– Вас что-то тревожит?
– С пещерами у меня связаны плохие воспоминания, – быстро нашел, что ответить Джек.
– Ну тогда у вас есть два пути: или победить себя самого, или бежать от себя же. Но знайте, бегать от себя бесполезно…
Джек кивнул и посмотрел вглубь пещеры. Полумрака ее он, естественно, не боялся, но там, в мрачной сырой глубине, задрав головы и рассматривая сталактиты, стояли два человека.
И он подошел к ним, поздоровался, увидел на лицах искреннюю радость от встречи, и понял, что видеть в каждом встреченном человеке боевика заговорщиков по меньшей мере глупо.
…Кринта, планета-курорт, предоставлявшая отдых на любой вкус, являлась для Джека своего рода экзаменом, который он принимал сам у себя. Здесь он всегда находился в обществе, даже когда просто лежал на пляже под ласковым солнцем или купался в теплом чистом море.
И этот экзамен он с честью выдерживал. Вот уже пять дней в нем никто не узнавал землянина, а он, не боясь шел на общение как с инопланетянами, так и с людьми.
Он уже решил, что окончательно избавился от оков прошлого, когда во время вчерашней вечерней прогулки ему показалось, что за ним следят.
Джек обратил внимание на этого человека, когда того, вместе с группой стоявших слишком близко к бассейну инопланетян облил водой кринтианский дельфин. Все смеялись. Смеялся и этот человек, и облитые инопланетяне, и свидетели этой сцены, и Джек. Он бы забыл об этом человеке – на Кринте он уже встретил два десятка себе подобных – или может быть вспомнил о нем, как о части смешного эпизода.
Но примерно через час, более чем в километре он дельфинария Джек снова увидел его: подтянутого мужчину лет тридцати пяти с короткими русыми волосами, одетого в темно-синие шорты и белую тенниску. Вместе с другими отдыхающими он любовался игрой света в воде каскада фонтанов. После минутных размышлений Джек обругал себя за подозрительность и вернулся в отель. Но по дороге он все-таки не удержался и пару раз неожиданно обернулся, однако «хвоста» за собой не заметил. Хотя один раз ему показалось, что невдалеке мелькнула белая тенниска, но он только снова обругал себя, ведь у каждого второго туриста здесь есть одежда белого цвета.
И вот сегодня утром, выходя из моря, Джек увидел на пляже этого мужчину.
Ругать себя за подозрительность Джеку уже надоело, и он решил окончательно удостовериться, следят за ним или же появление этого человека поблизости просто ряд случайностей.
Обсохнув и понежившись под лучами утреннего солнца, он надел шорты и, выйдя на бегущую вдоль пляжа дорожку, не спеша зашагал по ней. Шел, сдерживая желание обернуться, ведь если это действительно «хвост», то незачем его пугать раньше времени. Пройдя метров триста, свернул в противоположную от моря сторону и зашел в одно из многочисленных кафе, внутренность которого не была видна за большими затемненными стеклами. Сев лицом к окну, он заказал фруктовый сок и стал ждать.
Это затемненное непрозрачное снаружи окно давало ему большое преимущество…
Прошло пять минут, а «хвост» не появлялся. «Или мужчина хитер и расколол мой ход, – подумал Джек, – или я никогда не избавлюсь от этой паранойи!»
В этот момент дверь кафе открылась и в нее вошла женщина.
Высокая, стройная, с великолепной фигурой, которую только подчеркивал открытый купальник и обвязанное вокруг талии полотенце. Поправив еще не высохшие после купания длинные каштановые волосы, она осмотрелась, и взгляд ее естественно остановился на единственном в помещении человеке. Она улыбнулась, Джек улыбнулся в ответ.
– Не занято? – спросила женщина, подойдя к его столику.
– Прошу вас…
– Спасибо… Великолепное сегодня утро!
– По-моему, здесь каждое утро великолепно! – улыбнулся Джек, бросив короткий взгляд за окно. – Как и день, и вечер, и ночь…
– Дело в том, что я только вчера приехала сюда, и это мое первое утро здесь. И сразу же встречаю вас! Есть такое старое земное выражение…
– Мир тесен! – улыбнулся Джек.
– А где вы остановились?
– В «Лагуне».
