— Да, ваше величество!

Тучный наемник убил всю скорость, с которой спешила Инди. На её лице появилось четкое кислое выражение.

— М-может не надо? — робко поинтересовалась девочка. — Я уже не маленькая, мне не нужна нянька.

— Тебе напомнить, чем закончился вчерашний вечер? Инди, я не отпущу тебя без соответствующего сопровождения, — Король говорил с той же лёгкостью как прежде. В его голосе вовсе не было гнева или раздражения, он даже не обернулся в отличии от Калмана Третьего. Александр невольно ухмыльнулся, когда увидел эту надутую мордашку.

«Господин Нилрем, не забудьте о нашем обещании!»

Мысль Бога севера свернула на узкую тропу догадок и домыслов.

«О чем они могли договариваться?» Александр вновь задумался о том, что тяготило его больше бездарностей на арене.

Секунда. За это сущее мгновение произошли следующие дела: свое грозное противостояние на арене начали наследники крупных торговых домов; взревела толпа зрителей, заставляя Тому прикрывать уши; бог севера поднялся с кресла и прошёл к принцессе.

— Я буду её сопровождать.

— Что? Александр, вы уверены? Мою душу тяготит вчерашний случай, я до сих пор не знаю, как отплатить вам за то, что вы наши мою дочь, а вы хотите ещё больше втянуть меня в долги? — слова короля обладали шуточным наполнением. Обречённо-панические настроения мужчины были наиграны до комедии, а ради завершения перфоманса, Калман Третий должен в такой же манере выдать что-то опровергающее утверждение короля.

Он и выдал:

— Конечно нет, — Александр ответил улыбчивому королю своей улыбкой. — Мне просто захотелось пройтись, размять ноги, так сказать.

На «…так сказать» и закончился акт шутки. Следует похлопать или засмеяться. Ни того, ни другого, в комнату не поступило. Калман просто ушёл, подгоняя Инди, тыча пальцами ей между крыльев (это одна из самых уязвленных частей их тела).

— Ваше величество, мне проследовать за ними?

В поклоне склонился крылатый страж.

— Нет, твоих навыков недостаточно. Оставьте, на этот раз, я их оставлю.

Разговор между Инди и Калманом произошёл после спешки в дальние чертоги. Убедившись, что за ними нет хвоста, а семенящие слуги и крестьяне в лучшем случае услышат несвязные обрывки, парень поравнялся с принцессой.

— Знаешь, твою суетливую натуру видно, как маяк в ночи. Давай, колись, к чему же ты стремишься, что готова променять родную мать?

— Кхм, — от заявленных слов у девочки сбилось дыхание. Она взяла себя в кулачки только после того, как прочистила горло кашлем. — Во-первых, я никого никуда не меняю, — если изначальным планом было обмануть отца, то мать здесь приплеталась косвенным предлогом. — Во-вторых, я вовсе не суечусь.

— Конечно, — Калман закивал, нарочито чисто повторяя «Да» ещё три раза. — Но давай начистоту, я не люблю ходить вокруг да около. Что тебе обещал Нилрем Грейрат? И говори правду, поверь мне не составит труда вернуть тебя обратно, или, как мы и «планировали», отвести к матери.

Вообще, у Александра есть кредит доверия принцессы. Так получилось, что характеры сложились в тандем легкости и правды. Инди не умела скрывать тайн и была открытой девушкой, а Бог севера недолюбливал скользких типов и сам по себе напоминал окружающим о своем прямом как меч, характере. Их дружба завязалась с того момента, как они впервые встретились. Калман Третий, уже уставший от окружающей его доброжелательной фальши и раболепской натужности, оказался приятно удивлен искренности Инди. Та, в свою очередь, просто удивлялась всему миру, поскольку это было её первым выходом из дворца за все двенадцать лет.

Таким образом…

— Ну, — Инди остановилась у окна, выглядывая наружу. — На самом деле, господин Нилрем пообещал, что устроит мне встречу с Томой, — из этой точки, при хорошем старании и отличном зрении можно заметить искомого юношу.

Калман выглянул вслед за Инди, а увидев парня, тихо хмыкнул.

