— Конечно, нано.
— Мы не будем его ждать? Ай!
Чуда не случилось. Ринния как была ветренной кошкой, так ею и осталась. Именно поэтому Пурсена её ущипнула за бочок, а Мари, которая ближайшие часы, если не дни, нуждалась в душевном покое, сжала ладони в кулаки и стойко направилась к выходу из сада.
— Нилрем редко выбирается из мастерской, давайте не будем мешать ему дышать свежим воздухом.
Подобные оправдания не подействуют и на младшеклассников.
— Вот оно как, отличная идея, — стукнув кулаком о ладонь, Ринния без задней мысли мотнула хвостом и направилась за хвостиками иными, алыми.
— И с кем я вожусь, нано, — Пурсена покачала головой. Сегодня она была более инициативной и разговорчивой чем всегда. А все по одной простой причине. Её запас вяленного мяса закончился и пополнить его пока что не удалось.
Эти ленивые «кошки мышки» могли бы длиться долго, очень долго. Уложи весь песочный пляж в часы и их переверни, дабы отсчёт пошёл, его все равно могло быть мало. Прояви Панацея малейшую нерешительность, и Мари не составило труда увернуться от следующего действия.
«Слабые люди ищут возможности, а сильные их создают», руководствуясь неписанной логикой, Грейрат, который прямо сейчас находился в пятидесяти метрах от Мари, беспардонно пустил в неё магический снаряд воды. Магия продвинутого уровня не просто смела стоявшие на её пути преграды, но и тронула плечо Мари. Кусты смело, по земле прочертилась ровная борозда, а вот небольшое деревце, которое в тот момент было впереди, сейчас надломилось и неуклонно кренилось к земле.
Скрипучий крик умирающего растения, вот что в последующие секунды тишины завладело ушами слушающих. Медленно, словно то же дерево, Мари обернулась назад.
— Мне надоели эти игры, — он стоял так далеко, однако его голос будто бы переносило что-то, что не было воздухом. Он звучал в непосредственной близости от её уха. — Стой на месте.
Дрогнув, Мари рукой закрыла правое ухо, когда второй полезла к поясу, где находился её блокнот с рунами.
— Босс, что нам делать? — Ринния выглядела особо настороженной. Её хвост вспушился, и стоял прямо на дыбах.
— Мы здесь ничего не сделаем, уже разве забыла? — прокричав голосом разума, Пурсена охлаждала боевой дух напарницы, и своей хозяйки тоже. — Он сильнее, искуснее и умнее!
«Я ничего не смогу ему сделать» утверждение, данным давно родившаяся истина, которая укоренилась в сознании Мари до той боли, что прямо сейчас, что-то противопоставлять ему не было желания и смысла.
Потеряв волю к сражению, руки девушки ослабли, и её блокнот отныне весил больше тонны, страниц не вырвать. — З-задержите его, — не придумав ничего лучше, в бой на Грейрата пошли её собственные пешки.
Особо здесь думать не получалось, и посему, Мари увидела кивок с обеих сторон. Свита ушла сражаться за своего Босса. О, чем же заняла себя Мари? Логичным отступлением.
В и без того бурлящий спектр чувств подмешалось беспокойство, страх… отчего бегство любой ценой, теперь казалось ей самым лучшим вариантом.
Нилрем был вынужден неприятно цокать, когда к нему на всех порах понеслись зверолюди. Неприятный народец для любого мага. Верткие, быстрые и опасные. Впрочем, их совместных сил, что теперь, что раньше, хватило лишь на то, дабы на секунду, Грейрат отвлёкся к их существованию. Шагнул, увидел, победил. Вернее, проскользнул меж кулаками, схватил девушек за хвосты, и крутанувшись на месте, разбросал тех по всему зелёному саду.
— Эта дуратская погоня начинает утомлять, — одним махом поправив волосы, Нилрем продолжил идти. Окажись здесь Тома, он бы вполне резонно посоветовал Грейрату поспешить, ну или же оставить девушку в покое, ссылаясь на то, что через время она сама придёт.
Однако Нилрем не желал такого развития. Его сердце билось тем чаще, чем ближе он находил глазами искомые уста. Просто взять и развернуться не позволяли чувства, а быстро побежать за Мари — гордость. Он не будет бежать за кем-то и умолять его выслушать, он обратится неотвратимой фигурой, которая медленно, но уверенно будет навязывать свои правила игры.
Беготня, с момента их повторной встречи, продлилась сущие копейки. И совсем скоро, у Мари осталось ровно три выбора. Дать отпор, бежать и прятаться.
