– Это не важно, – ответил я, жалея, что вообще заикнулся об этом. – Мои офицеры и низкородные кутильеры весьма благодарны за приглашение. Как и я.

– Рада слышать, – ответила она. – Я была бы не прочь с ними познакомиться.

– Кое-кто должен быть рядом.

Я окинул взглядом толпу в поисках знакомых лиц, но не нашел Паллино с Эларой на прежнем месте у лестницы и не заметил ни Сиран, ни Корво, ни Дюрана. Аристида тоже было не видать, но я не сомневался, что интус уединился с бутылкой вина где-нибудь на укромном балкончике либо присоединился к беседе рыцарей и пожилых джентльменов, обменивавшихся байками о службе, сражениях и давно покойных командирах. А вот Айлекс с Бандитом танцевали неподалеку. Зеленокожую дриаду с волосами цвета темной, почти черной коры трудно было не заметить. Я мысленно отметил их местоположение.

Вскоре музыка смолкла, и я осторожно отступил от своей царственной партнерши. Оставаться слишком близко было неразумно по многим причинам. Я поклоном поблагодарил ее за танец.

– Кажется, я вижу пару своих компаньонов, – сказал я. – Если вашему высочеству угодно, следуйте за мной.

Взяв Селену за руку, я повел ее мимо танцующих лордов и леди туда, где обнимались Айлекс с Бандитом. Они не танцевали торжественный танец, как высокие лорды, а просто покачивались, обвив друг друга руками, он – в своем лучшем черном костюме, она – в коричневом платье с золотом и с цветами в волосах.

– Прошу прощения, что прерываю вас, – произнес я, постучав Бандита по плечу. – Принцесса изъявила желание познакомиться с моими компаньонами.

Они разошлись и поклонились. У Айлекс поклон вышел неуклюжим; в ее родных краях такое не практиковали. По протоколу было положено преклонить колени, но Селена, казалось, не обратила на это внимания.

– Ваше высочество, это лейтенант-коммандер Карим Гароне, начальник службы безопасности моего отряда, и Айлекс, главный инженер. – Я открытой ладонью указал в сторону каждого из них. – А это принцесса Селена из дома Авентов.

Принцесса не протянула чужеземцу и гомункулу руки для поцелуя, лишь учтиво улыбнулась:

– Рада знакомству с вами.

Она оценивающе осмотрела Айлекс, и я почувствовал, как Бандит напрягся, но ничего не сказал. В конце концов, перед нами, насколько это могло иметь значение в таком огромном и странном семействе, была сестра Александра.

– Вы очень красивая, – сказала Селена, тронув Айлекс за рукав. – И платье ваше мне нравится.

– Благодарю вас, ваше величество.

– Высочество, – поправила Селена.

– Ваше высочество, – повторила Айлекс. – Вы очень любезны.

Бандит расправил плечи и придержал Айлекс за спину.

– Госпожа, она прекрасный офицер.

Принцесса Селена с императорской неспешностью кивнула:

– Не сомневаюсь. Для меня честь встретиться с достопочтенными спутниками сэра Адриана.

Она ни на миг не забывала о вежливости, пусть я и ощущал в ней некую пустоту и хрупкость, как будто Бандит и Айлекс не оправдали ее ожиданий, как будто ее романтизированное представление о бойцах прославленного Красного отряда Полусмертного получило пробоину при встрече с реальностью.

– Вы не видели Валку? – спросил я.

Мне хотелось снять напряжение и разыскать ее, пусть даже только для того, чтобы отгородиться от принцессы и политической подоплеки, которую кто-то хотел вплести в наши отношения.

– Не видела, – ответила дриада, приглаживая волосы.

– Давно уже не видел, – добавил Бандит. – Она разговаривала с кем-то из консорциума, а потом, возможно, вышла. Может, устала от шума?

«Вышла».

– Это ваша возлюбленная? – спросила Селена, беря меня за руку.

– Да, – повернулся я к принцессе с самой вежливой улыбкой, на какую был способен.

Нельзя было отрицать, что принцесса Селена была красива, властна и являла собой продукт многолетних инноваций генной инженерии. Совершенная, как скульптура, прекрасная, как Венера и Артемида, вместе взятые, воплощенные руками и глазами тысяч художников.

