между нами. Я колотил его по шлему рукоятью пистолета, а коленом прижал руку к земле. Нужно было лишь приставить пистолет к мягкому элементу доспеха под подбородком…

Меня схватили за руки твердые костистые пальцы и сжали так, что титан и цирконий едва не треснули.

– Пожалуйста, не сопротивляйтесь, – раздался монотонный, ровный голос; от его пустоты по коже пробежали мурашки. – Сложите оружие.

Руки голема сжимались сильнее; он поднял меня, словно взрослый человек – ребенка.

Я пытался вырваться, но тщетно. Оглянувшись, я увидел среди деревьев еще големов и людей в сером. Их было не меньше сотни, примерно по пять человек на одну машину.

Увидев, что я пойман, солдаты Стаса собрались по триадам с оружием наготове. Валка успела убрать револьвер и подняла руки над головой.

– Стойте! – закричала она. – Солдаты! Опустите оружие!

Я ощущал тяжелый взгляд Стаса. Мои надежды развеять его подозрения, судя по всему, не оправдались. Да, меня поймали, но и остальных тоже. В определенном смысле декурион был прав: я действительно завел нас в ловушку. Големы в коридоре не перебили нас специально, чтобы мы пришли прямо в руки вот этих людей. Но зачем? Первая машина не испытывала комплексов относительно убийства незваных гостей.

Что изменилось?

Я получил ответ через секунду.

– Глазам не поверил, когда увидел вас на мониторе, – раздался тягучий гнусавый голос. – «Собственной персоной! – подумал я. – Неужели Красный император настолько глуп, чтобы второй раз потерять свою любимую игрушку?» – Но это и правда вы.

Даже с расстояния в десять шагов я почувствовал, как насторожилась и напряглась Валка. Я разделял ее эмоции. Этот голос был мне прекрасно знаком. Эта напускная леность, это холодное высокомерие.

Вскоре появился и сам Урбейн, тут же принявшийся расхаживать вокруг нас с Валкой. Я не мог понять, какое у него тело на этот раз, но решил, что то же самое, что и на Дхаран-Туне. Он был по-прежнему высок, молочно-бледен и лыс, как яйцо. Приплюснутые уши слились с черепом, острый нос вздернут, напоминая гибрид человеческого носа и сьельсинских ноздрей-щелок. Как обычно, он был одет под мандарийского бизнесмена, в длинный серо-фиолетовый чаншань до колен, подпоясанный белым кушаком. На ногах у него были туфли в тон кушаку.

– Как я рад снова вас видеть! – Урбейн театрально, насмешливо поклонился и повернулся к Валке. – Вас обоих. Великий будет счастлив узнать, что вы к нам вернулись. Он долго осмысливал ваш побег с Актеруму. Я уже было решил, что придется спалить половину центаврийских планет, чтобы вас разыскать, а вы взяли и сами пришли! Вот только компания у вас какая-то… жалкая, – махнул он рукой в сторону Стаса и гоплитов.

С этими словами десяток големов и людей-дулетеров приблизились к солдатам, чтобы разоружить. Прекрасно помня, как машины разделались с их товарищами в коридорах медики, солдаты сдались, несмотря на щиты. У врага было существенное численное превосходство. Оставалось надеяться, что Шарп и Арон не попались и успели просигналить флотилии.

Я предполагал, что корабли уже в пути.

Урбейн продолжал кружить, обходя нас с Валкой, словно голодный леопард.

– Чего вы надеялись добиться?

Он остановился, крутнулся и сделал шажок в мою сторону. Стаса и Драконоборцев заставили опуститься на колени и убрать руки за голову.

– Хотели остановить нашу работу? Столь малыми силами? – Он сложил руки, спрятав их в объемных рукавах. – Как вам наш вирус?

– Это безумие, – ответил я, сопротивляясь желанию вырваться из хватки голема.

– Это красота, – возразил Урбейн.

Он снова улыбнулся и поклонился, будто застенчивый мальчуган в ответ на материнские похвалы.

– Должен сказать, время вы выбрали самое удачное…

Вдруг один гоплит с ревом вскочил, выхватив из потайного чехла в сапоге кривой кинжал-сику. Драконоборец бросился на Урбейна сзади, метя кинжалом колдуну между лопаток.

В солдата ударилось черное пятно, и гоплита подкинуло на полсотни футов в воздух. На месте несостоявшегося убийцы теперь стоял голем. Гоплит не отключил щит, но силы удара автоматона было более чем достаточно, чтобы перебросить его через лужайку. Вздернув безволосую бровь, Урбейн вполоборота наблюдал, как другой железный человек помчался к упавшему гоплиту.