— Защищайтесь! — в руках у господина в котелке появилось личное оружие — шпага.
Тоже маг, ишь ты.
— Зря вы это, папаша, — вздохнул я. — Ей-богу — зря.
Магический уровень господина я оценил как третий-четвёртый. Вырвал шпагу у него из рук одним броском цепи. И кинулся к Дюбуа — нужно было поскорее надеть на него магические наручники. Краем глаза заметил, что Кристина метает в толпу, осаждающую павильон, что-то вроде молний — приём, больше работающий на устрашение, чем на поражение. По инструкции, при большом скоплении народа следовало действовать именно так.
Я перевернул Дюбуа на живот, придавил его коленом. Застегнул на руке браслет. И в тот же миг этот мерзавец, немыслимым образом изогнувшись, вырвался. Вскочил на ноги и попытался хлестнуть меня другим концом наручников, я едва сумел увернуться. И вот теперь увидел в его глазницах Тьму.
— Ты опоздал, Бродяга, — торжествующе объявил Дюбуа.
Я почувствовал за спиной движение и сместился в сторону. Успел в последний миг — колющий удар шпагой прошёл мимо. Господин, потерявший и котелок, и пенсне, подобрал выбитую шпагу.
— Ты за это ответишь! — взревел он.
Снова бросился на меня.
— Этот русский выскочка хочет навязать нашей стране свои драконовские порядки! — взвизгнул Дюбуа. — Он не позволяет вам получить то, что вы заслужили!
Теперь внимание людей переключилось на меня. Толпа отхлынула от павильона. Среди тех, кто собрался в Гостином дворе, аристократов я не видел. А здесь господин в котелке оказался не единственным представителем аристократического сословия. Я заметил, что личное оружие появилось в руках ещё у нескольких людей.
«Котелок» тем временем снова бросился на меня. И на этот раз выбить шпагу у него из рук мне не удалось. Его магический уровень как будто стремительно скакнул вверх, сразу на несколько пунктов. Меня спасло то, что «котелок», похоже, сам такого не ожидал. Вместо того, чтобы нанести новый удар, он в недоумении уставился на свою руку. А я не стал терять время. Пнул его ногой в живот и сразу, как только «котелок» согнулся, ударил коленом в переносицу. «Котелок» покатился по земле, подвывая.
В толпе заорали и засвистели.
А из глазниц Дюбуа выплеснулась Тьма. Чёрный кокон окутал его мгновенно, ко мне потянулись щупальца.
Но толпа этого будто и не заметила. Никакого страха — как это было в Гостином дворе. Люди уверенно пёрли на меня. Из толпы полетели камни и пустые бутылки.
Я поднял Щит. Часть камней, летящих в меня, сталкивалась с ним. Часть сгорала, не долетев, рассыпалась снопами искр — ко мне спешила Кристина.
— Что это, Костя? — Мы, как в старые добрые времена, встали спиной к спине. — Что происходит с этими людьми⁈
Теперь против нас сражались уже четыре аристократа. «Котелок» с земли так и не поднялся, но вместо него появились два парня с саблями, крепкий мужик с дубинкой и тётка средних лет, с чем-то вроде плети.
— В этот раз Тьма, похоже, работает по-другому, — вглядываясь в то, во что с бешеной скоростью превращался Дюбуа, проговорил я. — Она не просто тянет энергию из толпы. Она ещё и заряжает её! Видишь?
Кристина ахнула.
От чёрного кокона, крутящегося на месте Дюбуа, во все стороны ползли едва заметные серые языки — так знакомые нам по тем, что видели в Изнанке. Этот серый туман накрывал толпу, всё более и более расширяя кольцо. А обратно, к чёрному кокону, стремились другие языки — более насыщенного цвета.
Тьма с наслаждением пожирала добычу. Чёрный кокон рос на глазах. Кристина защищалась от щупалец, которые выстреливали в нас всё чаще.
Я сдерживал напор четырёх аристократов, которые, казалось, полностью утратили представление о том, кто они такие и где находятся. Главной их задачей было добраться до меня. А силы этих четверых, кажется, росли с каждой минутой.
— Можно как-то прекратить эту… жральню⁈ — Кристина сделала выпад, отбивая устремившееся к ней щупальце. — Взгляни — Тьма растёт! Жиреет на глазах!
— Вижу, — крикнул я. — Нужен Щит! Точнее, несколько щитов, чтобы отгородить людей от Тьмы!
