Небо над его головой было украшено восхитительной бриллиантовой россыпью звезд. Где-то там бурлят сейчас миры Содружества, обсуждая разоблачение «ЦЕЛИ», где-то там, возможно, уже ведутся секретные переговоры между представителями Земли и того же Содружества. А отсюда звезды по-прежнему были бриллиантами на черном бархате неба, которыми человек восхищался тысячи лет. Правда из-за светового загрязнения жители городов уже давно лишены возможности любоваться звездами.
Наслаждаясь чистым воздухом, красотой ночного неба и тишиной, которую нарушал, вернее гармонично подчеркивал, только плеск воды под веслами, Джек приближался к острову. Примерно через полмили сделал небольшую паузу, чтобы проверить, не сбился ли он в этой кромешной темноте – звезды и растущий серп луны были слишком слабыми источниками света – с курса. Надел прибор ночного виденья и убедился, что слегка ушел вправо, но не настолько, чтобы проплыть мимо острова, до которого, согласно показаниям прибора, оставалось шестьсот сорок метров.
Не отрывая взгляда от острова, снова заработал веслами.
Чувствительный прибор позволил увидеть то, чего не смогли заметить глаза: два источника света на южной оконечности острова. Джек решил причалить поближе к северной.
Когда до берега оставалось метров двести, он утроил осторожность. Песчаный пляж был пуст, однако в густых прибрежных зарослях вполне могла находиться засада. Поэтому положив «Усмиритель» в непромокаемый пакет, где уже лежали парализатор, обоймы к пистолету, телефон и фонарик, Джек как можно бесшумней перевалился за борт – благо, прибор ночного виденья был рассчитан даже на работу под водой – и, двинулся дальше, толкая лодку перед собой.
До берега оставалось метров тридцать, пляж по-прежнему был пуст, но, чтобы убедиться в том, что его здесь не ждут, Джек толкнул лодку вперед, а сам поплыл на спине параллельно береговой линии. Вскоре лодку прибило к берегу, пули ее не изрешетили, боевики Лаутеров из зарослей не повыскакивали.
Поплавав еще пять минут, Джек быстро подгреб к берегу и, подхватив за веревку лодку, оттащил ее к зарослям. Надел поверх гидрокостюма благополучно доплывший в лодке легкий бронежилет, рассовал в его карманы содержимое непромокаемого пакета, привел «Усмиритель» в боевое положение и двинулся к источникам света на южной оконечности острова.
Приблизительно на пятом шаге в глаза ему ударил луч мощного фонаря. Защитные фильтры на приборе сработали, но недостаточно быстро. Несколько секунд Джек видел перед глазами только какие-то яркие пляшущие пятна.
И за эти несколько секунд он оказался обезоруженным, лежащим на земле, с полным ртом песка и заломанными до болевого предела за спину руками. Чье-то колено уперлось между лопаток, чья-то рука бесцеремонно сорвала с головы прибор ночного виденья, а потом сняла с пояса парализатор.
Потом его рывком поставили на колени, в шею сзади уперлось холодное дуло пистолета, его профессионально обыскали, забрали запасные обоймы, фонарик и телефон.
– Руки на голову! – негромко приказал мужской голос, и Джек с удовольствием подчинился, ибо еще немного, и он бы непроизвольно застонал от боли в плечевых суставах.
Световые круги перед глазами практически рассеялись, но теперь его ослеплял направленный прямо в лицо фонарь. В шею сзади по-прежнему угрожающе давило дуло пистолета.
– Иди! – также негромко приказал голос. – И смотри случайно не споткнись!
Джек понял этот отнюдь непрозрачный намек на то, что в случае любого неосторожного движения с его стороны, направленный ему в шею пистолет выстрелит.
Сплюнув набившийся в рот песок – хотя это совсем не помогло, так как при каждом движении челюстью тот продолжал душераздирающе скрежетать на зубах, – Джек осторожно, ибо несмотря на то, что луч света больше не бил ему в глаза, он все равно ничего не видел, двинулся вперед. Хорошо, что из прибрежных зарослей его сразу же вывели на песчаный пляж.
