«Пока он парализован у меня есть время» есть время создать нормальный каменный снаряд.
Выставив руку вперёд, мана ручьем начала струиться наружу, создавая каменную пулю. Достаточно стойкую, чтобы пробить чужой боевой дух, достаточно быструю, дабы от неё не уклонились. Считанные секунды подготовки таяли подобно снегу в руках.
Ланс Е’Лот стоял на месте, противоборствуя собственному телу. Его неорганизованность сейчас могла стоить жизни!
Снаряд был выпущен с очередным раскатом грома. Вдалеке мелькнула непроизвольная молния, а восприятие воина растянуло мгновение на долгие минуты. Когда снаряду оставался метр, тогда рука Ланса только начала свое движение. Снаряд летел в открытый корпус, попасть в него легче, а даже если как-то прикрыться мечом, то камень может отскочить в плечо, шею, голову или почки. Зловещая улыбка Грейрата говорила сама за себя, он целился с намерением закончить битву.
При замедленном восприятии времени, Ланс Е’Лот все это видел. Видел, но поделать ничего не мог.
Супротив магии постает меч. Навстречу друг другу неслись две соразмерные силы, однако, в конце концов, взлетевшие в воздух, медленно пляшущие искры и куски метала говорили сами за себя. Заклинание разбило меч, которым защищались, однако и меч, не позволил магии творить задуманное и отнимать чужую жизнь. Как и предполагалось, каменная пуля влетела в плечо, полностью его разрывая.
Время продолжило свой гнусный ход, давая Ланс Е’Лоту прочувствовать всю горечь и боль поражения. Рыцарь зарычал, хватаясь за плечо уцелевшей рукой.
Нилрем вновь раскрошил алую бусину, полностью излечивая себя. Не сказать, что ему срочно нужна эта мана, просто, как и во все предыдущие разы, при возможности, лучше иметь полный запас маны, от которой зависит и твое здоровье.
В этом и была сила величайшего мага. Игра на истощение для него не проблема, в отличии от смертных людей.
— На этот раз, я великодушно позволю тебе признать себя проигравшим. Пока твоя голова ещё смотрит высоко, уйдя достойно, ты не посрамишь свою честь, — Грейрат вздымал руки в стороны.
При своем диалоге, Нилрем старательно игнорировал завывание толпы и россказни комментатора.
— Нилрем, ты и вправду считаешь меня таким слабым? Твое высокомерие не позволяет тебе видеть дальше собственного носа, — своими речами рыцарь застал Грейрата врасплох.
— О чем ты? Твоя правая рука держится на добром слове, меч разбит, а от доспех остался пшик! Я стою напротив тебя без единой царапины, полон сил продолжать этот бой. Это твой предел! — непреклонность оппонента в конец разозлила Грейрата. — Повинуйся или умри.
— Я выберу третий вариант, — и на то, как Грейрат со вздохом закатил глаза, Ланс Е’Лот крепко рассмеялся. — Ты недооцениваешь боевой дух, маг. И если считаешь, что для мечника потерять свой меч, это самое страшное, то я тебя огорчу. Меч лишь продолжение моего тела, ведь я — кость моего меча!
Ланс отпустил рану, и к удивлению Нилрема, та не зажила магическим образом, не затянулась как его раны. Отсутствовал приличный, критический кусок плеча, однако…
«Как он способен двигать рукой?!» Грейрат был в шоке, как собственно и остальная часть зрителей.
— Господин Калман Третий, вам известно что это? — Индекс слышала лишь то, что ей говорил Александр, однако после того, как бог севера описал что твориться на арене, он подозрительно притих.
— Конечно слышал, однако не знал, что подобное ещё существует, — бог севера врал. Никогда прежде он не слышал и не видел ничего подобного.
Грейрат отошёл от удивления на моменте, когда было поздно. Каким-то образом, Ланс Е’Лот стал ещё быстрее. Нилрем не сумел проследить за ним, из-за чего момент для своевременной защиты оказался упущен. Рыцарь оказался в полуметре от цели, принял устойчивую стойку и вмазал двумя кулаками так, что поднявшаяся пыль мешала разглядеть стычку.
