На полпути к «портье» Джек вдруг понял, что в большой степени его интересует совсем другой вопрос.
– Добрый вечер! Чем могу быть полезна? – спросила привлекательная блондинка, обнажив в лучезарной улыбке ряд белоснежных зубов.
С трудом верилось, что это всего лишь голографическое изображение идеала – по мнению людей-консультантов – женской человеческой красоты.
Помимо воли Джек улыбнулся в ответ и спросил:
– Скажите, в каком номере остановилась Джулия Байрос?
– Секунду, – сказала белокурая красавица, глядя на Джека и не переставая улыбаться.
– Мак! – краем уха услышал Джек женский, явно человеческий голос. – Мак!!!
Повернув голову, он увидел направляющуюся к нему Джулию.
Она была одета в легкие воздушные брюки и такую же воздушную блузку, а в руках держала маленькую дамскую сумочку.
Только тут Джек сообразил, что слышал именно ее голос, и что звала она именно 4его. Ведь сейчас он Мак!
– К сожалению, Джулия Байрос в нашем отеле не останавливалась… – извиняющимся тоном сообщила привлекательная портье.
Глава вторая
Джек среагировал молниеносно. Повернувшись, он заулыбался и зашагал к Джулии.
– Точность – вежливость королей! – сказал он, взглянув на часы. – Ровно девять!
– А ты уже подумал, что я опоздаю!.. – с шутливым недовольством заметила Джулия, указав в сторону «портье».
– Да, хотел позвонить тебе в номер… – Джек сделал паузу, следя за реакцией женщины, – но не успел. Ты уже появилась.
– Ни разу в своей жизни я никуда не опаздывала! – не без гордости заметила Джулия. – Итак?
– Что? А-а!.. Я долго думал, какое место больше всего подходит для романтического ужина. Из предложенных мне справочником я выбрал пять и днем посетил каждое из них. И остановил свой выбор на заведении, чье название с хэрнийского переводится примерно так: «Маяк, что поможет вам миновать все опасные рифы».
– Я люблю хэрнийскую кухню.
– Значит, мой выбор удачен! Прошу!
Джулия взяла Джека под руку и они направились к выходу из отеля, где никто из них не жил, хотя и утверждал обратное.
Итак, почему Джулия Байрос (хотя, наверняка, это вымышленное имя) соврала? Вряд ли потому, что она отдыхает не одна, а с мужем, и крутит у того под носом роман!
На ум сразу же приходила совсем другая причина, и она одна перевешивала все остальные возможные вместе взятые.
Обезглавленная «ЦЕЛЬ» продолжала свою деятельность.
Джек не знал, как обстояли дела у Орли, но, судя по тому, что грандиозного скандала вокруг разоблачения направленного против человечества заговора не возникало, хонтийцу удалось убедить оставшихся заговорщиков позабыть о своей цели. Так.
Джек думал до того момента, пока не узнал, что Джулия Байрос обманывает его.
Зачем «ЦЕЛЬ» вышла на него, Джека Маркоффа?
Ответов на этот вопрос тоже могло быть несколько, но первым в списке стоял следующий: «ЦЕЛЬ» не отказалась от своих намерений и хочет устранить препятствия на своем пути. А одним из них является он, бывший землянин, Джек Маркофф!
Сейчас Джек очень сильно пожалел о том, что его «Усмиритель» покоится на дне оставшейся в отеле сумки.
Ресторан, который Джек выбрал для ужина, располагался на самом краю выступающего в море метров на двести мыса, и действительно чем-то напоминал маяк. Он нависал над водой, и посетители, сидя в отдельных кабинках, внешняя стенка которых была полностью прозрачной, могли любоваться морским пейзажем и наслаждаться доносящимся снизу шипением набегающих на берег волн.
– За встречу!
Тихонько звякнули бокалы, и, как полагается, мелкими глотками они выпили безалкогольное хэрнийское вино.
Поставив свой бокал на стол, Джек скользнул взглядом по сумочке Джулии. Та как раз могла уместить в себе небольшую модель парализатора или огнестрельного пистолета.
Или же он преувеличивает, и эта женщина обманула его совсем не потому, что является агентом «ЦЕЛИ»?
