Я подтверждающе кивнул. Рассказывать конкретику мне пока не хотелось. Всегда успею. Ведь не факт, что окончательно договариваться придется именно с ним.
— Так вот, что на самом деле находится в комплексе в Сурдивате, мы не знаем. Пара залов, заканчивающихся арочным проходом с красивым рельефом вокруг него. Дальше — какое-то небольшое помещение, но пройти сквозь арку никому не удалось. Упсуры видят надпись: «Вы не готовы к сдаче экзамена», — остальные просто в невидимую пленку упираются. При попытке пробить пленку проход зарастает каменной стеной.
— ?
— Примерно через месяц стена вновь сменяется прозрачной пленкой. Момент проворонили, но больше силу применять не рискнули.
— Спасибо. Очень познавательно. В комплексе рядом с моим домом тоже есть закрытая секция, но надпись там гласит: «Только для суров».
Вот так. И информацией поделился, и ничего важного не сказал. Зато изобразил доверие и готовность к сотрудничеству. Стептон, надеюсь, эмоций читать не умеет?
Уточняющих вопросов я не хотел, пора менять тему, а то у орденца глаза впервые с начала нашей беседы загорелись.
— Возвращаясь к вашему вопросу… — По-моему, я ловко вывернулся, но ведь он действительно спрашивал, чем может быть полезен. — Реальной помощи в освоении заклинаний вы мне оказать не можете. Не думаю, что мое пребывание в комплексе у Черного Камня согласовать легче, чем возвращение в собственный дом у ашрама. Мне нужен только покой и возможность полного сосредоточения. После поездки в Испаган у меня еще одна, шестидесятая бусина засветилась, вот ею я в ближайшее время и собираюсь заняться. А вопрос, на каких условиях я все-таки могу войти в Орден, мне хотелось бы уточнить. Сразу предупреждаю: окончательное заключение договора я бы хотел отложить до того момента, как выучу все заклинания браслета. Можете считать это суеверием, но мне так спокойнее. Как я уже сказал, тут ничто не должно отвлекать, и все мысли должны быть только о заклинании. А со вступлением в Орден, я подозреваю, сразу придется со многими знакомиться, выполнять срочные поручения и тому подобное. По-моему, с этим лучше месяц подождать. Хотя, возможно, мне удастся и быстрее справиться. От самочувствия зависит.
Судя по эмоциям, у Стептона было что возразить, но сегодня он решил изображать покладистость.
— То есть из этой гостиницы вы пока никуда уезжать не собираетесь? Или у вас есть еще иное убежище?
— Скорее всего, буду здесь, но если получится, могу оказаться в Испагане в такой же гостинице. Не уверен, но у меня есть гипотеза, что Ушедшие строили свои комплексы вблизи каких-то «мест силы». И симбиот там быстрее развивается. Раз, как вы говорите, Бабе-Сатьи на глаза мне лучше не попадаться, то, как выучу заклинание, попробую еще раз съездить к Черному Камню. От этих религиозных лидеров, к сожалению, никогда не знаешь, чего ждать, но моя первая поездка прошла вполне мирно.
— Но вернулись вы с эскортом. Так что ваша поездка не осталась незамеченной.
— Незамеченным было трудно остаться, так как оказалось, что гяуру пройти к Черному Камню невозможно. Их не через ворота, а через комплекс Ушедших пускают. Поэтому обычный человек пройти не может, а я прошел. — Уточнять, что именно там случится с обычным человеком, я не стал. — К самому аятолле меня не приглашали, какие-то шейхи в гостинице посетили, но дальше общих разговоров дело не зашло. Ни угроз, ни попытки навязать обязательства я не заметил. Да, вы меня простите, но про комплекс Ушедших я им сказал. Про то, что уже бывал в подобном у ашрама. Про свой они и сами знали. Так что приехал я не с эскортом, а с попутчиками. Эти ребята дальше в ашрам наведаться хотели. Подробностей не знаю, не общались.
Говорил я все это с самым невинным видом, но, кажется, удачно наступил Стептону на мозоль. Он в эмоциях и даже с виду очень забеспокоился. Ну и желание меня придушить стало у него совсем сильным.
— Это вы очень напрасно сделали!
— Еще раз простите. Опыт переговоров у меня невелик, а этот шейх сумел так все повернуть, что я только потом забеспокоился, что наболтал лишнего. Но вы же ситуацию в Запорталье контролируете? И не думаю, что мусульмане с индуистами договориться могут. Больно старая у них вражда.