«Так вот какая любовь на самом деле? Дико интересно!» Александр, не смотря на внешний вид, живет далеко не первый десяток лет, и к счастью, никогда не был обременен такими сложными вещами как запретная любовь. Самое близкое из того, что он мог припомнить было когда ему стукнуло одиннадцать. В ту душную осеннюю пору, расцвела не только окружающая природа, но и чувства мальчика к впервые увиденной в жизни молодой монахини. Девушка воспринимала Александра не более, чем приезжего мальчика, да и церковь Милиса не позволяла служителям заводить отношения, они приносили обед безбрачия. Первой безответной и детской влюблённостью маленького Александра не суждено было раскрыться на полную силу. Уже через неделю он уехал с отцом дальше, и так больше никогда с ней не виделся. Сейчас же, прошло столько времени, что если эта монахиня и жива, то давно утратила не только внешнюю привлекательность, но и память о каком-то там мальчишке.

Возможно, эта нераскрытая любовь и послужила тем ограничением, барьером, который доныне не позволяет Александру открыть глаза на полную. Возможно, именно пример Инди и Томы может подстегнуть его незрелость, именно поэтому, только от мысли сосватать двоих голубков, лицо бога севера начинало улыбаться более чисто, правдиво что-ли…

— Пообещал? — сделав шаг в сторону от эфемерных мыслей, Калман пришел к чему-то более материальному. — Нилрем Грейрат тебе что-то пообещал просто так?

— Ум… — Инди неловко отвела глаза. — Не просто так, но я не могу тебя об этом говорить.

— Хах, как знал, что этот хитрый жук ничего просто так не делает, — для подобного вывода Калману третьему нужно было всего то один вечер провести в компании великого мага. — Пускай. Чему быть, того не миновать. Считай, мою поддержку ты подкупила своей слезливой историей и конечно же милой мордашкой. Пошли, тебя уже заждались.

Александр кошмарами изводил девчонку так, что по пути они пропустили нужную заначку. Пришлось возвращаться, переодеваться и пудрить крылышки. «Всего-то пять минут» растянулись на добрые полчаса. Когда же они пришли на место, объект воздыхания принцессы сидел полусонным, опираясь плечом о стену и роняя голову в руки. Сидел Тома не на последнем ряду, ему как-никак хотелось увидеть хоть немного подобия экшена, но как-то не сложилось и юноша, под массовый гул голосов славно задремал.

На последний ряд уселся бог севера, в отличие от Томы — который видел в лучшем случае две тонкие темные палки вместо людей — расстояние не представляло для него проблем, и драку чинуши и авантюриста он видел с орлиной четкостью.

Инди начинала не спеша, без суеты. Александр подгонял её так бодро, что на волнения не было времени, и только сейчас, устаканились события. Девушка немедленно правила свой собственный образ красивой простушки. Теперь в её ладонях сосредоточие времени, о котором ранее и помыслить не могла. Поправив прядь волос, ей было страшно и весело, принцесса чувствовалась молодцом. Подсела она на расстояние больше вытянутой руки, впрочем, совсем скоро оно сократилось. Принцесса подтянулась поближе. Слегка. Потом ещё и ещё. Отсутствие какой бы то ни было реакции со стороны побуждало влюбленную птичку стремиться к небесным чертогам. Смелость колотила сердечко и не позволяло сдрейфить в последний момент!

Эпопея закончилась в тот момент, когда проклюнулась частичная осознанность сони. Тома очнулся от дневной дремоты и ещё какое-то время провёл в той же нелепой позиции, в которой заснул.

— М? — Ульберт начинал просыпаться и молчаливая неизвестная юная леди, прямиком подле, привносила много меньше ответов на возникающие вопросы.

— Ох, простите, потревожила ваш сон? — Инди отступила при малейшей возможности. В последний момент они уже касались друг друга плечами, а как только очнулся дрогнувший парень, принцесса тут же взяла дистанцию на передышку. На данный момент, это была самая смелая «атака» в её жизни и ей нужен был брейк. К подобной физической близости она ещё не готова.

«Если повторю подобную похабную пошлость ещё раз, я могу и сгореть!» Румянец за слоем макияжа выделялся слабее, однако и он, при определенных условиях может просвечивать.