В дальнейшем, тактика продолжала давать свои плоды. Не без казусов, как например, попытка Гидры сгрызть обгорелую корку, но острый ум присутствующих позволил обойтись без серьезных ранений. Рутра отрубил семь голов, Мор две. Стоило последней упасть, как бессмертная Гидра пала смертью храбрых, открывая доступ к тому, что она охраняла. В конце концов, по законам любого подземелья, за боссом прячется сокровище. Таким сокровищем и выступал висящий в воздухе кристалл. Внутри отчетливо виднелся женский силуэт. Зенит Грейрат. Мать Рудэуса Грейрата.

Смерть защитника дала команду на распад. Привлекая всеобщее внимание, под множеством глаз, заточенная в кристалл пленница наконец освободилась. Каждый отчетливо услышал первый её вздох, второй, куда более волнительный и громкий сделал Рудэус. Не теряя секунд, он пустился к матери, позабыв о возможных ловушках и опасностях. Эрис отправилась с ним, в то время как Рутра, провожая их глазами попросил целителя пойти следом.

— Вот ведь простаки, — пожаловалась Мор, сложив руки на груди. — А вдруг там ловушки, мимики, отравленные стрелы?

— Ха-ха, тогда бы нам пришлось им помогать, — Рутра неловко посмеялся, но видя благополучное воссоединение сына с матерью откровенно продолжил. — Я рад за него.

— Ты за всех рад, — припомнила Мор.

— За них, особенно сильно, — услышав хмык недовольной барышни, лидер группы только и сделал, что обернулся к поверженному врагу.

Одним прыжком забравшись на гиганта, юноша расхаживал на нем в поисках возможной опасности. Пускай все косвенные признаки поражения соблюдены, никто не дает гарантий безоговорочной победы.

«Чешуя Гидры полностью иммунная к магии, в отличии от внутренностей. Кроме того, она обладает просто феноменальной прочностью. Возможно ли из этого создать броню? Может щит? Шлем и нагрудник с противомагическими свойствами звучит отлично!» Облизываться на возможное применения врага долго не получилось, снизу подзывали. Подойдя к краю и присев на корточки, Рутра бросил взгляд вниз. Его нетерпеливо подзывала Мор, она же и продолжила:

— Ну как там?!

Ответил юноша спустя минутную запинку, во время которой он, как и барышня внимательно вслушивались в окружающие звуки. Парень ожидал услышать стук сердца, поворот шестеренок, переключение тумблера, в общем, зацепить любую мелочь, которую только возможно, однако ничего. Резюмируя:

— Он мертв.

— Да ладно?! — взорвалась Мор возмущением да пригрозила Рутре кулаком. — Не шути со мной! Если он мертв, то спускайся, с Зенит все хорошо, но она без сознания, и лучше поскорее вернуться.

— Хм, согласен, — взявшись за подбородок, Рутра умным взглядом проводил округу.

Кроме матери Рудэуса, здесь находились и другие ценности. Магические камни, предметы и так далее. Не гоже оставлять добро стыть на полу, ведь враг не дремлет, он крадётся за спиной и ждёт удобного времени для хитрой засады.

А с другой стороны, вещичек столь много, что и не забрать их все сразу. Не обременённый пороком «жадность», Рутра таки взял себя в руки, да распорядился осмотреть магические вещи. Среди них могли найтись те, которые помогут быстрее выбраться наружу, ну, или же продадутся поскорее, а денег, ему и группе начинает не хватать.

Зарываться в сокровища долго не пришлось. Мелкую бижутерию надели на себя, мечи, посохи, кинжалы, луки, все что в руку падало, сначала испытывалось, а после, либо откладывалось, либо совали в сумку. Надо было обеспечить не только собственный комфорт, но и комфорт Зенит, которая продолжала оставаться без сознания.

«Зато дышит, значит спит!» Мор едва не получила по лицу от Эрис. Руди вовремя среагировал и подсказал бестактной подруге, как называется подобное состояние — кома.

Набравшись по максимуму, поход было признано оконченным, оставалось выйти обратно, что заняло по меньшей мере два полноценных дня. Трудностей как таковых не было. Основную часть монстров на себя брал Рутра, а с его уникальным стилем боя, ему не составляло труда и наступать и защищать.

