– Одного не понимаю, – заговорил Тор Нума вместо потерявшего дар речи Дорра, выдернув меня из размышлений, но, как оказалось, обращался он к Валке. – Как вам удалось добраться до этого… Актеруму?..

До сих пор схоласт ни разу не присел, расхаживая вокруг кресла под головой ксанарта, где сидел Дорр.

– …Марло утверждает, что после вынужденного расставания на Падмураке вы смогли проникнуть на лотрианское судно и на нем долететь до сьельсинского корабля-мира, но нам с Веланом хотелось бы услышать об этом из ваших уст.

Мы с Валкой переглянулись.

– Это нужно для официального рапорта, – пояснил Нума, оказывая на нас аккуратное давление.

Я знал, что в ближайшие дни нам с Валкой – вместе или порознь – придется неоднократно пересказывать одну и ту же историю логофетам и представителям всевозможных учреждений и организаций. Мы уже потратили на это больше часа.

Валка вскинула брови и потерла рукой шею.

– Все было, как вы сказали. Нам удалось скрыться, когда лотрианские гвардейцы захватили Адриана. Но «Тамерлан» уже попал в лапы сьельсинов. По крайней мере, он не отвечал на вызовы…

Она начала свою историю, которую я прежде слышал полностью лишь однажды. О приключениях после черной мессы в Актеруму Валка вкратце рассказала мне, пока врачевала мои раны. А вот полную версию я узнал от нее только к концу первого года пути на Колхиду, когда более-менее успокоился. Теперь мне было суждено выслушать это еще не раз – нас ежедневно допрашивали и требовали мельчайших подробностей для протокола, поэтому я так хорошо запомнил.

Читатель, возможно, вы полагаете, что мне следовало пересказать историю Валки раньше – например, пока она спала по дороге на Колхиду. Но я не мог. Тогда я думал, что это не обязательно, что и моих слов вполне достаточно. Кроме того, я не являлся прямым свидетелем тех событий, а значит, был не вправе о них говорить. Да и мысли о Валке и трех ее спутниках, вынужденных прятаться на вражеском корабле, до сих пор терзают меня.

Даже спустя несколько столетий мне по-прежнему больно вспоминать о том, что ей довелось пережить.

Но наступил момент, когда эту историю больше нельзя игнорировать. Она заслуживает быть рассказанной. Валка, Паллино, Корво и Карим – одни против сьельсинов. Одиннадцать лет одиночества, пока я, скованный цепями, томился в подземельях Дхаран-Туна.

Я попробую пересказать так, как услышал в тот день под головой ксанарта и бдительным взглядом Элеос. Постараюсь. Только я не Валка. Мои воспоминания всегда были и будут неточны. Даже теперь, когда все изменилось, мой разум редко проясняется настолько, чтобы во всей красе представить те события и уловить их отголоски.

В отличие от Валки, я могу ошибиться, отвлечься или что-то забыть.

Но я проявлю усердие, ведь для этого настал подходящий момент. Другого уже не будет.

– «Помоги Корво проехать, – сказал мне Адриан. – Я скоро вернусь». А сам открыл люк и вылез на крышу фургона. Я поняла, что произошло, когда было уже поздно. Он прыгнул на гвардейский фаэтон и перестрелял с него остальные. Прикрыл нас. Потом что-то произошло – я не видела что. Может быть, он развернулся, чтобы разобраться с преследователями, или пропустил поворот на тесных улицах. Я сидела рядом с Отавией и помогала ей вести фургон…

Она не упомянула, что для навигации по улицам Ведатхарада пользовалась эйдетической памятью. Это можно было достаточно легко скрыть, и Валка старалась не привлекать лишнего внимания к своим тавросианским имплантам. В Капелле хватало приоров и инквизиторов, которые не посмотрели бы на ее демархистское гражданство и отношения со мной.

– Мы вовремя успели к воротам, – продолжила она. – Адриан кричал «вперед!» по рации. Я думала, он прямо за нами. Он должен был быть недалеко.

– Не дотянул до ворот всего полсотни локтей, – сказал я и умолк под пристальным взглядом Валки.

– «Адриан! – кричала я. – Адриан! Тави, разворачивайся!»

Валка наклонила голову, и ее голос прозвучал как-то плоско. Я такое уже слышал. Когда ей приходилось повторять сказанное ранее, она обычно копировала интонацию и выражение. Один в один. Почти как на аудиозаписи – только звук срывался с ее губ, а не шел из динамиков. Но случалось – чаще всего в спешке, – что она просто цитировала слова без присущей им эмоциональной окраски. Еще секунду назад она старалась не выпячивать свое тавросианское происхождение, но теперь все стало очевидно. Нума точно не мог этого упустить. Будучи схоластом, он сам был близок к машинам и наверняка распознал симптомы. Но ни он, ни генерал-губернатор не прервали Валку, в то время как я уже готов был броситься на ее защиту.

