Медленно открыв дверь наружу, весь последующий день, Тома провел в собственное удовольствие, наслаждаясь вкусными куриными ножками, и читая приключенческую литературу.

Не всем так улыбается удача, как некоторым условным Томам. К примеру Нилрем Грейрат, по дивной традиции, сейчас сидел на полужёстком диване, цвета темной травы. Запах стоял соответствующий цвету — новейшая флора. Как в лесу после летнего дождя. Несомненно, приятный и щекочущий нос аромат, вносил толику спокойствия и умиротворенности. Потому следующие слова были высказаны прямо и без особой наигранности:

— Хорошее место.

— Благодарю за похвалу, я рада, что тебе здесь понравилось, — ему в ответ улыбнулась Ариэль, что, закинув ногу на ногу, сидела на таком же зелёном полотне, только поменьше — на кресле.

Между ведущими стоял стол, однако то был стол учёный. Он предназначался лишь одному, в смысле, Ариэль. Это был её кабинет, это была её территория, пускай, разговор и вёлся полуформальными полутонами.

Невезение Нилрема проявлялось в том, что изначально он заходил в эту комнату к совершенно другой персоне. Она, кстати, удобно расположилась по правую сторону от принцессы, робко моргая глазами. По левую сторону, каменной статуей оказался Люк Нотос Грейрат.

— Прошу, не стесняй себя, возьми кружечку чая. Это особый сорт, который я привезла из дворца, — жест доброй воли Ариэль совершенно не впечатлил Грейрата, который брать напиток отказался, сославшись на то, что в скором времени уходит.

— Э? Но, разве ты не пришел сюда, чтобы что-то обсудить?

— Ты верно мыслишь, однако пропускаешь одну вещь. Мне хочется говорить с Сильфиеттой, а не с вами, — кость была брошена в сторону Люка и Ариэль. Первый озадачено среагировал на слова, положив руку на рукоять меча.

— Фиттс, мой верный подчинённый, мой рыцарь. За него отвечаю я, — блондинка ладонью указала сперва на себя, а после на Нилрема. — Однако тебя, мой подчинённый не узнаёт, а потому, я считаю, сначала нам важно выстроить стабильные взаимоотношения.

— В этот кабинет я заходил с целью поговорить с Сильфиеттой, но видимо это было плохой идеей, — повторив то же, но другими словами, Нилрем покачал головой.

— А чего ты ожидал от кабинета студ совета? — Люка тронула ирония, и он усмехнулся.

— Только первый день, а уже в студ совете, — Нилрем подхватил улыбку и тут же уколол в два раза больнее. — Ариэль, не кажется ли тебе, что отказываться от привилегий особого студента, ради народа, а после, сразу взойти на «трон» студсовета как обычный студент, это… глупо?

— Следи за словами.

Ариэль всегда внимательна и чутка к своему окружению. В первую очередь это позволяет ей манипулировать людьми, а во вторую, держать опасные ситуации как эта, под контролем. К сожалению, не всегда можно вовремя среагировать на происходящее. Привычные медлительные беседы с другими дворянами и знатью, задают определенный темп игры, её ритм. Когда же на поле внезапно влетает кто-то такой как Нилрем, Ариэль, как правило молча пытается подстроиться, найти подход. Это и помешало ей отдернуть Люка от слова, о чем она тут же пожалела, дрогнув от стремительного хлопка по столу.

«Когда он только успел подняться?» Скорость этого мага превзошла все ожидания. Люк запоздало начал обнажать клинок, и только резкая ладонь принцессы его остановила.

— Не смей тявкать в моем присутствии, — Грейрат надменно убрал искрящуюся руку от стола.

— Джентльмены, давайте не будем ссориться из-за пустяков, — Ариэль Анемой думала, и чем больше думала, те больше на её лице появлялось хмурых теней. С позиции силы она определенно проигрывает.

— Когда-нибудь я приду сюда, чтобы поговорить с тобой, Ариэль Анемой Асура, а до тех пор жди своего времени, — Нилрем вздернул подбородок, развернулся и пошёл на выход, разочаровано мазнув по Сильфи глазами.

