Между нами на голографическом дисплее демонстрировался план стратегического отступления.

– Сам я останусь здесь и буду руководить планетарной обороной со станции «Онду». Легат Корран… – обратился он к суровой женщине с почти джаддианским цветом кожи, которая, кажется, была удивлена услышать свое имя. – Командование «Зиглиндой» и флотом переходит к вам. Бартош, а вы с Четыреста тридцать седьмым и отрядом лорда Марло возьмете на себя командование наземными силами. Марло будет вашим лейтенантом.

«Бартош», – подумал я, глядя на лисью мордочку сэра Леонида.

При Райне Смайт он был коммандером в Четыреста тридцать седьмом. Значит, Бассандер Лин тоже будет рядом. Я присмотрелся к голограмме, отметил положение станции «Онду» на орбите над Дейрой. Гигантский цилиндр, окруженный шпилями и массивными отсеками, к которым пристыковалось более десятка легких эсминцев флота орбитальной обороны. Вокруг станции собрались кинжальные суда Хауптманна, несколько десятков кораблей, меньшие из которых были длиной менее мили, в то время как титаническая «Зиглинда» достигала почти сорока миль.

– Зачем уводить «Зиглинду»? – поинтересовался один капитан.

– Потому что ее отсутствие они сразу заметят, – ответил Хауптманн. – Если этот вождь Бледных так проницателен, как утверждает лорд Марло, он решит, что я жертвую Беренику и всю Вуаль. Возможно, переоценит собственные силы, особенно если в его распоряжении действительно есть вторая флотилия. Он подумает, что сцапал нас, дамы и господа. Но на самом деле мы сцапаем его.

– Они наверняка сосредоточат атаку на городе, – откашлявшись, сказала комендант Бэнкрофт. – Догадаются, что руководство обороной ведется отсюда. – Она встала и подошла к первому стратигу. – Мы ожидаем, что высадка десанта произойдет на космодроме у Ураганной стены, которая станет их основной целью.

На дисплее появилась схема Ураганной стены и расположившейся за ней, у ее подножия, Дейры. Полосы и площадки космодрома были почти идеально ровными, за исключением тех мест, где стояли ангары и разверзлись круглые пасти пусковых шахт.

Отавия не сдержалась.

– А почему им не напасть на город с другой стороны? Приземлиться на другом конце каньона или сразу в самой Дейре? – спросила она, складывая руки на груди.

– Там они тоже высадятся, – согласилась Бэнкрофт, – но Ураганная стена точно будет их главной целью. Под ней расположены бункеры, в которых укроются жители.

– Эвакуация жителей начнется завтра утром, – пояснил один из младших офицеров Сил орбитальной обороны, СОО. – Консорциум уже отослал своих людей во внешние шахтерские лагеря.

– По ним сьельсины тоже ударят, – мрачно заметил Бассандер.

– Может быть, – ответил Хауптманн, – но не факт, что по всем. В любом случае чем меньше ртов нам придется кормить здесь в случае продолжительной осады, тем лучше.

– В бункерах и подземной секции космодрома достаточно места, чтобы разместить всех жителей города, – продолжил младший офицер СОО. – Они будут защищены от орбитальной бомбардировки.

– Собираетесь пожертвовать городом? – спросил я, сдвигаясь на край моего стула, стоявшего прямо напротив Хауптманна.

– Если это позволит спасти людей – то да, – потупила взгляд комендант, возможно опасаясь, что я начну ее распекать, как ранее Хауптманн.

– Мудрое решение.

Я испытывал все больше симпатии к Бэнкрофт.

– Город в любом случае сложнее защищать, чем стену, – добавила схоласт Хауптманна.

– Сьельсины все равно могут попытаться в нем высадиться, – указал я на голограмму. – Особенно если будет ураган. Со стороны города и даже со стороны каньона ветер будет гораздо слабее…

– Дальний конец каньона не подходит для посадки, милорд, – ответил третий младший офицер СОО. – А для высадки десанта еще хуже. Болота…

– Сэр Адриан рассуждает здраво. – Хауптманн пресек нарождающийся беспорядок с твердым изяществом, которому позавидовал бы даже мой отец, повысив голос лишь на полтона, достаточно, чтобы напомнить сидящим спорщикам, что он здесь главный. – Если высадка случится, то с внутренней стороны Ураганной стены. Тор Жанна, сколько «Джавелинов-девять» у нас в трюме?

