В принципе не так уж мне этот фарси нужен… Не собираюсь я жить в Персии.
Подошел к «стражам»:
— В связи с происшедшими событиями, думаю, нам придется здесь переночевать. Задержались из-за бандитов, у вас наверняка дела, связанные с этим, появились. А ко мне, смотрю, представители Ордена приехали, надо будет пообщаться.
Сначала «стражи» согласно закивали, но при упоминании Ордена заволновались.
— Нет, поездка не отменится, и договоренности остаются в силе, — решил я успокоить их. — Даже если у Ордена ко мне какие-то поручения появились, свои обещания Сеиду Зейну Алеви я выполню раньше. Не магистр же сюда за мной приехал, а мелкий чиновник подождет.
Успокоил я их не полностью, но это уже их проблемы. Поступить я намерен именно так, как сказал.
Номер встретил меня — нет, не пылью, но какой-то заброшенностью веяло. Может, и к лучшему. Значит, никто в моих вещах не копался.
Открыл сундук и с некоторой грустью перебрал оставшиеся в нем вещи. Столько всякого оборудования привез, а использовал только раз, когда комплекс над ашрамом искал. Может, взять что с собой? Ноутбук? Хороший фотоаппарат? Пока мне вполне хватало планшета, дожидающегося меня в моем «убежище», а сложных расчетов я уже дано не проводил. Нивелир? Зачем? Перепад высот в комплексе Ушедших определить? Не к спеху. Да и лишний вес мне сейчас с собой ни к чему. Золота я в гостинице точно не оставлю. Не надо обслугу в соблазн вводить. Да и воды с собой требуется взять как можно больше. Постараюсь ею хотя бы частично «стражей» нагрузить, но ведь и взбрыкнуть могут. Так что любимое оборудование — обратно в сундук.
Оружие? Пулемет с собой тащить? Я невесело усмехнулся. Только патроны к моему револьверу. А сколько? Когда-то я цинк покупал, но почти все в грузовичке осталось. В коляску мотоцикла только пять пачек сунул, на всякий случай. По шестнадцать патронов. И то одна — початая. Все беру. Патроны граммов по десять весят, даже килограмма не будет. Задумался — а не маловато ли у меня патронов, но сам же рассмеялся над глупой мыслью. Я со своим револьверчиком ни в бой, ни на охоту ходить не собираюсь. Это, так сказать, последняя страховка. И просто «мужская» игрушка. В случае заварушки перезаряжать имеющиеся в барабане пять патронов мне, скорее всего, будет некогда. И вообще у меня же магия есть. Думаю, «поглощение жизни» посерьезнее пятиграммовой пули будет. Или даже шестиграммовой? Не помню. Но оценка не меняется.
Еду я себе заказал в номер, орденцы о моем присутствии все равно узнают, но пусть лучше это случится, когда я уже буду выспавшимся и отдохнувшим.
К счастью, так и произошло. Утром я успел принять душ, позавтракать в номере, окончательно разобрать вещи и даже попросить на ресепшене передать «стражам», что наш отъезд состоится после моей беседы с представителем Ордена, но чтобы они были к тому времени готовы. Немного нахально, но, думаю, дежурный сам все вежливые обороты вставит и мое послание переформулирует, когда передавать будет.
В общем, все успел к тому моменту, когда в дверь наконец постучали.
— Входите, не заперто! — бодро крикнул я и стал наигрывать «ощущение эмоций». Очень на переговорах помогает. Так кто из орденцев ко мне прибыл?
Это оказался Эрик Стептон. Порученец местного главы Ордена. Или власть уже переменилась, и теперь они — оппозиция? Не думаю. Не сложилось у меня впечатления, что лорд Бофор и Аткинс собираются в ближайшее время переворот производить. Они для него только почву готовили, а это процесс небыстрый. И похоже, обеим сторонам я нужен не просто как маг-целитель, а еще и как козырь в их внутренних играх. Что печально. Не люблю я во всяких интригах участвовать. Да и козырем еще по-настоящему не стал. Вот освою все шестьдесят четыре заклинания — тогда да.
Что же получается? Лорд Бофор, предлагая мне до окончания обучения где-нибудь отсидеться, по картежной терминологии, хотел меня таким образом в рукаве припрятать? Я невольно улыбнулся аналогии.
