– Оружейное производство? – переспросил я, вспомнив черные ямы Эринии и резервуары с живыми неудавшимися гибридами сьельсинов и машин.

С тех пор МИНОС добился немалых успехов в сращивании плоти нелюдей с электронными и механическими компонентами.

– Под оружием вы подразумеваете солдат-химер? – уточнил я. – Думаете, они создают там армию?

В яслях для фуги, которые успели заснять имперские десантники, могли находиться сьельсины – тысячи Бледных, хирургически подготовленных на Латарре для гибридизации.

– Вероятность высока, – ответил директор Райнхарт с поистине схоластической интонацией. – С Латарры туда могут поступать рабы или персонал.

– Или сырье… – задумался я.

В распоряжении Дораяики уже были сотни воинов-химер, не говоря о трех оставшихся изначальных пальцах «Белой руки». Но тысячи? Мог ли Пророк направить в армию Дораяики целую орду рабов-химер, некогда бывших людьми? Если Райнхарт был прав и Шиому Элуша собирал армию этих чудовищ…

– Почему вы не уничтожили эту планету? – изумился я.

Вопрос был адресован Райнхарту, но ответил на него император:

– Потому что нам доподлинно неизвестно, что там происходит.

– То есть вы хотите, чтобы я ее захватил? – предугадал я неоглашенный приказ. – Так?

– Никто не знает экстрасоларианцев лучше, чем вы, – раскинул руки кесарь. – А про сьельсинов и говорить нечего.

– И я не буду вовлечен в придворные интриги, – произнес я.

Это было уже чересчур.

– Ваше величество, у меня не осталось людей!

– Это можно легко исправить, – ответил император. – Нам известно, что вы прежде сотрудничали с трибуном… Лином? Вы будете сопровождать его в качестве советника. Мы хотим, чтобы вы захватили планету, выяснили, чем там занимаются экстрасоларианцы, и прислали подробный отчет.

Лин!

Меня собирались приставить к Лину и его Четыреста девятому легиону? Неужели сам Лин это предложил? Вызвался добровольцем? Это было вполне в духе мандарийского капитана, хотя он ни словом не обмолвился об этом ни в день моего прибытия на Картею, ни в ходе двух наших совместных ужинов на «Ашкелоне» до моей поездки в разрушенную столицу. Очевидно было одно: подготовка к этой экспедиции шла уже давно.

Выпустив воздух сквозь зубы, я отвернулся от императора и голографической карты. В зыбком спокойствии осмотрел комплект античных доспехов, картины маслом и темную лакированную мебель – убранство императорского кабинета. Здесь все напоминало библиотечную башню Перонского дворца и отдаленно – комнаты в Обители Дьявола.

– Очередное невыполнимое задание, – произнес я, зажмурившись.

Мои плечи напряглись, словно ожидая ножа в спину.

– Ваше величество, я должен его провалить?

Ответа не последовало.

– Вы считаете, что мы к вам несправедливы? – спросил император.

Я не осмелился ответить, но и этого было достаточно.

– Лорд Марло, мы не требуем от вас ничего, чего бы не требовали от себя. Вы лучше других знаете, как тонка соломинка, за которую мы все цепляемся. Мы думали, вы понимаете, что оковы нашего служения настоящие. Как и ваши. – Император почти перешел на шепот, и его густой баритон затих, как погашенный огонь. – Адриан, наша доля – мужественно их нести. Не сбрасывать.

Горькое чувство стыда вернулось, и я положил руку на угол императорского стола, чтобы не покачнуться.

«Все мы вьючные животные…»

К кесарю вернулся голос, но стал хриплым и скрипучим, как старые кости.

– Я говорил вам: я есть человечество. Человечество истекает кровью. Я сделал все, что в моих силах, все, что требуется и что позволено человеку в моем положении.

Это говорил не император, не Вильгельм Двадцать Третий Авент, Первородный сын Земли, Хранитель Солнечной системы, Король Авалона и так далее. Нет. Это был сам Вильгельм. Вильгельм-человек, старый и усталый, как я.

