Я спихнул его и, перекатившись, вскочил на ноги.

Меня схватили когтистые руки, порвав белый плащ. Я упал на колени, продырявив мечом бетонный пол. Раздался выстрел, и меня снова придавило сьельсинской тушей. Теперь меня подхватили грубые человеческие руки и подняли на ноги, потянули прочь от врагов.

– Бегите! – крикнул я, махнув рукой.

Несущие груз солдаты побежали трусцой. Один из триастров запел, чтобы помочь им поддерживать темп и не выронить опасное вещество. Бассандер возглавил процессию, освещая путь своим мечом – мечом, отобранным на Фаросе у адмирала Вента.

Это все равно было недостаточно быстро.

Сорвав с плеч изодранный плащ, я повернулся и оказался лицом к лицу с новыми Бледными. Их было четверо, все – в масках и доспехах. У вожака маска была одноглазая, а на месте второго глаза красовался символ руки.

– Вперед! – скомандовал я своим телохранителям. – Охраняйте других!

– Но как же ты?! – воскликнула Валка, делая шаг ко мне.

– Без тебя им не справиться с металлическими чудищами! – ответил я, жестом гоня ее вперед.

Ругательства, что произнесла Валка, не стерпит даже бумага.

– Noyn jitat, – прошептал я, понимая, что, если нам удастся выбраться с Береники живыми, мне будут напоминать об этом до конца дней.

Наученные опытом двоих погибших Бледных, остальные не приближались ко мне, пятились от моего светящегося клинка. Они сгрудились за спиной командира, который наверняка был защищен щитом. Осторожно переставляя ноги, я двинулся на них. Они отступали. У них не осталось нахуте, не было огнестрельного оружия, а бросать бомбы в тесном замкнутом пространстве они не отваживались.

– Tuka… дьявол ne? – спросил вожак, с трудом выговорив букву «л».

– Да, – ответил я, выпрямившись во весь рост.

– Numeu ti-Shiomu, yukajji! – прошипел командир сквозь прозрачные зубы, отступая.

«Ты принадлежишь Пророку, паразит».

– Если я так нужен вашему хозяину, – парировал я, стараясь не слишком задумываться об этом мрачном пророчестве, – marerra o-tajun civaqari eza velenamuri ti-koun!

«Передайте ему, чтобы сам за мной приходил!»

С этими словами я сделал еще три осторожных шага, наставив меч на врагов. Я готов был атаковать в любой момент. Но произошло невероятное: сьельсины развернулись и бросились наутек. Может быть, поняли, что силы неравны. Может быть, сомневались, что смогут взять меня живым. Может, понадеялись, что я брошусь за ними и попаду в западню. Я быстро выхватил плазмомет и пальнул вдогонку с левой руки. Вырвался фиолетовый луч, но было поздно.

Они уже скрылись.

Я нагнал остальных у трамвайной платформы. Когда я появился из темноты, Бассандер лишь кивнул, и солдаты арьергарда опустили оружие. Валка фыркнула и отвернулась.

– Ты не ранен? – спросила она холодно, но не равнодушно.

– Они сбежали, – ответил я. – Решили, что не справятся с противником, у которого есть щит и вот это. – Я махнул отключенным мечом.

Тавросианка прищелкнула языком.

– Трамвая нет, – объявил уже хорошо знакомый мне солдат-грубиян.

Бассандер соскочил с платформы на рельсы:

– Значит, так понесем.

В этот раз грубиян был не единственным, кто не стеснялся в выражениях.

– По возможности меняйтесь. Свежие руки – удвоенная скорость!

К чести Лина, он убрал меч и помог здоровяку-декуриону спустить первую капсулу на рельсы.

– Марло, охраняйте выход из тоннеля. – Это уже было похоже на старого Лина. Священный трепет ненадолго выветрился из его головы. – Если бы они проникли в тоннель с другого конца, мы бы поняли, так?

– Датчики бы засекли, – подтвердил Лориан, когда я передал ему вопрос. – Торопитесь, отряд Паллино несет потери.

– Если это их не отвлечет, – сказал я коммандеру, – то не знаю, что еще делать.

Солдаты Бассандера за несколько секунд передали капсулы более свежим товарищам. У нескольких ребят покрепче еще остались силы, и меняться они не стали. Мандарийский капитан с солдатами скрылись во мраке, и нам был слышен лишь тихий лязг их доспехов. На платформе нас осталось чуть больше десятка. Мы словно очутились в центре бури.