Так, а Стептон, кажется, мою улыбку на свой счет принял? Вон как сразу просиял. Судя по эмоциям, действительно обрадовался. Моей улыбке, а не мне. Сначала, хоть и скалил рот по-голливудски, смотрел напряженно.
— Непросто вас было найти, — сказал орденец. — Но рад, что это наконец удалось сделать.
— Так я вроде никуда не прятался. О том, что вы заходили в мой дом в поселке при ашраме, мне передали. Рассчитывал дождаться там вашего следующего визита, но, сами знаете, Баба-Сатьи решил у меня мой дом отобрать. Пришлось уехать.
— Нет, дом он не отбирал, только землю под ним объявил святой. То есть, в юридических понятиях, перевел землю из муниципальной собственности в свою частную. Вы же ее только арендовали. По индийским законам иностранец не может быть собственником земли, только недвижимости на ней. Кстати, на Земле все точно так же.
— Спасибо, что разъяснили. В принципе я так и думал. Только меня арендная плата не устроила. Вам, случайно, этот вопрос решить не удалось?
Улыбка Стептона слегка увяла.
— С этими религиозными деятелями торговаться… Хотел сказать — хуже, чем с евреями, но так как сам еврей, звучит немного двусмысленно. Скажу так. Вопрос решается и будет решен, но пока я бы не рекомендовал там появляться. Без вашего присутствия переговоры идут лучше.
— Вообще-то я был бы не против уступить этот дом Ордену, если мне компенсируют понесенные расходы. Вы ведь знаете, что там вход не только в жилище обезьян, но и в подгорный комплекс Ушедших. А такие места, как я понимаю, вы стараетесь держать под своим контролем.
— Да, но угораздило же вас найти этот комплекс именно рядом с жилищем этого индийского гуру. Нет бы где в более спокойном месте. Шучу, конечно.
— Я вас еще больше обрадую. Я еще один комплекс Ушедших нашел. И в столь же замечательном месте. Рядом с Черным Камнем и жилищем аятоллы Сеида Зейна Алеви в Испагане.
Стептон демонстративно схватился за голову.
— Вас это не радует?
— Радует, конечно. Но переговоры с аятоллой будут как бы не посложнее, чем с Бабой-Сатьи. Но это уже не ваша забота. Вы и так за неполный год сделали больше, чем все остальные искатели за пять.
— Спасибо за комплимент, но ничего, кроме своей обычной работы, как профессионального археолога, я не выполнял. И вы уж простите, но еще в администрации припортального поселка меня знакомили с вашими документами, в которых говорилось, что за найденные артефакты Ушедших полагается довольно значительная премия. А как насчет целых комплексов?
— Боюсь, что оценка столь значимых объектов лежит вне моей компетенции. Ясно, что много больше. А как ваши успехи в освоении заклинаний?
— Осталось пять последних. Пропусков нет.
— О! — Стептон изобразил на лице полный восторг. Только вот в эмоциях была одна озабоченность. — Просто не знаю, что вам теперь предложить. Даже как-то обидно. С магов, инициировавшихся раньше вас, мы чуть не пылинки сдували, а в результате вы их всех обошли. Несильно, но лучший результат до вас — пятьдесят два заклинания. Может, вы сами скажете, чем мы могли бы вам помочь?
Блин! Прямо лапушка какая. А в эмоциях — напряжение, подозрительность, даже злость. И полное отсутствие симпатии ко мне, такому замечательному. Нельзя таких на переговоры к магам посылать, ведь в Ордене наверняка знают, что заклинание «ощущение эмоций» одно из самых первых. Или у него только со мной проблемы, а предыдущие упсуры ему искренне нравились? Чем же я ему не угодил? Так, наверное, на ядовитую змею смотрят. Зато как поет! Надо подпеть.
— Реальной помощью с вашей стороны стало бы решение проблем с Бабой-Сатьи. Но на это, как я понял, требуется время. Не расскажете, что конкретно есть в комплексе в Сурдивате?
Стептон ненадолго задумался:
— Формально не членам Ордена я об этом рассказывать не имею права… Но, надеюсь, этот вопрос мы с вами решим?
— Тоже на это надеюсь.
— К тому же вы уже побывали в двух комплексах Ушедших, так что я вас ничем не удивлю. Вы ведь сталкивались с ситуацией, когда в какую-то часть комплекса вас не пускает неведомая сила?