В себя меня привел потрясенный гул вокруг меня. Сумел пошевелиться, непроизвольно глянул на руку, потом просто вниз — на себя, сколько видно. Стал я какой-то полупрозрачный и довольно ярко светился с уклоном в синий цвет.
— Японский городовой! Вот оно как в реале «гореть синим пламенем»! — пробормотал я и пришел в себя.
Свет погас, тело пришло к обычному виду и стало нормально слушаться. Но мой экзерсис, я бы даже сказал экзорцизм, не остался незамеченным. Все, бывшие в храме, смотрели на меня с отвисшими челюстями. Хорошо хоть, что потрогать не тянулись. И я — бочком-бочком да на улицу. И бегом домой. Матеря себя при этом на все корки.
Это что же получается? Раньше мой симбиот до таких экспериментов не дорос? Или звук в ноутбуке недостаточно чист? И что с этим делать? Не хотелось бы, как Кристабель Хунта из «Понедельника» братьев Стругацких, «просочиться в канализацию на десяток лье». Хотя иносказательно я, похоже, уже попал. И именно в канализацию.
Резко развернулся, бегом вернулся к продуктовой лавке, похватал всякого «долгоиграющего» и рванул через дом в свое убежище. Попробую отсидеться, пока все не уляжется.
Сложил продукты в своей комнатке перед полосой препятствий, но преодолевать ее не пошел. Вместо этого отправился исследовать, не открылось ли для меня чего нового.
На территорию «для суров» меня ожидаемо не пустило. Но после третьей попытки появилась надпись, что мне надо «на второй уровень, левое крыло». И где это? Пошел смотреть все подряд. И ведь нашел! Оказывается, за комнатами, занятыми обезьянами, еще проход есть, только я раньше его не видел. Вот туда и пошел.
Открывшаяся мне секция подгорного комплекса оказалась неожиданно большой. Помимо нескольких пустых комнат и еще одной полосы препятствий (сразу не пошел, только убедился в ее наличии), оказалась еще одна зала, впервые напомнившая нормальную аудиторию. Точнее, аудиторию для проведения лабораторных работ. Посредине стоял большой каменный стол, окруженный каменными же скамьями. На две дюжины посадочных мест. По стенам были целые стеллажи полок, занятых в основном уже знакомыми каменными яйцами. Да их тут больше сотни! И еще был один хрустальный (?) шар, размером с апельсин, слабо светящийся тревожным багровым светом.
Да только не пускает меня внутрь этой комнаты. Посмотреть можно, потрогать нельзя. Издевательство. Или в лабораторию надо через полосу препятствий проходить?
Сразу экспериментов ставить не стал. А вот перенести свое убежище во вновь открытую секцию комплекса, пожалуй, стоит. Мне теперь здесь в основном торчать. В смысле — работать, тренироваться и учиться.
Обезьянам мое регулярное хождение через их территорию не слишком понравилось. Пришлось откупаться продуктами. В результате к завершению переезда никаких сухарей, печений и прочих хлебобулочных изделий у меня не осталось. Перебьюсь?
Подумав, все-таки решил еще раз наведаться в магазин. Да и из дома побольше чистой одежды взять не мешало бы. Грязное я, вылезши наружу, сразу же в стиралку сунул, а вот чистого не прихватил. А если внизу надолго застряну, так и инструмент какой-никакой прихватить не мешает. Хотя бы веревку для сушки того же белья натянуть.
В общем, обратно к себе в дом я все-таки вылез, надеясь, что мое неудачное выступление в храме медитаций еще не успело привести к нежелательным последствиям. Зря надеялся.
Даже не в прихожей, а в гостиной вольготно расположились двое школяров из ашрама. Не мальчики, как те, которых я нанимал, а вполне студенческого возраста. И довольно крепкие с виду. Кстати, а моих мелких доглядчиков нигде видно не было. Эти же двое по-хозяйски пили кофе с манговым вареньем, которое мне одна из кумушек презентовала. И, похоже, с удовольствием. Странное сочетание, странные вкусы. Но главное, а кто им разрешил хватать чужое без спроса? Я их в гости не приглашал.
Увидев меня, юноши не смутились, а продолжили вести себя как хозяева:
— Ну, наконец-то! — сказал один. — А то мы уже заждались.
— Чем обязан? — хмуро спросил я.