Это не значило, что сам Нилрем полностью ослеп. Удар Ланса оказался смертоноснее любого взмаха меча до этого. Словно в отместку, по принципу зуб за зуб, магу снесло плечо, а вместе с тем на землю упала рука. Только вот били двумя руками в две разные стороны. Второй удар пришелся на бердо. Как какой-то вафельный человечек, от тела мага отделилась и правая рука и левая нога.
Жесткий металлический привкус тут же поднялся во рту. Сплюнув кровавый сгусток, Нилрем достал очередной козырь, от которого открещивался всеми способами. Магия крови.
Причина по которой он не задействовал свое смертоносное оружие, было в том, что оно смертоносное. Грейрат не мог гарантировать жизнь тому, против кого начнет её использовать. Тем более, что и повода особого не было. Ланс Е’Лот и Нилрем, до сего времени сражались на относительно малых величинах, смертельных ран никто никому не наносил. С молнией Грейрат переборщил, но запустить сердце вновь не являлось такой уж сложной задачей, как например, по частям собирать разорванное тело.
Пребывая в завесе, Ланс Е’Лот недоуменно повел бровью, когда проходя вглубь, вдруг наступил на свежую траву, которой здесь быть не должно.
В следующий миг, на него налетели тёмно-красные шипы, похожие на морских ежей. При попытке отбиться от них, рыцарю в плоть впивались острые иглы. Что самое главное, обратно вынуть их не так просто. После проникновения, в теории, шипы должны начать разрывать цель изнутри, однако, из-за сильного боевого духа Ланс Е’Лота, шипы не могли продвинуться достаточно глубоко, и воин сумел избавиться от первых не особо пострадав. Теперь он был осторожнее, и подобных вещей не касался.
В конце концов, в этом грязном смоге, на него накинулся Нилрем. Он был покрытым плывущими, нестабильными красными пластинами, напоминающими броню, а в руках держал двуручный красный меч.
— Так вот какова твоя истинная сущность, — комментарий Ланса, никак не поколебал Нилрема, теперь он полноценно готов убивать.
Рывок, и вот полный контакт теперь хуже переносился рыцарем. Каждый пропущенный удар красного меча мог выдрать из него кусок плоти, каждое неудачное попадание по броне, создавало ответные шипы. Это даже не было похоже на битву, скорее на отступление с редкими попытками ответа. Для зрителей же, подобное представление все ещё продолжало скрываться за завесой пыли.
Не забывал Нилрем и о каменных снарядах, и о молниях, хотя и выпускал их теперь гораздо более реже. Большая часть внимания перешла на поддержание брони и оружия, а также, на так нужную регенерацию. Удивительно, но Лансу удавалось давать сдачи.
Так они бы и кружились по кругу, если бы не последний момент.
Нилрем наносил вертикальный разрез, в то время как Ланс Е’Лот решил перевести все силы в ладони. Он собирался не просто ловить меч, но и сломать его.
За мгновение до того, как меч словили, Грейрат выпустил из меча тысячи тонких игл. На этом, так думал маг, рыцарь должен был попрощаться с ладонями. Однако силы были не равны, и все иглы, как мягкая солома, треснули под чужими ладонями. Ланс не просто словил меч, он хлопнул ладонями так, что создал взрывную волну, отнесшую как Нилрема, так и окружающую их пыль.
Зрителям открылась истина, между участниками теперь не больше десяти метров.
Грейрат ощущал приближающуюся слабость. Если вскоре эта мясорубка не закончится, он может и вправду проиграть.
Ланс Е’Лот же… ощущал себя ничем не лучше, а даже хуже. Полученные раны не затягивались, он просто отложил все последствия на потом, положился на будущего себя.
«Даже мое тело не вечно» Ланс Е’Лот принял очередную стойку.
— Да что с тобой не так?! К чему такие жертвы, откуда у тебя такие силы?
— Могу спросить то же самое. Ты вроде человек, а по ощущению, ближе к королям демонов, — Ланс несвойственно себе хмыкнул, словно припомнил чьи-то слова. — У меня есть тот, ради кого я готов отдать жизнь. Так уж и быть, если победишь меня, я расскажу и о том, за кем я следую, и о том, почему знаю о твоих проблемах.
— Мне не нужны твои подачки! Ты уже наполовину мёртв.
Безуспешно туша свою ярость, Нилрем взялся за оружие в котором и сам ещё не уверен.
