Утром — одна радость — новая бусина светится. На сей раз — заклинание с длинным названием «заживление небольших повреждений». Ну вот. Наконец до реального целительства добрался.
А вот Галя ко мне не подобрела. Пообещал ей Стептона привести. Кажется, не очень поверила, но тон сбавила. На этой ноте и ушел на растерзание к профессору.
Меня попросили полностью раздеться, только полотенце выдали чресла прикрыть. Положили на какое-то ложе (довольно удобное, как ни странно), со всех сторон обставленное разными устройствами. Непонятного назначения. Пошутил: хорошо хоть бормашины не вижу.
Профессор был не один, а с какими-то новыми людьми в белых халатах и с марлевыми повязками на лицах. Он был одет так же, как они, но по голосу определялся. Не скажу, что мне это понравилось, но решил потерпеть, раз обещал.
Взяли кровь из вены. Подвели какой-то манипулятор к глазам. Вроде сетчатку фотографировали. К груди тоже что-то подводили. Флюорография?
Потом обклеили датчиками и опустили на лицо шлем-маску. А потом я отрубился.
В себя пришел лежа уже на обычной больничной койке. Одетым в какой-то халат. Впрочем, моя одежда оказалась рядом на стуле. Самочувствие было терпимым, но одновременно жутко хотелось пить и в туалет. Сел, осмотрелся. Комната тоже вроде одноместной больничной палаты. Куда меня занесло? Точнее, занесли?
О, сервис! На полу оказались тапочки. Встал и, как был, в халате, отправился искать туалет.
За дверью оказалась дежурная. Совсем как больница! Только маленькая.
Охая (от сочувствия?), проводила меня до нужной двери. Жить стало легче, жить стало веселее (И. В. Сталин?).
Спросил у той же дежурной — где бы попить? Поделилась со мной бутылкой минералки. Золотая женщина!
Завязал с ней разговор.
Действительно, в представительстве есть свой медпункт уровня небольшой, но хорошей больницы. Сюда меня вчера и привезли.
До меня не сразу дошло. Вчера?!
— А сейчас сколько времени?
— Около двенадцати дня.
Я кинулся одеваться. Все-таки редкостная сука этот профессор! Даже не предупредил. Но набить ему морду (скорее, высказать фэ) я еще успею. Интересно, что Галя подумала?
Куда теперь? В гостиницу? Нет, сначала к Стептону!
Спросил у дежурной, как его найти. Не знает, но, скорее всего, где-то в районе кабинета главы представительства, дорогу к которому она мне объяснила.
Только и здесь оказался облом. Господин Стептон и, кстати, господин Аткинс сопровождают главу представительства и лорда Бофора на встречу с местным Верховным в Генштабе. Когда вернутся, неизвестно, но не скоро.
Вот это называется «что такое не везет»! Только как с ним бороться, непонятно.
Пошел в гостиницу.
В номере оказалось пусто. На сей раз — совсем пусто. Не считать же достаточным заполнением комнаты записку на столе, которая гласила: «Ты — козел!» Даже без подписи. А так ни Гали, ни вещей. Моих вещей тоже нет.
В недоумении спустился вниз. Спросил регистраторшу: что произошло?
— С вами хотят поговорить.
Кто? Где? Она неожиданно подвела меня к запасному выходу. Открыла дверь и выпустила на улицу. Точнее, тихий переулок позади гостиницы. Там у двери оказалась скамейка, на которой сидели и курили трое офицеров. Один из них поднялся на звук хлопнувшей двери и оказался майором Егоровым.
Уже понимая, что он может мне сказать, я все-таки спросил:
— Можете мне объяснить, что происходит?
Тот с ясной улыбкой подхватил меня под руку.
— Пойдем, отойдем.
Через десяток шагов он меня отпустил и встал напротив:
— А происходит, любезный господин Некрасов, то, что не ценишь ты такую прекрасную женщину, как Галина Купцова. Она тебе доверилась, а ты так ее разочаровал. Надо же, она делает невозможное, договаривается о службе в Ордене, а ты не ценишь. Как есть — козел.
Он критически оглядел меня сверху вниз.
— Хотя не понимаю, что она в тебе вообще нашла. Никак ты ее не стоишь, и она это знает. Но раз уж такое дело, готов дать тебе шанс. Поговорим по-мужски.