Через несколько долгих секунд, когда зрение полностью восстановилось, он смог понять, что два человека следуют справа и слева на расстоянии двух-трех шагов от него, и еще как минимум один – сзади, с направленным ему в затылок пистолетом. О попытке бегства не могло быть и речи.
Еще раз сплюнув проклятый песок, Джек подумал, что эти ребята или профессионалы, в заранее подготовленную ловушку которых попался бы любой, или же он просто потерял за время отдыха сноровку. Скорее всего, первое…
Мельком глянув на шедшего справа, различил у него на голове идентичный своему прибор ночного виденья и понял, что его наверняка заметили еще в море, на его уловки не клюнули и четко взяли тепленьким, вернее – мокреньким.
Сам собой напрашивался вывод, что вся береговая линия надежно охраняется, ну а это в свою очередь значило, что на острове есть, что охранять…
В напряженном молчании они шли по береговой линии. Слева доносился уже отнюдь не успокаивающий, а похожий на какой-то тревожный шепот плеск воды, справа ему вторила настораживающим шуршанием листва прибрежных зарослей.
Держа руки на голове, Джек шел вперед, прислушиваясь к шагам идущего сзади. Тот двигался достаточно далеко, чтобы Джек смог одним движением выбить у него оружие, и в то же время – достаточно близко, чтобы не промахнуться при первом же подозрительном движении пленника. Двое шедших по бокам тоже слегка отставали от Джека, чтобы в случае его рывка в сторону, не оказаться на линии огня.
Прекрасно осознавая сложившееся положение, Джек не собирался в данный момент рисковать и, как примерный пленник, топал по песку в направлении южной оконечности остова.
Минут через десять они вышли на берег большой лагуны, по воде которой от нескольких фонарей бежали серебристые дорожки света. Фонари эти освещали стоящие чуть в стороне симпатичные коттеджи с черепичными крышами и большими верандами, несколько беседок, из-за вьющихся по их стенам растений похожих на большие прямоугольные кусты. Всё было сделано со вкусом, с большими финансовыми возможностями и содержалось в идеальном порядке.
В конце лагуны располагался небольшой причал, возле которого стояли два белоснежных катера, стремительные очертания которых говорили об их безусловно великолепных скоростных возможностях.
Несмотря на поздний час в этом маленьком кусочке рая царило оживление, достигшее апогея, когда Джек со своим эскортом оказался шагах в пятидесяти от коттеджей и примерно на таком же расстоянии от причала. Им навстречу двинулась группа из четырех мужчин, а еще трое остались у домиков.
Кто-то из группы махнул рукой, и шедший за Джеком конвоир приказал:
– Стой!
В этот самый момент причал вместе с белоснежными катерами взлетел на воздух…
Карина долго не могла уснуть. Светящиеся стрелки часов на стене показывали уже больше двух часов ночи, а она то глядела на едва видный в темноте потолок, то в сторону более светлого прямоугольника окна, то закрывала глаза и пыталась ни о чем не думать, считать прыгающих через забор барашек, бегающих по саванне слоников, просто считать – но сон все равно не шел.
…Никакого наказания за ее вчерашний поступок не последовало. Когда катер, который ей удалось угнать, но не дальше выхода из лагуны, отбуксировали обратно к причалу, к ней подошел как ни в чем не бывало улыбающийся Лаутер-младший и поинтересовался:
– Неужели вы хотели покинуть наш гостеприимный остров?
– Я чувствую себя здесь пленницей.
– Пожалуйста, мы можем отвезти вас в Гонолулу и буквально через час-два вы снова окажетесь в руках ваших недавних похитителей. Выбирайте!
Карина уже хотела сказать: «Ну что ж, везите меня в Гонолулу!», но в последний момент передумала. На эти слова Лаутер бы улыбнулся еще больше и ответил что-нибудь вроде: «Вы хорошо подумали? Подумайте еще и поговорим завтра утром».
Вот она и думала уже полночи!
В какой-то момент ей все же удалось заснуть, но практически сразу же ее разбудил свет за окном. Она поняла, что по какой-то причине были включены все фонари возле коттеджей. С улицы донеслись голоса.