Этот вид поразил юную леди до глубины души, она отшатнулась назад, поскользнувшись на оставленной внизу бумажке. Тихий «Ой!» последовал за таким же мягким падением на пятую точку.
Как быстро барышня упала, так же быстро поднялась на ноги, стряхивая пыль и крошки камня с места приземления.
— Это какая-то ошибка, — прошептала Нанахоши и уже было двинулась к двери с намерением о жалобе и просьбой о замене, как тут же остановилась.
Покрутив головой, она быстро нашла свою обезличенную маску с прорезями для глаз. Только после того, как она была надета, девушка открыла дверь и встретилась глазами со скучающим взглядом настоящего вампира.
Клайм стоял прислонившись спиной к стенке, и отбывал каторгу… Нет, слишком громкое заявление как для охраны девочки. Скорее воинская служба, очень скучная служба. Клайм слышал от сестры рассказы — доводилось той участвовать в охране, однако то был движущийся ценный груз с богатым купцом, а здесь, ни ценности, ни груза, так что Канна сразу объяснила братцу, мол будет очень и очень скучно. Как вчера, Клайм помнил свою самодовольную ухмылку, мол не верил в эти сказки, но вот сейчас, по прошествии трех недель, ему казалось, проще рисковать жизнью у Владыки под крылом чем вечно коротать её как пёс в будке.
Нанахоши, когда ещё только поступала в Ранноа, вела себя тихо и скромно. В самой академии это трансформировалось в отчужденность и замкнутость. Она лишний раз ни с кем говорить не хотела, и это полностью удовлетворяло Клайма. Он не видел в затворничестве субъекта охраны проблемы.
Так что в момент, когда его условная «госпожа» сама вышла в коридор и что-то прошептала, Клайм не сразу понял что она имела ввиду.
— Ещё раз, госпожа? — парень наклонил лицо ближе.
— Мне подали не ту еду, — более громче и отчетливо сказала девушка, щуря глаза.
— Одну секунду.
И Клайм, сложив руки за спиной, как эталонный прислужник, вошёл в исследовательскую лабораторию, упорно игнорируя бумаги на которых рисовались магические круги. Когда его взгляд подошёл к еде, он уже знал, что там увидит, нюх узнал о составе преступления быстрее глаз.
— Ясно, — важно декларировал Клайм.
— И что ясно? — Сидзука семенила мелкими шажками за вампиром.
— Ясно то, что моя горячо любимая сестра подала вам блюдо, подходящее лишь нашей расе Детей Ночи, — парень нашёл крышку, закрыл ею стряпню и взял поднос в одну руку. Теперь он напоминал девушке элитного официанта из какого-нибудь хост-клуба. — Прошу принять мои извинения за невнимательность сестры, она совсем недавно переродилась в одного из Детей Ночи, и видимо по привычке принесла стряпню господина Марианны, поскольку ощущала её вкусной. Если хотите, мы можем спуститься в харчевню, она совсем недалёко, там вы сможете выбрать еду по вкусу.
— А… д-да, — пытаясь осмыслить все те слова, которые ей наговорили, Нанахоши несознательно согласилась с предложенным вариантом, хоть и не была так сильно голодна и могла подождать пока ей не принесут замену.
Таким образом, в компании одного вампира, она вышла на свет, что, бывало, очень редко.
Клайм, как и подобает, вёл барышню ступая впереди, тогда как Нанахоши оставалась на пол шага позади. Она пыталась казаться холодной и отстраненной, однако шепотки со стороны студентов, мимо которых она проходила, как насекомые, прокрадывались в места откуда их хотелось стряхнуть.
То туда, то сюда, Клайм в отличии от девушки имел слух получше и отлично слышал о чем конкретно говорил каждый встреченный студент. А обсуждали они сплетни, что ж ещё? Загадочность девушка в маске не давала покоя многим учащимся.
— Госпожа Нанахоши очень известна, не так ли? — дабы не провести весь поход в столовую молча, как прогулку к виселице, Клайм решил разбавить ощущаемое напряжение.
— Это правда? — кажется Сидзука только сейчас начала думать в этом направлении.