Сад закончился, в шаге от девушки были владения простых студентов, а снова втягивать толпу в собственную жизнь ей ой как не хотелось. У Нилрема к этим владениям оставалось и того, десяток шагов.
— Тебе не убежать, — процедил изрядно раздражённый Грейрат.
— Ты не прав, у меня как минимум три заготовленных плана, — их было ноль, и все три плана на деле являлись лишь возможностями, неумелыми импровизациями.
— Вот оно как, — удивлённо хмыкнув, Нилрем и бровью не повел, как моментом позже, присел к земле, касаясь ту рукой.
Мари пригнулась, согнув колени, она ждала точечных ударов из-под земли. Впрочем, острых пик не появилось. Вместо этого, вокруг Мари, за две десятых секунды, появились стены. Быстро и точно, высоченные холмы, а не стены, окружили деву, накрывая тенью. Три из четырех направлений закрылись.
Прятаться больше не получится. Умерла одна из возможностей, в то время как сердце Мари пропустило свой удар. «Нет-нет-нет!» пищали её мысли.
Взволнованной барышне убрали самый очевидный вариант, ей сузили обзор, позволяя более не отвлекаться и прямо посмотреть в глаза Грейрата. Его лик сиял победоносной улыбкой. От уха до уха.
Осталось пять шагов, а как только он ступил ещё два, Мари полуоборотом достала свой блокнот и вырвала страницу. Резкий порыв ветра в замкнутом пространстве изрядно мешал Нилрему не только дотянуться до желаемого, но и увидеть его. Закрывшись рукой от пыли и земли, Грейрат чудом услышал шелест платья. Мари, как оказалось, воспользовалась столь тесным положением, и пыталась быстренькопо стенам взобраться наверх.
Вторая возможность была разбита в тот же миг, когда ойкнувшая дева ощутила, как её лодыжку обхватила чужая рука. Далеко летать ей не пришлось. Вырвав ногу из захвата, барышня тут же отступила назад, окончательно упершись спиной о стену и отсрочив свою очередь на мелкие пол шага.
Улыбка Нилрема ушла, оставив по себе лишь свое тихое подобие. Теперь они осторожничали.
— Знаешь что? — на этом поле брани, впервые прозвучал вопрос, и задал его сам Панацея.
— М? — осторожно наклонив голову, Мари ждала подвоха.
— Тебе идет это платье, — военное дело сменилось гражданским.
Ответного комплимента, увы, не успело произойти, Грейрат приблизился достаточно, дабы ухватить Мари за кисти и обезвредить это… «взрывоопасное устройство», прижав как руки, так и тело к созданной стене.
Три плана, три возможности, сейчас оказались полностью стёрты с её головы. Выпавший блокнотик мирно почивал на траве, а вот боевой запал, который плескался в багровых глазах, сменился своим тусклым собратом.
— Чего ты хочешь? — пробубнила Мари не в силах более смотреть Нилрему в глаза.
— Я хотел кое-что обсудить.
Её, беззащитную, бедную и невинную, окружили как стаей голодных волков. Горячим дыханием оросилась щека барышни. Рефлекторно дернувшись, Мари издала до боли непривычный звук.
— Ньях!
— И это кое-что, касается непосредственно тебя и меня, — Нилрем взял девушку за подбородок, направляя к себе. Мари зажмурила глаза, непостижимо взвинтилось юное сердечко. С секунды на секунду могла повториться вчерашняя глупость. И кипящая кровь хотела её повторить, и губы тянулись, как тут, так и там, словно незавершённые части одно целого, только вместе им стать идеалом.
Какая-то часть из обоих отвергала близость, пусть и делала это по-разному. Конкретно Мари желала момента истинной любви в другом месте, при других обстоятельствах. Где-то под лучи закатного солнца, дабы небо приятно укрывалось пурпурной вуалью. Она бы в то время была не та, что сейчас. Сильна, уверенна, такая, какая ему понравится. Прижатая девушка не могла не стыдиться, ведь она вся вспотела, а её губы пересохли! Трагедия, которой надо избежать, и потому она так извивалась всем телом, потому так желала отсрочить сей миг. Юноша много думал. Думал так много, что не успел заметить, как больше не думал. Он привел себя к подобной вершине, совершенно не отдавая себе отчёта. Виной тому, как он считал, страшная внутренняя сила, любовью прозываемая. Мало-помалу, но это чувство нарастало, чем больше он созерцал свою спутницу.