Хлопнув в ладоши, женщина рассмеялась:
– И я тоже! Мир тесен!
Джек про себя чертыхнулся, так как остановился он вовсе не в «Лагуне». И зачем он соврал?
– Джулия Байрос, – представилась женщина, протянув ему руку.
Решив больше не врать, Джек чуть было не назвал свое настоящее имя, но вовремя вспомнил, что пребывает на планете под другими документами, и поэтому представился как Мак Варшавски.
– Простите за нескромный вопрос, а вы отдыхаете здесь один?
– Да… А вы?
– Тоже
…Они шли по тенистой аллее, вдыхая непривычный аромат местных растений и любуясь яркими цветками, что примостились прямо на стволах отдаленно похожих на земные пальмы деревьев.
– А откуда вы? – спросила Джулия.
– С Шинры. Есть такое тихое местечко…
– Я знаю. Мой кузен любит отдыхать там. Говорит, что эта планета очень похожа на Землю…
– Он тоскует по Земле?
Женщина пожала плечами:
– Он стал Принятым двадцать лет назад. Детство провел на.
Земле. У него, наверное, остались только хорошие воспоминания.
– А у вас?
Джулия замедлила шаг, глядя на Джека:
– А что, по мне видно, что я бывшая землянка?
– Только инопланетянин может сразу определить, является ли человек землянином или Принятым.
Повисла неловкая пауза, и Джек быстро сменил тему:
– Послушайте, а вы долго еще будете на Кринте?
– Две недели, а вы?
– Чуть меньше… Вы не будете возражать, если я приглашу вас сегодня поужинать?
Женщина улыбнулась, взяв Джека под руку и шепотом сказав:
– Признаться, я с нетерпением ждала этого вопроса! Хотя знаете, курортные романы недолговечны…
– На то они и курортные! – рассмеялся Джек, оглядываясь.
«Хвоста» не было.
…За легким непринужденным разговором Джек чуть было не прозевал поворот к «Лагуне». Теперь нужно было срочно придумывать, как выпутаться из сложившейся ситуации. Враз снимающим все проблемы был бы переезд в этот отель, но переезд переездом, а что делать сейчас?!
Они встали на самодвижущуюся дорожку, что понесла их к широким дверям отеля.
– А в каком номере вы остановились? – спросил Джек хотя бы для того, чтобы знать, что говорить насчет своего номера.
– Четырнадцать-двадцать два…
– О, предпоследний этаж! Оттуда, наверное, открывается великолепный вид…
– К сожалению, не могу пригласить вас полюбоваться им. У меня жуткий беспорядок!
– По той же причине не могу пригласить вас к себе! – улыбнулся Джек, облегченно вздохнув про себя. – Но в девять вечера жду вас здесь, в холле…
– О, неужели будет ужин при свечах?
– У меня достаточно времени придумать еще что-нибудь более романтичное.
– С нетерпением буду ждать!
Прежде чем двери лифта бесшумно закрылись, Джулия успела помахать ему рукой.
Без десяти девять облаченный в легкие серые брюки и голубую тенниску Джек вошел в холл отеля «Лагуна». Понимая, что пришел несколько раньше назначенного времени, уселся в одно из мягких, огромных – в нем спокойно могли бы поместиться два человека – кресел и, взяв первый попавшийся журнал, стал рассматривать великолепные трехмерные виды Кринты.
Орли предупреждал его, что вписаться в новую жизнь для.
Джека будет делом непростым. Интересно, чтобы он сказал, узнав, что тот уже успел закрутить романчик?
Правда, мысль эта не вызвала на лице Джека даже намека на усмешку. Он прекрасно понимал, что этот флирт с красавицей.
Джулией Байрос то самое пресловутое бегство от самого себя и ничего более.
Пролистав журнал, Джек положил его на место и уже потянулся к другому, когда взгляд его остановился на надписи: «Электронный портье». Невысокий ймолунг о чем-то говорил с великолепным голографическим изображением себе подобного существа.
Точно такой же электронно-голографический портье имелся и в отеле, где остановился Джек. «Портье» оценивал, представитель какой расы находится перед ним, и принимал ему подобный облик. В своем отеле Джек имел дело с приветливым молодым мужчиной, с лица которого ни на секунду не сходила искренняя улыбка. Интересно, с кем он будет разговаривать здесь?