— Вы не спрашивали.
Витман добродушно рассмеялся:
— Ах, Константин Александрович! Да когда же вы перестанете относиться ко мне с таким подозрением?
— Не раньше, чем вы избавите от подозрений меня, — буркнул я. — Так зачем вы приехали?
— Вас хотят видеть.
— Кто?
— Господин Юсупов.
— Что ему нужно?
— Не могу знать, — Витман развёл руками. — Мне он об этом не сказал. Отношения между нами, увы, не столь доверительные.
— Для того, чтобы заслужить доверие господина Юсупова, вам, вероятно, стоило бы несколько иначе к нему относиться.
— Помилуйте, Константин Александрович! — Витман прижал руку к груди. — Вы, право, рисуете меня каким-то зверем! Да будет вам известно, что вот уже два месяца господин Юсупов пользуется практически полной свободой действий. Мы разрешили ему применять многие заклинания, не ограничиваем его чтение, переписку. Прогулки по территории были позволены господину Юсупову и раньше, а сейчас мы предложили добавить к ним поездки в город. Но господин Юсупов отказался.
— Поездки в город — под конвоем?
— Разумеется.
— Удивительно. И почему это он отказался?.. А в академию вернуться не предлагали?
— Предлагали. Не желает.
— У представителя одного из самых древних родов Российской Империи нет желания сидеть на лекциях под присмотром ваших людей?.. Ну надо же. Кто бы мог подумать.
— Константин Александрович! Существуют способы…
— Да-да. Не сомневаюсь. Я вас сюда, кстати, тоже не приглашал. И если думаете, что выследив меня, доставили мне удовольствие…
Витман вдруг добродушно рассмеялся:
— Эх, Константин Александрович! Уж больно вы суровы. Удовольствия, может, и не доставил. Но некоторым образом встряхнуться помог, согласитесь. Как, впрочем, и вы мне, — он потёр горло.
— Кстати, — заинтересовался я. — А вы-то в темноте как меня разглядели?
Витман с некоторым смущением извлёк из-за пазухи небольшую склянку. Пустую. Пояснил:
— Зелье, которое было здесь, называется «кошачий глаз». На некоторое время даёт возможность видеть в темноте. Меня, признаться, обеспокоила информация о вашем удрученном состоянии. Вот и решил, коль уж прибыл сюда, проверить, насколько вы… э-э-э…
— Работоспособен? Вполне, — отрезал я. — На мои рабочие навыки не влияет никакое состояние. Я не поэт, не художник и не прима балерина. Буду весьма благодарен, если вы не будете больше устраивать проверок. В следующий раз и покалечить могу.
Витман коротко поклонился:
— В этом я убедился лично. Если угодно, готов принести извинения.
— Да ладно. Нужны мне ваши извинения… Идёмте. Юсупов, небось, уже заждался.
* * *
Жорж меня действительно ждал.
— Ну, наконец-то, — объявил он, едва я успел войти в комнату.
Таким тоном, как будто мы договаривались о встрече ещё неделю назад, а я безбожно опаздывал.
Жорж сидел за столом. И одет был не в привычный халат, а так, будто собрался уходить: рубашка, брюки, вязаный пиджак.
Я отметил, что обстановка в комнате тоже изменилось. Появился книжный шкаф, до отказа набитый солидными томами. Стол был завален исписанными листами бумаги. Среди бумаг громоздились открытые книги, испещренные закладками — как древние фолианты, так и новейшие научные журналы. Часть — на русском языке, но большинство на английском.
— Великобритания — на сегодняшний день самая передовая страна по части проведения исторических исследований, — проследив за моим взглядом, сказал Юсупов. — Английские археологи ведут раскопки по всему земному шару.
— Рад за них, — усаживаясь в давно облюбованное кресло, буркнул я. — Чего ты хотел?
— Услышать честный ответ на один вопрос.
Я даже не удивился. Как-то уже привык ожидать от Юсупова чего угодно. Скрестил на груди руки:
— Валяй.
— Могу я рассчитывать, что ты ответишь честно?