— Не понимаю, о чем. Она ведь к тебе ушла. Я правильно понял?
— Да, сегодня Галочка ночевала у меня. В хорошем двухэтажном коттедже. Но ведь и ты, оказывается, в номере не ночевал!
— Я в Ордене был.
— Да хоть где! Ты мужчина или нет?!
О чем это он? Драться, что ли, предлагает? Идиот! Если она к нему ушла, что махание кулаками может изменить? Да и не уверен я, что хочу ее вернуть. Если ее к бравым офицерам тянет, скатертью дорога! Ничего хорошего у нас не получится. Собственно, уже не получилось.
Мои мысли были прерваны довольно приличной плюхой по лицу. На ногах я устоял, но качнуло меня изрядно. А этот образцовый «сапог» стоит передо мной и лыбится. Надо бы «неловкость» на него навесить, но никак не получается. Голова гудит, звук на мелодию накладывается. Меня качнуло вперед, и я, как мог, тоже засветил ему кулаком по физиономии.
Точнее, попытался. Он в последний момент от удара почти ушел, и задело его только по касательной. Боевыми единоборствами он все-таки занимается, не врал.
А потом на меня обрушился град ударов. Я пытался отмахиваться, просто вцепиться в него, но не сумел.
Очнулся уже лежа на земле. С трудом сел. Провел рукой по лицу. Губы разбиты, все саднит, но кровь уже не идет.
Сволочью этот майор оказался. Мало ему было чужую девушку увести, так еще и поглумиться захотел. Какой я ему в кулачном бою противник? Но ведь обставил чуть ли не как благородный поступок. Он свою (теперь свою!) женщину честно завоевал. Господи, в каком веке эти военные живут? Каменном, как и их головы?
Неужели и Галя такая? Наверное, раз ей такие парни нравятся. Значит, не жалко.
Так, а где это я?
Помогая себе руками, огляделся вокруг. Блокпост. Но города не видно. Он что, на въезде на Территорию РА? Меня что, из города вывезли? Не мог я столько в отрубе проваляться, наверное, вкололи еще чего-нибудь. Или шокером добавили. Совсем замечательно.
Рядом неожиданно оказался мой мотоцикл, а из будки блокпоста подошел какой-то молодой лейтенант.
— Цени благородство нашего командира, урод! Проще было бы тебя пристрелить и выкинуть, но мы не убийцы, а то, что ты ничтожество, еще не преступление. Все твои вещи тут! — Офицерик махнул рукой на мотоцикл: — Садись на свою бандуру и убирайся! И больше здесь не показывайся. Командир справедлив, но наглости не спускает. Появишься — прямо на КПП тебя положим. Все понял?!
— Нет. Например, где моя машина? Твой «благородный» командир меня что, ограбить решил?
Лейтенант скинул с плеча автомат и направил дулом в мою сторону:
— Еще раз скажешь что непочтительное — вообще никуда не поедешь. Но объясняю для идиота. Здесь Запорталье. Документов никаких нет, кроме ай-дишек. Машины регистрируются при въезде на территорию. На машине кто въехал? Купцова Галина Николаевна. Как ты на территорию попал, вообще непонятно. На КПП не зарегистрирован. Так что по закону машина Купцовой принадлежит, вместе со всем содержимым. Это уже ее и командира доброта, что тебе мотоцикл оставили. Командир сказал, что он твоими вещами весь забит, а ему чужого не надо. Он тебе даже благодарен, что такую девушку сюда привез. Понял?! А теперь пошел!
Ситуация понятна. «Благородный» и «благодарный» майор меня все-таки ограбить решил. В качестве приданого за Галю. И все по закону. «Хорошие» тут законы, простые.
Кстати, лейтенантик этот грубит не потому что хам. За честь мундира стоит. Не мог его командир с хорошим человеком плохо поступить — следовательно, я человек нехороший. Отличная логика. И очень простая.
В общем, вопрос действительно снят. Под пули я не полезу и воевать с местным погранотрядом не буду. Хотя бы потому, что силы неравны. И жить в этой колонии мне совсем не хочется.
— Куда эта дорога ведет?
— Как куда? К питерским. Вот к ним и езжай!
Голова немного пришла в себя. Кстати, очень пригодились заклинания «заживление небольших повреждений», «стимулирование регенерации» и «сила жизни». Не великий я целитель, но реально помогло.