Таким образом, телепортационный лабиринт был впервые покорён. Ещё не выглянув наружу, лидер группы (Рутра) успел прожужжать всем уши своим несомненно ратным делом — повторным спуском за сокровищами, но об этом после.

Окончательная тяжесть спала, как только группа поднялась на первый этаж, где обитали сильные, но редкие монстры. Здесь же начинала ощущаться внешняя среда — засушливая пустошь континента Бегаритта.

И только спящая непробудным сном Зенит омрачала триумфальную легкость подъема.

«Очнётся ли она?»

«Как себя чувствует?»

«Помнит ли как попала в кристалл?»

Ответы на данные вопросы оставались под завесой мрака.

— Ну все! Все! В.С.Е. Хватит, я пойду, пойду… Перестань уже при каждом удобном случае просить!

Дело близилось к окончательному выходу, а Рутра, аки бедный родственник издалека с дитем малым на руках, пытался выдавить у окружающих слезу, вернее жалость и желание потакать своим мыслям. «Ну пойдём вместе, ты уже все знаешь, туда-сюда за полдня успеем!»

Агитация проходила хуже некуда. Никто не горел желанием повторно возвращаться на самый нижний этаж подземелья. Жалобы на боль в теле, усталость и брезгливость оптом били по отказу!

И если на Рудэуса и Эрис Рутра не напирал, понимая как им сейчас важно приглядывать за Зенит, то вот у Мор подобная протекция в виде плаксивой истории нет, а соврать ей не позволяла совесть (в отличии от наемного целителя, в их группе). Нервы, стресс, усталость и вот, случилось то, чего бы не хотелось, но то, что должно. Мордред четко и уверенно… приняла предложение лидера. Однако, под давлением, она сделала это наотмашь, словно через «не хочу». Так в сущности и было, отчего уже Рутре пришлось пересмотреть свои действия, закономерно найдя там принуждение. Изначальная идея вернуться обратно не так плоха, позади пришлось оставить кучу драгоценностей, проблема тут в реализации, и том, как эту идею рекламировал Рутра.

— Прости, я не хотел давить, — понурив голову, юноша признал за собой повальную неправоту.

Ответом стала хмыкнувшая Мор.

«Пусть мне и неприятно, но знать меру нужно всем!» Начни Рутра поднимать этот вопрос после выхода из подземелья и полноценного отдыха, Мор бы и вида не подала, что ей не особо хочется идти. Она следует в первую очередь за отцом, а уже потом за Рутрой. Просто так совпало, что отец Мор ставит на первое место Рутру, а не дочь…

История для совершенно другого случая.

Оставался десяток метров, как вдруг, со стороны выхода вошла группа. В S ранговое подземелье входят либо сильные, либо отчаявшиеся, смелых можно найти и там и там, но по первому же взгляду, Рутра принял к вниманию, группа была из первой категории. Впереди шёл целеустремлённый лидер, с уверенным, однако слегка уставшим взглядом от незначительного недосыпа. Позади два представителя не людских рас, и замыкающей была девчонка с посохом.

— Пропустим их, — встав у стены, Рутра и команда, занятая своими мыслями принялась ждать подходящих людей. Солнечная сторона не позволяла в полной мере рассмотреть их лица, однако уже по одним силуэтам, в голове Руди начали щелкать триггеры.

Широкоплечего мужчину, идущего впереди, первым встретил Рутра, добродушно кивнув, отчего получил вежливое ответное приветствие. На том бы все и разошлись, если бы этот незнакомец не встал на несгибаемых ногах напротив Руди, точно так же как и Рудэус, столбом с дурацким выражением лица не вглядывался в лидера чужой группы.

— Руди?

— Папа?

Сложно выразить глазами то, что вертится на языке. Но добро… добро вполне невозможно выдать и одним глазом. Некоторым невдомёк, они путают добро с удовлетворением, смехом, иной приятной человеку хитростью, однако стоит только раз вообразить себе простое утро в солнечной стране, как все становится прозрачно. Ещё не скоро на обед, вернутся гудящие по своим делам молодцы. За эти три месяца комната совершенно обносилась, и ее движение в пространстве теперь вполне совпадало с движением его жизни. Звон побрякушек, сварливые голоса, шипение матери на чадо — все то будничное сочетание звуков, залетавшее слева из торгового двора, давно стало частью жизни, узором в тишине, а не её бедой. Так Эктор и проснулся, потянулся, да огляделся по сторонам.