С улыбкой глядя в ее карие глаза, Джек словно пытался прочитать ее мысли и узнать намерения, однако телепатическими способностями он явно одарен не был.
И тут ему захотелось, чтобы вместо этой женщины напротив него сидела Карина, чтобы этот романтический ужин был посвящен ей, чтобы глядя в ее глаза, он не пытался бы увидеть в них ничего, кроме ответной теплоты и искренности! А ведь так могло быть, не испугайся он ответственности, не напиши это глупое письмо!..
– У вас, наверное, были какие-то неприятности? – участливо спросила Джулия, положив свою ладонь на ладонь Джека.
Это прикосновение обожгло его кожу, ему захотелось вырвать руку и закончить эту игру, но Джек сдержался. «Будем считать прошедший месяц отпуском! Теперь я снова в деле!» – решил он и покачал головой:
– Умерла моя собака. Она была моим другом и напарником почти пятнадцать лет. На Шинре мы вместе искали заблудившихся туристов…
– На Земле у нас тоже была собака. Ротвейлер… Маленькой я любила кататься на нем. Забиралась ему на спину, обхватывала руками шею и ездила по дому… Правда, иногда падала! Он тогда останавливался и начинал лизать мне лицо, – чтобы я не плакала…
«Интересно, она, как и я, сочиняет на ходу, или же это действительно правда? – спрашивал у себя Джек, слушая рассказ.
Джулии.
– А когда выпадал снег, – продолжала та, – я запрягала его в санки и вместе с друзьями – и их собаками – мы устраивали настоящие собачьи гонки!..
– Но ротвейлеру нельзя долго находится на холоде!
– Я всегда помнила об этом! К тому же мама сшила ему прекрасный собачий свитерок… Он так солидно смотрелся в нем!
Она так искренне рассмеялась, что Джек снова засомневался в своих подозрениях по поводу этой женщины.
Яркая вспышка озарила все вокруг, и они одновременно повернулись к окну.
В полукилометре от мыса лежала цепочка небольших островов, на которых располагался парк развлечений. И сейчас небо над ним было расцвечено тысячами разноцветных переливающихся огней. Их свет отражался в спокойной поверхности воды и казалось, что перед отходом ко сну мир решил повеселиться. Только огни стали бледнеть, как им на смену пришли новые. И все это происходило в полной тишине, грохота разрывов, который обычно сопровождает фейерверки, слышно не было, лишь иногда доносились восхищенные крики туристов.
Новая порция огней взмыла в воздух, окрасив небеса, море и ресторан в зеленый свет. На смену им пришли синие, потом – красные… Мир веселился, меняя свой цвет.
Апофеозом фейерверка стало поднявшееся над островами сияние. Оно искрилось, переливалось всеми цветами и дрожало, словно марево.
– Вы знали, что здесь будет такое? – восхищенно глядя за окно, спросила Джулия.
– Догадывался, – улыбнулся Джек.
Сияние стало постепенно опадать, таять, словно утренний туман под лучами солнца. От него осталась тонкая извивающаяся полоска, которая, блеснув разноцветными искрами, растворилась в темноте.
– В чем смысл жизни? – удивленно переспросил Джек, отставляя в сторону пустую чашку из-под десерта. – Интересный вопрос для романтического ужина!
– Ну, мне кажется, это довольно романтический вопрос…
– Ты хочешь, чтобы мы погрузились в философские дебри?
– Помню, этот вопрос я задала себе еще в детстве…
– Катаясь на спине ротвейлера?
– Ай!.. – Джулия шутливо отмахнулась. – Я спросила у своего отца: «Какова цель жизни?». И знаешь как здорово он ответил?
Прожить так, чтобы не жалеть о прожитом.
– Или чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые дни…
– Нет, я уверена, что отец не слышал этого выражения. Тот ответ он нашел сам.
– А ты ставишь перед собой какую-то конкретную цель в жизни?спросил Джек вполне в русле их разговора и одновременно только лишь для того, чтобы вставить в вопрос слово цель.
– Цель? – задумчиво переспросила Джулия, будто играя с ним.