«Видимо ею и был забит доспех, то-то он так хорошо двигался» Нилрему нового предложения для защиты не понадобилось. Заискрились искры, из ладоней мага, как из ручья, бурным потоком вылились электрические разряды.
Попадая на приближающуюся слизь, они испаряли её часть, заставляли монстра не вдаваться в самоубийственную атаку, а… пойти на диалог.
— Стой-стой! — Непонятно из какой части своего тела, но слизь заговорила. — Я больше не буду атаковать, это больно, эти твои сияющие хлысты.
— Я удивлен, что монстр умеет говорить, — словесной правды Грейрату не хватало, он удивлялся и лицом.
— Какой я тебе монстр?! Я Король Ада Вита! И если говорить о принадлежности к расе, то я демон, а не жалкий монстр, — последнюю фразу он проговорил мельком. — В общем, давай разойдемся, я тебя не трогаю, ты меня.
— Я чего-то не понял, — Нилрем активировал глаз магической силы, замечая отголосок крупной магической силы который полз к нему. Великий маг предпочел не выдавать свое знание, Нилрем и виду не подал, что что-то заметил. — Ты демон слизь? Что ты ту делаешь?
— Я здесь живу, — слизь оставалась на расстоянии, медленно заживали её обугленные раны и как он себя называет Вита, вновь заползал в доспех. Да только краем глаза, Нилрем следил за автономной частью этого демона. Пользуясь своей полупрозрачностью и тенями в углах, он нагло пер прямо на Грейрата. — И вообще, что ты здесь делаешь, человек?
— А я провожу исследования, и я не человек, у меня есть имя и титул. Нилрем Грейрат, так же известный как Панацея.
— Никогда не слышал о таком, — доспехи затрепещали, но сложился в привычный человеческий образ. — Впрочем, это не удивительно, я просиживаю здесь уже как десятки лет.
— Не поделишься со мной своей историей? — часть Виты уже была очень близка, Нилрем видел её в трех шагах в стороне.
«Скорее всего, он не ожидал, что я завяжу диалог, и собирался убить нас этим отростком, когда мы бы отступили», о том, зачем ему убивать людей, Нилрем и думать не стал, скорее всего для еды или подобного, уж если не врет, и сидит здесь безвылазно больше десяти лет, то и питаться ему понадобится.
— Только если ответишь на один вопрос, — голос Виты сменился заискивающим. — Какой сейчас год, и жив ли Бог смерти Лаксус?
Кажется, после выраженного вопроса все движения слизи прекратились. Остановилась даже его маленькая часть, всего в метре от стопы Грейрата. При лучшей сноровке и внимательности, стоящий позади Тома сумел бы её заметить, но он смотрел только, исключительно только на основное тело Виты.
Эта резкая остановка всех планов Виты поставила Грейрата в ситуацию когда он должен был решить, есть ли смысл врать или нет. Нилрем знал, что Богом смерти сейчас является Рендольф Марианна, следовательно, Лаксус или умер, или проиграл Рендольфу.
Растянув губы в улыбке, Нилрема ответил беззлобно.
— Сейчас четыреста двадцатый год по календарю бронированного дракона, Бог смерти Лаксус жив.
Последние слова, Грейрат мог поклясться, Вита ловил не только ушами, но и всем своим бесформенным телом. В тот же миг, на всю округу раскатилось истерическое:
— Нет! Ты лжешь! Он не мог прожить так долго! — Грейрат кинул взгляд на ту мелкую часть тела, она уже коснулась его обуви. — Если ты говоришь правду, ты не пострадаешь, ну а сейчас, дай мне взглянуть на тебя…
Нилрем определенно не этого ожидал. Атака пришла с того фронта, откуда не ожидалась вот вообще никак. Кто-то пытался взглянуть на его мозги, отсканировать все косточки и составить подробную картотеку его сознания. Как резко начавшийся шторм, как взрывная волна, все уши заложило, в голове свист, неразбериха, даже мысли начали путаться, одна увлекала за собой совершенно не ту, что нужно. Ощущение, будто ещё несколько секунд и мозги просто расплавятся!