– Я не оставлю борьбу, – сказал он. – Ни сегодня, ни завтра, до тех пор, пока сьельсины не исчезнут с наших небес. Я помню, что вы поклялись в том же.

– Это так, – признал я.

Совсем недавно я повторил эту клятву. Я замер, услышав в своем голосе каждый из прожитых мной четырехсот лет. Я чувствовал, как они цепями вьются вокруг моих плеч, в точности так, как описал Вильгельм.

– Вы отправитесь на ту планету. – Император прищурил глаза, похожие на осколки нефрита. – Разыщете скрытую крепость и выясните, чем там занимаются. Для подавления экстрасоларианцев в вашем распоряжении будет флотилия трибуна Лина и любые другие ресурсы, которые вы сочтете необходимыми. – Он сцепил руки за спиной. – Мы же отправимся на Перфугиум, чтобы встретиться с нашими джаддианскими друзьями. Когда вы выполните задание, то встретитесь с нами на Сираганоне. И никаких больше разговоров о бегстве на Форум. Ясно?

– Абсолютно, ваше величество, – ответил я, преклонив колено, как было положено по этикету.

– Нет мира нечестивым, Демон в белом.

Красные сапоги кесаря появились у меня перед глазами. Он протянул руку.

– Вы были правы. На Нессе вы попусту теряли время. Но лучше потерять время, чем жизнь от рук моих заблудших слуг. Или от рук моей жены…

Я едва не подавился, услышав это.

– …мне прекрасно известно о роли Агриппины в том безобразии в колизее, и я хочу принести за это извинения. – Он жестом попросил меня встать. – Если этот Монарх, Гарендот, замышляет против нас, быть может, вы узнаете подробности.

Император повернулся к сэру Грею и сказал:

– Директор Райнхарт позаботится, чтобы у вас было все необходимое.

На этом Вильгельм взмахнул рукой, показывая, что я могу удалиться.

– Слава кесарю! – ударил я кулаком в грудь.

– Да хранит вас Земля, лорд Марло, – ответил его величество.

Я повернулся, чтобы уйти, но не прошел и полдесятка шагов, как меня настигли новые слова императора, словно рука легла на мое плечо.

– И вот еще…

– Слушаю, ваше сиятельное величество.

– Своей многолетней верной службой вы заслужили наше снисхождение… в личных беседах.

Император надавил пальцами на крышку античного «Стейнвея». Я представил, как кончики пальцев белеют под перчаткой.

– Но если вы еще раз осмелитесь перечить нам публично, о снисхождении можете забыть. Ясно?

– Более чем, ваше величество, – ответил я.

Император остался стоять у рояля изваянием из сердолика и белого мрамора. Он напоминал иконы Капеллы, созданные по образу и подобию правителей древности, – и в действительности являлся таковым подобием. Как и все наши императоры, он был неудачным экспериментом по воссозданию в плоти и крови Бога-Императора, подарившего человечеству звезды. Действительно ли на него давил титул или же осознание своей неполноценности? Постоянное напоминание о том, что он не Бог-Император, а лишь его жалкая тень?

Напоминание о том, что Бог говорил не с ним, а со мной.

– Если ваша разведка не ошибается насчет МИНОСа, – сказала Валка с твердым взглядом, – то первым делом нужно будет перекрыть им связь.

Она задумалась, перевела взгляд с Бассандера на Лориана, затем на старшего помощника Бассандера, угрюмого великана по имени Астор, на бледные призрачные голограммы еще десятка с небольшим капитанов, составлявших офицерский совет флотилии Лина. Между нами над черным стеклянным столом висели снимки и сканы, сделанные с помощью аэросъемки одиноким световым зондом – маленьким, размером с монету, – который удалось незаметно запустить в чужую звездную систему. На изображениях был виден комплекс серых приземистых зданий вокруг черной башни на берегу полноводной зеленой реки, змеей протянувшейся по охряным просторам до мелководного моря.

– Почему? – спросила одна из младших капитанов, палатинка с острым подбородком и светлыми волосами, подстриженными короче, чем у Лориана.

Валка на миг посмотрела ей в глаза, продолжая размышлять – а может, подбирая слова.

– Вам приходилось сражаться с экстрасоларианцами?