Пейзаж по сторонам дороги постепенно менялся. Каменная пустыня закончилась, сменившись подобием африканского буша. Очень похоже на то, что я видел в Запорталье, только здесь было гораздо суше. Сначала и вовсе все было мертвым: и трава, и кусты, и редкие деревья. Потом среди сухостоя стали попадаться отдельные живые растения. Точнее сказать, полудохлые. Постепенно их делалось все больше, и выглядели они все здоровее. Так что ночью я шел уже в обрамлении вполне нормальной природы. С учетом климата, естественно.
Заметил я это не потому, что так хорошо видел в темноте. Нет, меня комары атаковали. Надеюсь, не малярийные. Я за последние дни так отвык от соседства кровососущих летунов, что перестал поддерживать заклинание «разгон насекомых». Теперь снова срочно его перевел в фоновый режим, но несколько гадов меня успели укусить. Но я это даже как добрый знак воспринял. Точнее, как индикатор полноценной жизни вокруг.
А потом дорогу мне перегородила река. Ну, не совсем перегородила, через нее мост был. К сожалению, не совсем целый, так что идти по нему ночью я не рискнул. Да и хватит с меня на сегодня. До воды добрался, можно лагерь разбивать.
Под гордыми словами «разбить лагерь» я имел в виду снять наконец с себя рюкзак, развести небольшой костер, приготовить на нем еду и устроить себе спальное место, надув матрас и развернув спальник. С грустью вспомнил, сколько же всякого хорошего и нужного у меня в гостинице в Аншане осталось. Очень бы сейчас палатка пригодилась. И надувная лодочка. И ведь не тяжелые они, донес бы. Но что делать…
Делать было действительно нечего. И совсем грустно мне стало, когда ночью пошел дождь. Первый за все время моего пребывания в Новом мире. К счастью, недолгий, но, к сожалению, довольно сильный. Рюкзак у меня из непромокаемой ткани, и спальник я успел в него спрятать еще до того, как он серьезно промок. Котелок с кашей (успел приготовить) накрыл крышкой. А вот самому мне прикрыться было уже нечем. Разве что надувным матрасом, которому вода пофиг. Вопрос с крышей над головой надо будет как-нибудь решить. Либо останавливаться на постой у местных, либо хотя бы палатку себе справить. А пока промок изрядно и совершенно не выспался. Утром сушился и отсыпался. Перед этим успел выяснить, что мост через речку все-таки разрушен. Два центральных пролета упали в воду, и вокруг центральной опоры моста образовался маленький остров, на котором даже какие-то кусты выросли.
Река была совсем неширокая, метров тридцать, но с моим грузом ее только по дну переходить, чего я, понятно, делать не буду. А переправиться надо. На том берегу явные следы деятельности человека. Прямо рядом с мостом — какое-то строение, дальше тянутся возделанные поля, за ними — лес, а где-то в километре или чуть больше на берегу у речки, похоже, какое-то поселение. Разглядеть, чем занимались его жители, с моей позиции было проблематично, но несколько раз какие-то люди, одетые в нечто похожее на «костюм» найденной мною мумии, выходили к самой воде, потом возвращались. Когда доберусь до их деревни, светить золотом, наверное, будет легкомысленно. Лучше предложить им услуги целителя. Не похоже, чтобы тут особые богатства были, издалека дома напоминают ту хижину, что в оазисе. Но мне от них ничего не надо, кроме информации и продуктов в дорогу. Хорошо бы еще транспорт какой-нибудь, но это как получится. Будет зависеть от того, насколько им мои услуги нужны будут.
Вот на каком языке я с ними общаться буду — вопрос. Но транслировать мысли я, как бхаас, умею. Ответы же либо считаю, либо по эмоциям пойму. Как вариант, можно будет попробовать память какого-нибудь пациента прочитать. Вроде так язык можно выучить, почти мгновенно. Только не пробовал я это делать ни разу, страшно немного.
Переправа у меня заняла три дня. Нет, я не переплывал речку, перенося золотые слитки по одному. Я зарастил на мосту обрушившуюся часть. К сожалению, восстановить каменную поверхность я пока (надеюсь, что пока!) не в силах. На пути силпина я только три заклинания освоил. Но магом жизни я уже стал полноценным. С помощью заклинаний «стимулирование роста», «моделирование», «локальный рост» и «сила жизни» мне удалось не только вызвать бурный рост у кустов на островке посреди русла реки, но и заставить их сплести свои побеги в подобие висячего моста.