– Как-то легко все выходит, – заметила Валка.

– По-твоему, это легко? – спросил я, не в силах оставаться непоколебимым.

Я понимал, что она имела в виду, но краткий диалог со сьельсинами еще прочно сидел в памяти, а кровь стыла в жилах от звуков стрельбы отряда Паллино.

– Бледные заходят сзади!

– Отступаем! Отступаем!

Я в любую секунду опасался услышать две новости: о гибели Паллино и о том, что сьельсины проникли в трамвайные тоннели между космопортом и Ураганной стеной. Либо одно, либо другое, а то и все сразу казалось неизбежным, и я чувствовал, что ждать оставалось недолго. Краем глаза я продолжал изучать план космопорта. Если бы мы следовали через центральный вестибюль, то могли бы добраться до Паллино за считаные минуты.

– Твари разбегаются! – раздался чей-то голос. – Отходят!

– Не давать им спуску!

Я покосился на Валку, в недоумении сдвинув брови под маской.

– Паллино, – поправил я заушный передатчик, – что происходит?

– Не знаю, Адр! Они вдруг решили отступить к терминалам.

– К терминалам? – переспросил я. – В нашем направлении?

– Может быть! А может, посчитали, что и меньшими силами справятся. Здесь ой как жарко!

– Мы скоро придем, – сказал я, не снимая пальцев с наклейки под подкладкой. – Продержитесь еще чуть-чуть.

– Черт! – воскликнул хилиарх. – Черт побери, Адр, кажется, они нашли тоннели.

Моя и без того холодная кровь застыла. Заминировав тоннели, Бассандер оставил с беженцами небольшую группу солдат. Несколько гоплитов со щитами и парой плазменных гаубиц могли некоторое время оборонять узкий проход от орды врагов, но не бесконечно. Я представил, как сьельсины и нахуте мчатся по тоннелям, словно ток по проводам, и стиснул зубы. Вспомнил Ренну. Она была обречена.

– Нужно увести их оттуда, – сказал я.

Нельзя было забывать и об осадной башне Бахудде. Что прислали генералу-вайядану из темной крепости?

Валка потерла шею.

– Мы больше ничего не можем для них сделать. Ураганная стена полна. Укрыться негде. Остается только надеяться, что это их отвлечет, – кивнула она в том направлении, где скрылся Бассандер с нашей самодельной бомбой.

– Нужно ударить по ним так, чтобы они надолго запомнили, – сказал я.

– Как? – спросила Валка.

Я попробовал найти ответ, покружил на месте, но ничего не приходило в голову. Я оглянулся на трамвайные пути:

– Лин, скажите, что все готово.

– Почти на месте, – прокряхтел мандарийский капитан. Прозвучало так, словно он тащил капсулу в одиночку. – Надеюсь, план сработает.

Я молча согласился с ним и взял за руку Валку. Она не сопротивлялась, не стала вырываться даже тогда, когда из темного вестибюля, откуда мы пришли, донеслись шлепающие шаги. Я сделал полшага вперед и приказал маленькой группе усталых солдат выстроить кордон с гоплитами по центру.

– Готово! – прорвался сквозь помехи голос Бассандера. – Возвращаемся!

Тут перед нами появился целый отряд сьельсинов. Они бежали пригнувшись, на согнутых ногах, как охотники, выслеживающие добычу.

– Yukajjimn! – прорычало одно существо, пихая локтем своего сородича.

Эти явно не собирались отступать, как те, которых я встретил в тоннеле. Сьельсины рассредоточились, окружая нашу тесную группу. Бассандер должен был появиться с минуты на минуту. Сколько должен был занять обратный путь? Пять минут? Шесть? Чтобы оказаться на дистанции огня, нужно было даже меньше.

Я отпустил руку Валки и поднял меч.

– Бегите, червяки! – воскликнул ксенобит. – Бегите и прячьтесь!

Его сородичи рассмеялись.

– Veih ioman! – парировал я.

«Не дождетесь!»

Без плаща я чувствовал себя неуютно, но тем не менее распрямился, чтобы, насколько возможно, быть с врагом на одном уровне. Бледные бросились на нас с двух флангов, быстрые, как кавалерия. Их было около тридцати, в два раза больше, чем оставшихся на платформе солдат. Один из наших с криком упал под натиском двух диких берсеркеров. Я двинулся вперед, разрубив одного из нападавших, и занял низкую защитную стойку, выставив меч перед собой.