— Все, сдаюсь! В твоем праве облизнуться и набросившись на меня, оголить свои чувства, явив истинную сущность! Ах, взял Императрицу силой, тебя такое завод… Ик!

Киширика взялась за макушку, по которой Нилрем зарядил кулаком, чтобы закончить этот цирк.

— Я с тобой выяснял не сексуальные предпочтения, а главенство в группе. Отныне я твой лидер и ты меня слушаешь, понятно?

— А как же мое тело? — её голос прозвучал в том диапазоне детской обиды, что и понять сложно, играла ли она взаправду, или же таким образом проявлялась её демоническая натура и всё её словечки шли понарошку.

— Что с тобой не так?!

Казалось бы, ничего не изменилось. Киширика все так же обращалась к себе как к императорской особе, а Нилрем продолжал вдалбливать в голову демона-суккуба мораль и стыд. Но кое-что все же сменило свой вектор.

После этого боя, Киширика начала смотреть на парня по-другому. Как женщина, которая увидела равного себе партнёра. Ей на мгновение даже показалось, что рядом сидит сам Лаплас, но то было лишь иллюзией.

— Кстати, что там с людьми?

Можно ли представить людей на демоническом континенте? Одних, блуждающих по пустоши и полностью изнеможенных?

До недавнего времени, такого невозможно было вообразить. Спроси любую ящерицу у скалы, и она тебе могла от «А» до «Я», не только расписать местные обычаи и традиции, но и то, кого здесь валом, а кого и днём с огнём не сыщищь.

Люди живут на срединном материке, а те, кто осмелится сунуться на демонический, либо дураки, либо опытные и сильные воины. Других сюда и не тянет.

Со дня Катастрофы маны, прошло не больше месяца, и многим пострадавшим довелось проявлять одну из главных черт человечества. Адаптация. И пускай в долгосрочной перспективе, возможности человеческой расы огромны, именно сейчас, многим с трудом удавалось приспособиться к новым реалиям и сводить концы с концами.

Не важно ни происхождение, ни статус, ни знания, ни сила. Перед этой катастрофой все были равны. Знать ты, или же простой крестьян, машешь мечом в поле, или пером по бумаге, суть была одна.

— Неизбежное вымирание… — слова которые слетели прямиком с усохших губ были полны обреченности и безнадеги.

Существо это, как ни странно не было человеком. Он был полуэльфом, и знание это, лишь больше наливало в его сухие губы цену. В тот час ему не посчастливилось оказаться в окрестностях взрыва. Он корил себя за невнимательность, ведь совсем недавно ему подкинули работенку в виде охоты на активных Магзверей. Те словно знали, разнюхали главную беду года и взбесившись, убегали.

«Я должен был понять!» В который раз, полуэльф стукнулся о металлическую решётку головой? Уже и не счесть. Мужчина корил себя за такую беспечность и невнимательность, которую ему подготовила размеренная жизнь.

В сути своей, несчастному эльфу не было за что себя корить. Никто не мог предсказать будущее, ровно, как и избегать настоящего. Так уж получилось, что эльф попал на демонический континент, да не просто на демонический континент, а прямиком демонам на стол!

Ситуация была не из приятных, но и полуэльф не самый заурядный. В бытность стражника или скорее дозорного деревни, он неплохо отточил мастерство лука и меча, стоило благодарить лучшего друга — почётного рыцаря.

Его рефлексы отлично себя проявили… как товар. Демонов было больше, а ещё, как оказалось позже, он попал прямиком к работорговцам. Наихудшее положение из всех.

И вот, наручники, цепи, клетка. Роулз не являлся единственным здешним заключенным. В цепкие лапы демонов попало немало людей. Как показала практика, подавляющее большинство представляло из себя обычных фермеров. Им не благоволит тот Бог, которому они молились. Они стали грешниками и попали в ад, где над ними потешаются демоны с мордами козлов и свиньёй.

— Роулз, ты ещё жив? — пробирающим до мурашек голосом вопросил подошедший к железным прутьям демон. В его тоне не было сострадания или ободрения. Демон смотрел на раба не лучше, чем на умного пса, который умеет говорить.

— Ах… — нельзя точно сказать, что сказал Роулз, «да» или «нет», но демон улыбнулся и кивнул чему-то своему, а после чуть приблизился к клетке, обдавая тыльную часть шеи полуэльфа своим вонючим словом. Демон, что словами притворялся человеком, лукаво заговорил:

— Ты смотри у меня, не умирай, люди к нам не часто захаживают, а эльфы тем более. Постарайся не заставлять нас использовать «это».

Под «этим», козлоголовый подразумевал человеческого детёныша. Девочка, если глаза Роулза не изменяют, была на парочку лет старше его собственной дочери. Она не говорила и в принципе не выдавала активных признаков жизни. Её стеклянные глаза смотрели на красные скалы, и словно отражали саму их суть, ведь цвет глаз девочки содержал в себе красноватый оттенок. Демоны держали полуэльфа на условии. Роулз мог тогда поклясться, слова, сошедшие с кривых уст козлолицего, являли собой полноценный контракт, и он подписал его своей кровью.

Поскольку места в повозке для перевозки рабов было немного, Роулз не особо напрягал зрение, чтобы сфокусироваться на девочке перед ним. Сколько бы моментов, минут, часов и дней не проходило, а она все так же сидела напротив и смотрела в пустующую зону смерти.

«Ха-ха…»

Жара убивала. Медленно и неумолимо, садистскими пальчиками она щекотала шею бывшего охотника деревни Буэна. Воды рабам выдавали едва на то, чтобы сделать глоток. Роулз не раз и не два задавался вопросом, на сколько же дней его ещё хватит?

В тот миг, когда его схватили, и посадили в клетку к другим несчастным, он с первого взгляда заприметил ту красноволосую девочку за которой решил приглянуть. Все дело было в том, что она была точно такой же жертвой катастрофы массовой телепортации. Роулз был в этом уверен.

К подобному странному стечению обстоятельств его привело собственное чувство справедливости. Девочка по тихому нраву напоминала ему его дочь, только вот довелось Роулзу все же признаться как сильно он обознался. Девочка не была скромной и молчаливой. Она была сломленной и искалеченной. На месте, где должны быть ноги, оказалось немытое тряпье, что скрывало уродливые обрубки, когда-то прекрасных и чистых девичьих ног.

Про себя Роулз окрестил девочку «Мари», ведь сама особа ничего не говорила.

— Да…

Роулз ответил со слабым кашлем. Ротовая полость уже как несколько дней представляла из себя ту же пустыню, что и снаружи клетки.

Кроме Роулза и Мари в общей массе было около четырёх рабов. Каждый со своим клочком маленькой камеры. И оставшиеся двое были демонами. Они не говорили на общем, поэтому Роулз не мог понять, о чем та парочка время от времени переговаривается. В отличии от полуэльфа, демоны в клетке сидели крайне расслабленно, казалось даже, их не коснулась матушка природа, на их стороне дул ветер попрохладнее, а воды им давали больше. Все это не более чем заблуждения одной души, которая не разбиралась в устройстве жизни. Роулз не мог понять (и это понимание ему сейчас не нужно) почему демоны так свободно чувствуют себя на своем континенте. Может пара демонов и была в клетке, как и Ролуз, но у последнего не возникало никаких мыслей о равенстве в жизни. Каждый их шорох или мычание он воспринимал с особой опаской.