Возгордиться своим могуществом мешало то, что выполнение этой работы далось мне с огромным трудом. Двое суток без сна, непрерывный контроль с помощью диагностических заклинаний, а иногда даже «слияния». Ибо кустикам такое надругательство над их природой совершенно не понравилось, и они все время норовили помереть. Именно помереть, а не засохнуть, так как водой я их в избытке накачивал из реки. Еще ветки совершенно не желали делаться более крепкими, наоборот, малейшая нехватка тех или иных микроэлементов делала их совершенно непригодными для строительства. Добыть необходимый «строительный материал» для их клеток прямо из реки или почвы островка оказалось в принципе невозможным, пришлось пустить в расход изрядное количество растений на берегу. В результате по обе стороны от моста образовалась чуть не стометровая мертвая проплешина, смотревшаяся и дико, и некрасиво. Но мост я все-таки достроил, перешел по нему и улегся спать прямо рядом с ним, даже не раздеваясь.
Следующий день ушел на приведение себя в порядок, в сторону поселка (деревни?) я двинулся только на следующее утро.
Все время, пока я возился с мостом, местные жители меня то ли не замечали, то ли игнорировали. Близко никто не подходил, видимо, работы в близлежащих полях никакие проводить не надо было. Хотя когда растения у моста резко сохнуть стали, не заметить было трудно. Проплешина изрядная появилась. Или они на противоположный берег не смотрят за ненадобностью?
В последние два дня, включая тот, когда я уже отдыхал и восстанавливался, в деревне, похоже, был какой-то переполох, но с моей новой позиции было видно совсем плохо. Так или иначе, но я пошел к ним устанавливать контакт.
Вокруг зеленели поля, колосья на которых только начинали формироваться. То есть тут сейчас весна? Не обязательно. Например, в Египте Нил разливается в сентябре, но благодаря орошению там три урожая в год собирали. В Древнем Египте. Сейчас — не уверен. Но я не о Египте, а о том, что определять по полям время года можно только в странах с долгой зимой.
По мере приближения к поселку мне все больше делалось не то чтобы не по себе, а как-то… странно. Поселок оказался не таким уж маленьким, где-то в полсотни домов. Дома, правда, все такие же убогие, что и хижина в оазисе, — стены из сырца, крыши крыты соломой. Размер, правда, в среднем побольше. Имелись и хозяйственные постройки, в том числе глиняные: видимо, «элеваторы» в древнеегипетском стиле. Внешне они напоминали перевернутые горшки в полтора человеческих роста высотой, с дверцами (ставнями) вверху — засыпать зерно и внизу — зерно доставать.
При этом поселок был абсолютно пуст. Ни людей, ни скота, ни домашней птицы. Даже собак и кошек видно не было. Впрочем, не знаю, есть ли они тут вообще. Но это вопрос чисто из любопытства. А вот куда подевались все жители поселка — уже проблема. С кем мне контакт налаживать?
Сгрузил свой рюкзак на крыльцо у дома, показавшегося мне чуть побольше и чуть более ухоженным, чем другие. Хотя какое крыльцо? Две ступеньки из глины, прикрытой сверху плетеными из веточек половичками. Заглянул внутрь. Не заперто, но практически пусто. На глинобитном полу только следы от циновок остались. Видно, что вывозили отсюда всё; может, и в спешке, но основательно.
Перегородок тоже нет, одна большая комната метров восемь длиной и четыре шириной. Возможно, разгораживалась занавесками, но унесены даже веревочки от них. Окна крохотные, без стекол, закрываются ставнями. Потолка нет, сверху балки и двускатная крыша, крытая соломой.
Из примечательного — нет печи. Наверное, очаг для готовки где-нибудь снаружи. И можно сделать вывод, что климат тут теплый. Еще у дома пристройка из того же материала, только поменьше и пониже. Думаю — хлев для скота. Но я туда не пошел. Успею еще все обследовать, если здесь задержусь.