— Конечно, как вы могли заметить, академия взяла на заметку вашу идею о едином формате одежды для учащихся, — и вправду, как-то девушка не подмечала этого раньше, но некоторые парни и девушки были одеты по её дизайну, который она предложила директору в тот же день как поступила. Простая прихоть скрывала за собой попытку вернуть прошлое, вернуть привычные, знакомые ей правила, как вот, одна форма для всех. Нанахоши никогда и подумать не могла, что её идею примут и одобрят. — Ещё не все перешли на форму, однако таких вскоре будет меньшинство. Вас поддержала сама Анна-Роуз Бладлайн, принцесса Детей Ночи и моя госпожа, а кроме неё форму с радостью примерила и другая принцесса — Ариэль Анемой Асура. Это большой успех, как для очень загадочной девы в белоснежной маске, Тихие семь звёзд.
Подобное откровение подтолкнуло глаза Нанахоши расшириться до размеров блюдца. Пока она жила затворническую жизнь, мир вокруг неё менялся и преображался. Теперь, когда об этом упомянул Клайм, на глаза стали попадаться только студенты в её форме. Это не могло не вселить капельку гордости за свое творение. Комплект мужской и женской одежды, которую она продала директору возымел колоссальный успех.
А меж тем, харчевня замаячила у глаз. Ещё шаг, и вот, они внутри помещения.
С заказом и едой, на этот раз, все было хорошо. Мешались только люди и толпа их глаз, которых становилось только больше и больше. Что девушки, что парни, все как один пытались выцепить тот миг, когда за неимением возможности нормально есть, барышня снимет маску и покажет личико.
Сперва ведь Нанахоши собиралась сделать так, подвинуть маску в сторону и приоткрытым ртом вкушать пиршество. Вот она делает несмелую попытку, вот показывается часть щёки и губы, вот уже кто-то достал подзорную трубу, а вот, она вдруг передумала, закрывая лицо маской. Местность наполнилась разочаровывающимися вздохами, а барышня с такой надеждой на понимание посмотрела на Клайма, что тому ничего не оставалось, как шевелить мозгами.
«Дама ест!» Провозгласил Клайм, и соорудил из подручных материалов заградительную стенку. Теперь Нанахоши ничто не мешало снять маску и поесть.
Проглотить свою порцию как можно быстрее и при этом выдавать из себя само спокойствие на первый взгляд кажется нереальным, но у Нанахоши получилось совместить несовместимое. Девушка сумела спокойно вздохнуть только тогда, когда надела свою маску обратно и вышла из харчевни.
Насыщенный день на этом не закончился, случай приключился по пути назад. Их с Клаймом путь преградили две девушки-близнецы. Красивые, по меркам Сидзуки, барышни остановили её телохранителя и собственно её саму посреди дороги. Одной из них показан был какой-то непонятный жест, на который Клайм утвердительно кивнул, косясь на свой объект охраны.
«Пойдёмте со мной» гласили его уста.
У Сидзуки засосало под ложечкой. Хотелось верить, что все дело в несвежести продуктов, или в том, что она так поспешила, даже не запив водой, из-за чего едва не подавилась, но как ни пытайся выставить занывшее нутро, оно так реагировало в первую очередь на предстоящие неприятности. Стресс от того, что её возвращение к важным изысканиям могло затянуться на неопределенный срок.
— Говорите с чем пришли, — в глазах Нанахоши, Клайм вел себя как старший во всех аспектах (ведь по сути им и являлся). Как Маркиз, он был на целый ранг выше Графов в виде близнецов и мог подавлять любую их враждебность одним своим желанием, чего конечно же барышня не знала.
— Мы возвратились с миссии от госпожи… — правая заговорила первой, в то время как левая кинула оценивающий взгляд на Сидзуки.
— …Наблюдение за Нилремом Грейратом закончилось…
— …Мы желаем встретиться с госпожой Анной-Роуз…
— …Ради деталей…
— …Поведай…
— …Где она сейчас?
Их манера заканчивать предложение друг за другом утомляли даже Клайма, что уж говорить о Сидзуке, для которой этот говор казался просто ужасающим.
«Они словно одно целое» и возможно так и есть, да только истинную могла знать единая особа — их госпожа.
Клайм тем временем прекратил давить присутствием, условно перестал водить ножом у горла. Он не впервые видел близнецов, но знал куда они пропали, со слов Владыки их важная задача заключалась в наблюдении за Нилремом Грейратом. Оказать им благосклонность, это меньшее чем он может помочь Владыке.