— Учитель велел передать, что вы ему теперь очень много должны. Очень много. Просто деньгами или мелкими услугами уже не отделаетесь.
Тон мне очень не понравился, но я смолчал, решив подождать продолжения. И оно последовало:
— Баба-Сатьи объявил вытекающий из недр горы источник и землю на сто шагов вдоль него священной. Вы построили свой дом на священной земле.
Многозначительный взгляд, и тут слово берет другой «студент»:
— Вам следует как можно скорее подойти к юрисконсульту и подписать договор о работе и проживании на территории ашрама.
Тут у меня, пожалуй, и матерных слов уже не хватает. Конечно, во многом сам виноват, засветился в буквальном смысле этого слова в храме медитаций. Но так переговоров не ведут. Это пусть его индусы перед ним на полусогнутых ходят, я так прогибаться не собираюсь. В чем его претензии? Что люди увидели, как кто-то реально со Светом сливается, а не только на словах? Хотя… За подрыв авторитета любой начальник не убьет, так зароет. Вот и этот так же хочет.
— О чем договор?
— Вам скажут.
— Нет, так не пойдет. Сначала принесите проект договора, я его прочитаю, внесу правку, если сочту его в принципе приемлемым.
— Учитель велел подписать договор максимально быстро.
— Так несите его быстрее. Можно вместе с юрисконсультом.
— Учитель велел, чтобы к юрисконсульту шли вы.
— Вы сами затрудняете обсуждение договора. Но раз «учитель велел»… Хорошо, я подумаю, что я могу согласиться делать для Бабы-Сатьи, постараюсь до завтра составить список и схожу к вашему юристу.
— Учитель велел сделать все максимально быстро. Ждать до завтра неприемлемо. Позвольте, мы вас проводим к юрисконсульту.
И эти юноши, чувствуя себя в полном праве, не просто встали с двух сторон от меня, но и взяли под локотки!
Это уже явный перебор! Не знаю, по собственной дурости они себя так ведут или по указанию своего учителя, но на таких условиях договариваться я не хочу и не буду. Жаль. Особенно неприятно, что теперь даже с предлагаемыми условиями договора не ознакомлюсь, может, в них ничего страшного и нет. Причем, скорее всего, это именно так. А теперь придется срочно съезжать из собственного дома. Что же это такое со мной происходит?! Говорят, маг-целитель всем очень нужен. Просто очень-очень нужен. И в РА у меня отжимают мой дом на колесах, а в местной Индии — уже дом из камня. Мне что, теперь ничего комфортнее палатки для жизни не использовать?
Сыграл рьяным придуркам «железные мышцы», то есть — паралич. Еле локти из их закостеневших пальцев выдрал. И при этом обоих на пол уронил. И Свет с ними. Вроде не на проходе лежат, так пусть себе валяются. Заклинания минут на десять хватает, надо будет не забыть вовремя его подновить.
Вот так, урывками по десять минут, собрал наиболее ценные для меня вещи в багажник и коляску мотоцикла, приторочил сверху свой сейф-сундук. Набивать его не стал, вещи, оружие и свое археологическое оборудование в коляску упрессовал. Сундук и сам по себе тяжелый.
Дом запирать не стал — все равно вскроют, если захотят. К тому же выкидывать на улицу «статуи» школяров не хотелось. На прощанье обеспечил им еще минут пятнадцать неподвижности — и поехал. На воротах и встреченным соседям сказал, что съезжаю по семейным обстоятельствам месяца на два-три. Так что еще увидимся.
Хотя в последнем я совсем не уверен.
Порадовался, что дорога из моего поселка идет не через лагерь паломников к Ути, а в другую сторону. Тормозить и перехватывать некому.
Дорога до Хапура была легче, чем от Ути до ашрама, так что было время подумать. Было очень соблазнительно остановиться в гостинице, оставить там лишние вещи и коляску мотоцикла, закупить продуктов и, как в первый раз, отправиться в подгорный комплекс через верхнюю террасу. Конечно, прямо из дома было удобнее, но и этот вариант меня устраивает. Только не надо недооценивать Бабу-Сатьи. Хапур — тоже Индия, а он здесь полный хозяин. Если уж министров как тараканов гоняет, то из гостиницы меня всем городом на руках отнесут к его ногам. Хорошо если целым, а не по кусочкам.