— С этими религиозными деятелями, мы с вами уже об этом говорили, ни в чем нельзя быть уверенным. Вот ведь! Работы вы мне подкинули. Срочной. Хорошо хоть, что предупредили. Вынужден с вами проститься. Надо теперь в ашрам лететь, брать ситуацию под контроль. И где-то еще силовиков наскребать: двумя машинами мы там впечатления не произведем.
— Простите, что вмешиваюсь. Лорд Бофор еще в РА? У него вроде вертолет был.
Стептон только ожег меня взглядом. Мол, без вас разберусь. И быстро ушел. Все вопросы прояснить не удалось, но, считаю, все получилось неплохо. Удачно я его спровоцировал. Друзьями нам все равно не быть, а сейчас хоть под ногами путаться не будет. Уезжать на его глазах вместе со «стражами» мне совершенно не хотелось. Еще за нами увяжется. А так пока он до РА доберется, пока вертолет конфискует… Дня два пройдет. Как раз спокойно доехать успею и в «свой» комплекс заберусь. И не вылезу оттуда, пока все не выучу. После чего уже другой разговор будет. Причем не со Стептоном, как мне кажется, а с самым большим начальником в Ордене в Запорталье.
Подождал минут пятнадцать и вышел к ресепшену.
— Представители Ордена еще здесь?
— Очень сожалею, но они только что уехали.
Я никакого сожаления, понятно, не испытывал:
— Большое спасибо. Передайте, пожалуйста, ожидавшим меня людям наипочтеннейшего аятоллы Сеида Зейна Алеви, что мы тоже можем ехать.
Вернулся в номер забрать вещи, а когда вышел к мотоциклу, «стражи» были уже там.
— Прошу прощения, почтенные. Вы в курсе, что до Хапура мы будем ехать сутки с остановками только на заправку? Тогда — вперед!
Дорога была уже привычной. Разве что на встреченные караваны внимания не обращал. Бронированный джип — это не совсем то же самое, что одинокий мотоциклист, никто нас затормозить не пытался. Возможно, если бы я ехал один, все было бы точно так же, но я бы тогда не стал проверять. Так или иначе до Хапура мы добрались благополучно. В городок не заезжали, смена «караула» ждала на дороге у заправки.
Эти «стражи» были на мотоциклах, как и я. Организация мероприятий у аятоллы проходит на должном уровне. Народу было целых шесть человек, все при оружии. У одного даже пулемет к багажнику приторочен.
Вежливо поздоровался со всеми. Английский эти ребята знали, по крайней мере, их старший. Напомнил о договоренности каждому прихватить с собой питьевую воду. Оказалось, все уже выполнено. Притороченные к багажникам канистры — как раз с водой. Замечательно. Приятно иметь дело с хорошей организацией.
Путь до нужной террасы описывать не буду, он не изменился. Разве что добирались дольше, чем я это делал один, но так и ожидалось.
Неприятный сюрприз обнаружился уже на террасе. Проверил окрестности «определением жизни» и обнаружил в кустах наблюдателя. Пока я думал, сообщать ли о нем «стражам», их старший проследил направление моего взгляда и что-то отрывисто сказал подчиненным. Один из мотоциклистов рывком сместился в ту сторону и дал по кустам очередь.
Подошел туда с остальными. Там оказался один из знакомых мне мальчишек. Труп. На душе стало противно. Зачем? Можно было просто задержать, чтобы не мешал. Но и конфликтовать со «стражами» из-за этого я не стал. Не поймут, и ничего уже не изменишь. Но на всякий случай стал наигрывать «застывшую ауру». Какие-то слишком резкие «перцы» тут со мной оказались.
Попросил отцепить от мотоциклов канистры с водой.
— Спасибо. Теперь давайте договоримся, когда мне вам артефакты передать.
— Прямо сейчас, — решительно ответил старший.
— Мне их еще изготовить надо.
— Имам сказал, что они уже есть.
Интересно, с чего это аятолла так решил? Впрочем, не так уж он и не прав. Изготавливать артефакты я действительно не умею. Только в готовое яйцо нужный звук записать. Но на это время требуется. А пока мне надо привезенное имущество в комплекс занести. О чем я и сказал «стражам». Если хотят, пусть ждут, но некоторое время на это потребуется.