— Где твой отряд?
— Должен быть на подходе!
Я, изловчившись, ухватил цепью за шею мужика с дубинкой. Подбросил его вверх. И этим снарядом, закрепленным на конце цепи, смёл трёх остальных. Тут же поднял Щит.
— Великолепно, мсье Барятинский, — услышал я. — Ваше мастерство воина возросло многократно!
— Где вы были, чёрт возьми⁈ — не оборачиваясь, рявкнул я на Триаля.
— Прошу прощения. Мы с мадемуазель Светланой находились в павильоне. Были уверены, что прорыв начнётся там. Что тот, кто одержим Тьмой, находится внутри! Не сразу сумели пробиться к вам.
— Ясно. Бейте Тьму!
Я раздвинул Щит так широко, как смог. Но закрыть получилось едва ли треть окружности, вдоль которой бушевало негодующее людское море.
Глава 19
Гнев толпы рос на глазах. Казалось, что люди всё больше набираются сил. А через минуту я, холодея, понял вдруг, что вижу картину, которую уже наблюдал в Гостином дворе.
Мужчина, одетый как клерк, только что пытавшийся швырнуть в меня камень, вдруг выронил его. Он будто вмиг ослабел. Покачнулся.
Взгляд мужчины остановился, он упал на колени. А через секунду повалился вперёд, уткнувшись лицом в гравий дорожки. Метрах в пяти от клерка я увидел ещё одного упавшего. И ещё!
Тьма тянула из людей жизненные силы. Она уже начала выкашивать их, одного за другим — а люди этого даже не замечали.
На том месте, кто совсем недавно Дюбуа уговаривал парижан посетить выставку, плясала Тьма. Света душила её магической сетью. Кристина обрубала мечом рвущиеся наружу щупальца. Странное оружие Триаля, чудо-шляпа, казалось, вовсе живёт своей жизнью. Это было что-то вроде бумеранга — стремительно поражающего Тьму и возвращающегося назад к хозяину. Но, несмотря на все их усилия, Тьма продолжала расти. И я понял, что сейчас этот процесс идёт куда быстрее, чем в Гостином дворе.
Я стиснул зубы. Серые языки, которые тянула к людям Тьма, бились о мой Щит и, беспомощные, откатывались назад. Тьма недовольно шипела. Но на всю окружность Щита не хватало, я закрывал только один сектор. Там, где толпа не была прикрыта, Тьма продолжала тянуть из неё энергию — а вместе с тем накачивать людей агрессией. Впервые увидев меня десять минут назад, эти люди вели себя так, будто ненавидели Константина Барятинского всю жизнь.
Тьма, как и было обещано, не стояла на месте. Её навыки развивались и крепли.
— Государю императору — ура!
Я повернул голову. И увидел, как с фланга, с той части окружности, что не была прикрыта Щитом, ко мне метнулась огненная плеть — оружие женщины, которую я считал уже выбывшей из игры.
Тьма, видимо, пожирала не всех своих адептов. Кого-то, наоборот — подпитывала. Если бы не окрик Джонатана, плеть достала бы меня.
Одной рукой продолжая удерживать Щит, я вырвал плеть цепью. Аристократка, не удержав оружие, упала — прямо под ноги толпы. Но вместо неё ко мне устремились два знакомых парня с саблями.
— Государю императору — ура!
Парней окутала стая воробьёв. Птицы кружили вокруг них такой плотной стаей, что полностью дезориентировали. Парни вслепую набросились друг на друга.
— Костя!
Вскрик у меня за спиной раздался вовремя. Я успел отклониться. Мимо меня пролетела светящаяся призрачным светом арбалетная стрела. Кто-то из ранее незамеченных аристократов обошёл мой Щит с другого фланга и выстрелил.
Кристина снесла арбалетчика тараном.
— Неплохо, — похвалил я.
— Костя, долго нам не выстоять. — Кристина рубанула мечом.
— Спасибо, Кэп.
— Эта тварь растёт, как на дрожжах!
— Вижу, Кэп.
— Сделай что-нибудь!
— Я уже делаю максимум того, на что способен. Ты и Триаль — чёрные маги, Щитов у вас нет. Вы не в состоянии закрыть толпу. А если убрать и мой Щит, Тьма будет расти ещё быстрее. Мы не продержимся до прихода подкрепления. Значит, остаюсь только я.