— Хм, — остановившись у самой двери, его взгляд обратился к тихому Фиттсу, который за все время пребывания здесь Нилрема не сказал ани слова. — Сильфи, я Нилрем Грейрат, брат Рудэуса Грейрата, сын Пола Грейрата и Зенит Грейрат. В нашем доме так же есть две моих сестры и служанка. С братом мы учили тебя магии. На седьмом год от моего рождения Пол отослал меня и брата по разным поселениям с глупой воспитательной целью, — в ход от Панацеи пошли исключительные факты. Если по отдельности ещё можно было раздобыть информацию по семье и общей ситуации в ней, то все вместе, подделать было сложно, если вообще реально, учитывая, что все записи были уничтожены, а свидетели разбросаны по миру. — А если и этого тебе не достаточно, приходи ко мне в мою комнату, я расскажу те подробности, которые может знать только Нилрем Грейрат. О тебе, о твоей матери и отце.

Открыв дверь, в силу вступил тихий голос Сильфи, который прошептала робкое: «Постой». Его смогла услышать Ариэль в силу близости и Нилрем из-за острого слуха.

— Уважаемый Нилрем! — перейдя к чему-то более официальному, Ариэль торопливо привстала со стула. — Мне искренне жаль, что наша беседа прошла подобным образом! Мой подчинённый вел себя неподобающим образом, и понесет соответствующе наказание. Я… обсужу с Фиттсом возможность вашей приватной встречи взамен, пообещайте мне, что не откажете в моей наглой просьбе забыть все наши ссоры и распри. Наш разговор закончился не так, как мне хотелось, посему, Нилрем Грейрат, я хотела бы устроить с вами диалог на равных правах, это возможно?

— Хах, — хмыкнув себе под нос, Нилрему изрядно подняли настроение, в частности, это беспокойство на лице Ариэль, которое в сто раз лучше говорило о её бережливости по отношению к Сильфи, а так же, о её не самой простой натуре. — Ежели в следующий раз оставишь дворнягу в коридоре, я, может быть, подумаю.

На этом, встреча между ними подошла к концу.

Когда Нилрем Грейрат говорил о собственных важных делах, он ни на йоту не преуменьшал их важность. Поиски Мари, в конкретно этом случае имели для него важность номер два, после спасения собственной жизни.

Осматривая коридоры с потоком студентов, и только изредка задерживая взгляд, на красных макушках, юноша и заметить не успел, как ноги вывели его к блестящему фонтану в саду. Здесь юный маг остановился для небольшого отдыха. Он уселся на скамейку, откинулся на спинку и вспоминал вчерашний вечер.

Пальцы сами коснулись собственных губ, которые прошептали:

— Что же ты наделала…

— Что же я наделала! — из стороны в сторону блуждало трепещущее сердечко. Оно билось в страшно приятном танце вот уже двенадцать часов к ряду и тому были веские причины. Одно дело поцеловать любимого, но совсем другое, просто взять и убежать, не проронив и слова! Много предложений так и не успели вылететь из своих гнёзд, а многозначительные взгляды не являлись полноценными ответами на все возникшие вопросы.

После феерического поцелуя на всю академию, Мари до того преисполнилась ситуацией в которую завела себя сама, что не нашла ничего лучшего, кроме как взять и по щелчку пальцев исчезнуть. Как сквозь землю провалилась. Нешуточная скорость позволила ей незаметно для большинства провернуть магический трюк с испарением. На деле же, она вылететь на балкон, а после, спрыгнув с него, убежать прочь, куда глаза глядят.

На тот момент, в себя она пришла где-то через час, остудив голову на улице и вдоволь потаскав себя за розовые щеки. Ещё час ушёл на мечтательно-воздыхательные упражнения, которыми вспоминалось недавнее, и после, Мари подалась туда, где её душу не достанут и точно примут — к поместью Анны-Роуз Бладлайн.

Принцесса безызвестного королевства была на удивление коротка и молчалива, просто и без вопросов запустив подругу в свой дом и выдав слугам резкое (от резкости две горничные побледнели хуже мела): «Обслужить!» Она немедленно удалилась вдаль, запираясь у себя в комнате без всяких объяснений.

«Тем же и лучше» подумалось тогда Мари.

До самого утра ей довелось проторчать в поместье гостевой кукушкой, так и не осознав, сколь близка была реальная опасность.