Но она не была Валкой.

Анаис Матаро поджала бы губы, но если Селена Авент и была уязвлена упоминанием о Валке, то виду не подала.

– Прошу прощения, – сказала она, обращаясь к Айлекс и Бандиту. – Мне было приятно познакомиться с вами. Извините, что прервали ваш танец.

Она за руку отвела меня в сторону. Мы оказались у широкой лестницы в конце зала, противоположном балкону, где еще развлекались высокие лорды и откуда к нам обращался император. Там она отстранилась и взяла мою левую руку своими.

– Сэр, благодарю вас за танец, – поклонилась она.

– Это была великая честь, ваше высочество, – ответил я, опустившись на колено и поцеловав кольцо на ее руке.

– Сэр Адриан, прошу вас, встаньте. Хотя бы сегодня не преклоняйте колен.

Я встал. Она отпустила мою руку и, потупив взгляд, смущенно добавила:

– Надеюсь, мы с вами еще увидимся.

В этот миг с нее спала вся имперская броня, и я разглядел перед собой девушку, которой было еще далеко до того, чтобы стать женщиной. Я почувствовал, каких усилий ей стоило выдавить эти слова. Она чего-то боялась? Волновалась? Или эти слова были выражением воли кого-то другого?

Я не знал.

Поклонившись, я поднялся по лестнице, как бы занимая высоту для получения преимущества.

– Как будет угодно моей госпоже.

Но она не была моей госпожой. Моя госпожа, если верить Бандиту, покинула зал.

И я собирался ее разыскать.

В ночи Перонский дворец сиял в свете звезд и столь же далеких фонарей. Над садами и открытыми колоннадами на тысячи миль в кажущееся бескрайним небо поднимались огромные скопления облаков. Я пробежал вдоль портика, освещенного теплым ровным светом, и выскочил во влажную ночь. С одной стороны по железному забору тянулся серебристый плющ, с другой стояли красно-белые марсианские стражники с острыми, мерцающими фиолетовым копьями.

Где-то в сумерках перебирал струны арфы менестрель, и тихие музыкальные переливы заполняли все пространство среди колонн и протянувшиеся за ними сады. Оттуда слышались смех и тихое перешептывание.

– Адриан! – окликнул меня высокий голос.

Как я и предполагал, маленький интус сидел под аркой среди десятка легионеров в черно-серебристой форме. В руках он торжественно, словно скипетр, держал бутылку вина. Ума не приложу, как ему удалось уговорить слуг расстаться с целой бутылкой из коллекции самого императора. Надеюсь, он ее не украл?

– Друзья! Вы наверняка знаете сэра Адриана, лорда Марло! – Он откинул со лба прядь белесых волос. – Викторианский рыцарь, кавалер ордена «За заслуги», Травяного венка и прочая, прочая… – Одной рукой он начертил в воздухе какой-то знак. – Адриан, мы с достопочтенными джентльменами обсуждали, какой классический полководец лучше всего справился бы с ведением войны в наше время – разумеется, при условии, что они будут прекрасно знать, как что устроено, и иметь под рукой обученный персонал. Ты же классицист? Или классик? Классицист. Как думаешь? – Он вскинул бутылку с вызовом, словно меч.

Я удивленно моргнул. Чего-чего, а такого вопроса я не ожидал.

– Думаю, что недостаточно хорошо разбираюсь в военной стратегии, чтобы дать обоснованный ответ. Мне кажется, любой древний полководец будет в невыгодном положении. Космические сражения – совсем не то, что морские или наземные. Большинство древних в них не преуспеют.

Аристид отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.

– То же самое толкует лорд Ганнон, и лорд Каррико с ним согласен. Но они и задачки мои решать не хотят, и более вразумительных тем для беседы предложить не могут. Ну их! – Он указал на пару молчаливых нобилей, одного седовласого, другого лысого и усатого. – Зато мой друг коммодор Масса выдвинул кандидатуру лорда Веллингтона[87] – самого первого, – а господин Камбиас настаивает, что лучше всех подойдет Густав Адольф[88], известный тем, что охотно брал на вооружение любые новинки. В наше время он бы чувствовал себя в своей тарелке!