Что же это был за трюк такой? Вита воспользовался своим коронным умением — Контроль разума. Способность читать воспоминания людей и на их основе насылать иллюзии вероятного будущего, а чтобы из неё никто не смог выбраться, Вита смотрел на потаенные желания и вставлял в иллюзии их исполнения. Одним словом — утопия для разума. Идеальная ловушка для разума, после которой, слизь захватывает контроль над телом. Попустительство Нилрема оказалось крайне пренебрежительным, отчего, он и поплатился. По крайней мере, должен был…
— Что… да что во имя всех духов с тобой не так? — Вита впервые сталкивался с подобным сопротивлением. Зачастую, ему не составляет проблем взять под контроль несколько людей, но здесь все было просто верх ногами. Не просто духовная структура отличалась от остальных, но она ещё и была повреждена, ещё и раскалывалась все больше. Это просто невозможно нормально считать, как если бы вита открывал старый пожелтевший манускрипт, который рассыпался в руках, от одного прикосновения.
Он не мог работать в таком хаосе. Мало ему было сопротивления, так ещё и повреждённая душа в придачу. Если Вита и сумеет захватить тело, то придется все время тратить силы на поддерживания сил в нём, а это слишком не выгодно.
В тот же момент, вместо захвата, Вита напряг силы для убийства. Тогда же, с криком, Нилрем упал на колени, схватившись за голову.
— Правильно, захватывать не убивать, убивать проще, — причём во много раз. Надо просто повредить органы, к которым достает его часть. Люди, по мнению Виты, слишком хрупки. Если не оказать своевременную помощь, они не переживут банальное отсечение руки.
А потом, что-то не сходилось.
«Хм? Почему он все ещё кричит, но не умирает? Крепкий же попался». Вита не осознавал, что любую травму в своем теле, Нилрем тут же заживлял, медленно но верно, подводя уже свою атаку.
Из тени, в сторону Виты вылетели тонкие алые шипы, они затекли под доспех, откуда начали пронизывать Виту электричеством, буквально сваривая слизь в доспехе.
Тогда же малая часть Виты перестала наносить Нилрему повреждения, а он сам перестал особо упорно кривляться (В некотором смысле симулируя боль). Отряхнув себя от пыли, да отдышавшись, Грейрат мельком заметил взгляд Томы, тот кажется, только что проснулся ото сна. Наверняка самого приятного в его жизни.
Осветивший пещеру огонь с лёгкостью слизал отосланные к недругам части Виты.
— Итак, теперь я понимаю, что ты хотел сделать. Погрузить меня в иллюзию и видимо взять мое тело под свой контроль, — Грейрат начал подходить к Вите. Слизь все ещё продолжала находиться под напряжением и медленно кипятилась, варилась как суп в кастрюле. Закончив со своеобразными пытками, великий маг приблизился вплотную и взялся за нагретый доспех. На волю вырвалась густая кровь, что по воле господина начала заливать весь рыцарский доспех. Зашипели струи пара, когда в раскаленный доспех, закупоривая все выходы для аморфного Виты, попала куча крови. Через секунду изнеможенную слизь по кусочкам собрали в единую вещь, после чего заботливо обернули в алую субстанцию. В любое мгновение чужой непокорности, кровь Нилрема, аки живая, была готова воспламениться, заискриться, покрыться льдом и прочее, прочее, прочее.
Переварить окружающий его субстрат Вите не позволяла её фантасмагорически большая плотность маны. Вернее, переварить он её способен, только нету в этом смысла, если это действо займет не один день.
— Что… ты такое? — обреченно булькнул Вита, когда его тело, куда как меньшее прежнего, размером с мячик для регби, достали из железной ловушки.
— Тебя подводит память? Я Нилрем Грейрат, величайший маг в мире!
Кажется, уставшая слизь не могла разделить восторг своего пленителя. Вита пытался прийти в себя после такого количества урона, но ничего толком не получалось. В своей долгой жизни, он видел магию императорского уровня и не раз, но то был громовой удар с небес, а здесь нет небес, над ними потолок в несколько десятков метров.
«Кажется, я вновь просчитался, вновь моя тяга к знаниям вышла мне боком».
— Итак, Вита, если уж мы познакомились, расскажи-ка о себе ещё раз, но теперь правду, или будет больно.