– Было поздно, – продолжила Валка. – Ворота закрылись, но впереди дорога к космопорту была чиста. Точнее, так мы думали. Ворота с другой стороны тоннеля оказались закрыты. Отавия и Паллино предложили бросить фургон. Мы так и сделали. В это время в тоннеле появились гвардейцы. Мы с боем прорвались к служебному люку примерно в километре от выезда к порту. Паллино заминировал дверь при отходе, чтобы сорвать погоню.

Я мысленно представил, как Паллино ругается и приказывает остальным поторапливаться.

Как по команде, Валка наклонила голову в другую сторону.

– «Шевелитесь, собаки! Живее!» – кричал он. Но я сказала Отавии: «Мы должны вернуться! Адриан остался в городе! Нужно его спасти!» Отавия положила руку мне на плечо. «Валка, я знаю, – сказала она. – Они не станут его убивать. Он важный заложник. Лучше добраться до „Тамерлана“ и торговаться с позиции силы».

Валка приняла аргумент. В одиночку «Тамерлан» не мог тягаться со всей лотрианской армадой, но с орбиты был способен нанести столице Содружества немалый урон – или, по крайней мере, дать лотрианцам это понять.

– Тогда мы еще не знали, что «Тамерлан» захвачен, – объяснила Валка. – Мы прошли по тоннелям до шлюза. Атмосфера Падмурака не подходит для земных форм жизни, а многие из нас, включая меня, были без специальных комбинезонов. Мы украли снаряжение для тех, кому оно требовалось, и разрезали люк, чтобы вылезти наружу. Добрались до космодрома. Лотрианцы как будто не ожидали, что мы проберемся через подземелья. Нам не оказали сопротивления. С воздуха не атаковали. Но наш шаттл угнали…

Валка как будто скукожилась, опустила плечи и воскликнула, не поднимая глаз:

– «Нужно что-то придумать!»

Я вздрогнул, ясно услышав в ее грубом возгласе интонации Паллино.

– И мы придумали, – повторила она уже своим обычным тоном. – Нас оставалось… семнадцать. Мы ворвались в ангар на краю космодрома и захватили военный грузовик. Потеряли восьмерых…

Дешевое стеклянное забрало лотрианского шлема разбилось от удара кулака Корво, и гвардеец начал задыхаться в холодном разреженном воздухе. Другого сразил кинжал Бандита, а третьего поджарил Паллино из плазмомета. Валка, облачившаяся в лотрианские доспехи, поспешно взбежала по трапу, не обращая внимания на искры и холодный пар охладителей.

– У меня был опыт пилотирования, – продолжила Валка. – Также я… владею базовым лотрианским. У нас получилось взлететь. Двигатели были термоядерными, поэтому взлет вышел резким. Не прошло и нескольких минут, как мы покинули Ведатхарад. Тут-то и наткнулись на сьельсинов. – Она сцепила руки на коленях, поставив бокал на стол. – Это был не oscianduru, не корабль-мир. Я предположила, что это корабль класса «семь». Опустошенный астероид, которому придали классическую веретенообразную форму. Длиной километров триста. «Тамерлан» не выходил на связь…

Пальцы ее левой руки дрогнули и сжались. Ногти впились в правую руку.

– «Тамерлан» не выходил на связь.

Узнав симптомы червя Урбейна, я приподнялся:

– Валка…

Усилием воли она разжала левую руку и схватила ее правой.

– Мы с Отавией поймали сигнал с помощью ее передатчика, – продолжила она, оставив без внимания мое вмешательство. – Сьельсины его не заблокировали. Так мы обнаружили их корабль. Он был на орбите одного из спутников Падмурака. У лотрианцев там военная база. Судя по всему, они… снабжали сьельсинов продовольствием. Там сновали грузовые суда наподобие нашего. Отавия вышла на высокую орбиту над спутником, и мы присоединились к веренице кораблей. Это все, что мы могли сделать. Наш грузовик не имел варпенного двигателя, а возвращаться на Падмурак, чтобы спасти Адриана, было самоубийством. Мы почти целые сутки дискутировали. Спали по очереди. В конце концов решили следовать за «Тамерланом». Сьельсины уже почти погрузили его к себе на корабль. Мы влились в лотрианский конвой, а когда приблизились, то сменили курс и прицепились к палубе.