— Смотря о чём будешь спрашивать. О первом сексуальном опыте рассказывать не стану. Ещё помрёшь от зависти, откачивай тебя потом…
— Очень смешно. Нет, мой вопрос не касается твоей личности. — Жорж, сидящий за столом, подался ко мне. — Скажи, Барятинский. Слух о том, что твой род на протяжении многих веков является Хранителем Тьмы — это просто слух? Или?..
— Два.
— Что — два?
— Ты задал два вопроса. Учись формулировать условия чётче, временами этот навык весьма полезен.
— Учту. — Жорж наклонил голову, пытливо посмотрел на меня. — Надеюсь, это не попытка уйти от ответа?
Размышлял я недолго. Жорж знает о том, что я — Бродяга. И недвусмысленно дал мне понять, что это знание умрёт вместе с ним. На фоне такой информации рассказать правду о Хранителях Тьмы — в общем-то, ерунда.
— Нет. Не слух.
— Отлично! Значит, я не ошибся.
Жорж довольно хлопнул ладонью по столу. Вырвал из блокнота листок с какой-то записью, сложил его и сунул в карман пиджака. Поднялся.
— Едем!
Глава 13
— Далеко? — я не двинулся с места.
— Если ваш род — Хранители Тьмы, значит, где-то в ваших владениях должен содержаться архив знаний о Тьме. Мне необходимо попасть в это архив.
— Зачем?
Жорж поморщился.
— Послушай, Барятинский. Давай так — ты мне либо доверяешь, либо не доверяешь. Если не доверяешь, разговаривать дальше бессмысленно. Если доверяешь — чего мы ждём? Поехали. А по дороге я всё объясню.
— Один умный человек сказал: если ты не можешь доходчиво описать свою идею шестилетнему ребёнку, значит, это хреновая идея, — по-прежнему не трогаясь с места, сказал я. — Я не собираюсь тратить своё время на хреновые идеи. Объясни, чего ты хочешь.
— Ну, если в двух словах… — Жорж потёр лоб. — Ничто на земле не проходит бесследно.
— Где-то я это уже слышал, — хмыкнул я. — И что?
— И я предположил, что когда-нибудь — пусть тысячи лет назад, пусть не в нашем мире — но что-то подобное тому, что происходит сейчас, уже могло происходить. И допустил, что тогда, давным-давно, люди нашли управу на эту дрянь. Принялся копаться в источниках, — Жорж кивнул на заваленный стол. — Потратил больше трёх недель. Но нашёл то, что искал! Свидетельство, что существует манускрипт, где описано избавление мира от Тьмы. Называется… — Жорж вынул из кармана блокнотный листок. — Сказание о Великом противостоянии Света и Тьмы, изложенное тем, чьи уста замолкли навеки.
— Интересное название. Звлекательное.
— Да, мне тоже показалось любопытным. Полагаю, автора после завершения труда либо убили, либо как-то ещё заставили умолкнуть.
— Зачем?
— Очевидно. Спички — детям не игрушка. Наши канцеляристы тоже с завидным постоянством изымают из обращения книги, которые полагают опасными.
— И ты думаешь, что этот манускрипт так вот запросто лежит у нас в хранилище?
— Не уверен насчёт «запросто». Но, если следовать логике, он должен быть там. Где ещё ему находиться?
Я пожал плечами:
— Да где угодно. В императорской библиотеке, например. Я слышал, что она огромна.
— Если бы манускрипт был там, император, полагаю, знал бы о его существовании. И сделал бы всё возможное, чтобы древние знания дошли до вас — Воинов Света. Но Его Величество, насколько понимаю, ни о чём подобном даже не обмолвился… Власть — не самая постоянная в мире штука, да простят мне мои соглядатаи это крамольное высказывание. — Жорж многозначительно упёрся взглядом в висящую на стене картинку, акварель с изображением морского берега. — На протяжении веков власть в Российской Империи неоднократно переходила из рук в руки, от одного аристократического рода к другому. А вот Хранители Тьмы на протяжении всех этих веков оставались неизменными… В общем, если и существует надежда отыскать манускрипт, то только в вашем архиве. Никакие другие варианты лично мне в голову не приходят.
— Понял, — сказал я.
Встал и пошёл к двери.
— Надеешься отыскать документ без меня? — спросил Жорж. В голосе прозвучала плохо скрываемая обида.