– На «Зиглинде»? Восемьдесят семь, сэр, – ответила схоласт. – И в общей сложности около трехсот на других кораблях.

– Триста… – Хауптманн задумался, что делать с ракетами «Джавелин», и его усы хмуро опустились. – Установите батареи на бастионах по границе долины. По необходимости также разверните плазменные гаубицы.

План был мудрым. Внутренняя стена располагалась почти ровно посередине между Ураганной стеной и дальним концом Долины Нырков. Она в равной степени господствовала над долиной вплоть до ее дальнего конца и над промышленными кварталами от бастионов до фантастической Ураганной стены. Ее парапеты были достаточно высоки, чтобы не находиться в тени окружающих шпилей и фабричных труб. По меркам Империи Дейра была молодым городом, еще не отметившим трехтысячелетний юбилей, но строили ее по канонам прежней эпохи. Стены и башни были по-античному циклопическими и величественными, столь могучими, что люди на их фоне казались бы жалкими букашками, если не знать, что все эти чудесные постройки – творение человеческих рук. Облака обычно собирались с внешней стороны Ураганной стены, опускаясь вниз в сером тумане или поднимаясь вверх, где их резали на ленты серебристые и острые как кинжалы зубцы стенной короны.

В последующие недели мы с Корво и Аристидом объехали весь город. Маленький коммандер живо придумывал планы защиты города и охотно ими делился.

К чести Бэнкрофт и генерал-губернатора, эвакуация населения была проведена блестяще. Я никогда не видел такого порядка. Местные префекты и солдаты Сил орбитальной обороны вывозили один квартал за другим, денно и нощно переселяя людей в бункеры под Ураганной стеной и промышленным районом. Доступ туда осуществлялся через массивные сейфовые двери и тоннели в насыпи со стороны долины. Не прошло и двух недель, как город опустел. Остались лишь немногочисленные разнорабочие и префекты, устанавливавшие на дорогах и мостах баррикады, и водители бронированных грунтомобилей, необходимых там, где темные здания стояли слишком близко друг к другу.

По нашим расчетам, до прибытия сьельсинов оставались считаные недели. Тишина над Дейрой густела, как соус, как туман, обволакивавший космодром каждый раз, когда я выбирался наружу по трамвайным тоннелям и подземным магистралям, которые пронизывали землю под посадочными площадками. Я выходил на асфальт и разглядывал уходящие вдаль мили прерии, видя вдалеке серые громады атомных станций, питавших город энергией. Они были далеко и не несли городу угрозы. Оглядываясь на белые тени под Ураганной стеной, я видел и другие громады.

У стены выстроились колоссы на огромных ногах, кто на двух, кто на четырех, а кто на шести.

Некоторые напоминали людей, если бы люди могли быть сто футов ростом. Другие походили на жуков-переростков или бесцеремонных приземистых бульдогов размером с дворец какого-нибудь лорда. Это были мобильные казармы, подвижные артиллерийские единицы. Если бы сьельсины решили напасть на Ураганную стену с космодрома, то эти стальные гиганты встретили бы их.

Нас защищало могучее воинство!

Я молился, чтобы этого оказалось достаточно.

– Хауптманн загоняет нас в траншеи, – сказал я, имея в виду сам город. – Он уверен, что первый налет будет с целью устрашения. На улицы выпустят берсеркеров.

Я перевел взгляд с Корво на Аристида, на Варро, Валку и Дюрана. Бандит и Паллино сидели в углу среди других хилиархов, внимательно и настороженно следя за происходящим. Нам не в первый и, я надеялся, не в последний раз приходилось собираться перед битвой. Я приказал вывести из фуги всех солдат на «Тамерлане», и к нам присоединились Удакс и Барда, уже введенные в курс дела.

Ирчтани соблюдали торжественное молчание, слушая меня, склонив головы, как внимательные во́роны. Присутствовал и принц Александр, сменивший белый царственный мундир на форму легионера без отличительных знаков, – впрочем, ему, с его рыжими волосами, другие отличительные знаки были и не нужны.