— Значит, вы едва знакомы с Десимой?

— Боюсь, что так. Я видел ее всего несколько раз — ну, знаешь, благодаря Валентину. То есть, обедал в «Счастливой морковке». Она и правда талантливый шеф-повар. Жаль, что, насколько я слышал, у ресторана проблемы. Она вроде как взяла отпуск без содержания или что-то в этом роде?

Страйк заподозрил, что от него ждут подтверждения, что у его клиентки какой-то эмоциональный кризис. Когда он промолчал, Саша продолжил:

Да, так что я, к сожалению, не в курсе всей этой истории, потому что сразу после съемок «Завоевания» приступил к репетициям этого спектакля.

Страйк понятия не имел, что такое «Завоевание» — фильм, сериал или реклама лосьона после бритья — и его это волновало меньше всего, поэтому он просто задал следующий вопрос:

— Руперт — твой кузен, верно?

— Совершенно верно, да, сын папиной сестры. Бедный малый. Ты знаешь, что произошло? Лавина и все прочее?

— Да, Десима рассказала мне.

— Ужасная история. Мне было всего двенадцать, когда это случилось. До сих пор помню свои безудержные рыдания. Я впервые тогда испытал настоящее горе.

Страйк молчанием отказался от невысказанного приглашения посочувствовать скорби актера, и Саша продолжил:

— Да, так вот, Руп воспитывался в Швейцарии тетей по отцовской линии. Пока он рос, она держала его в ежовых рукавицах. Все, что мог сделать папа, это раз в несколько лет привозить его в Хеберли, а Руперт намного младше меня, так что в детстве мы, знаешь ли, особо не общались. Хотя, он милый парень, — сказал Саша.

— Похоже, он так или иначе влип в серьезные неприятности, — заметил Страйк.

— Ну, как я уже сказал, ты, наверное, знаешь об этом больше меня, — ответил Саша с сожалением.

— Ты знал о долге за наркотики?

— О чем, прости? — переспросил Саша, и Страйк распознал в его реакции попытку увильнуть от ответа, а не искреннее удивление.

— Руперту угрожали. Сосед по квартире кинул наркодилера, и тот переключился на Руперта.

— Хм, — произнес Саша.

— В итоге Руперт заплатил этому типу пару тысяч, чтобы тот отстал. — О, — сказал Саша. — Понятно.

— Ты не знал, что за ним охотится злопамятный торговец кокаином?

— Я… нет, я понятия не имел.

— Он просил у тебя денег в долг?

На красивом лице Саши выступил легкий румянец.

— Не думаю, что тебя это касается.

— Весь мой бизнес построен на том, чтобы задавать вопросы, которые обычно меня не касаются.

—  «Это грязная работа, но кто-то должен ее делать»[48]?

— Я бы не стал утверждать, что «должен», — ответил Страйк. — Просто это работа лучше всего подходит моим способностям.

— Послушай, тебе нужно поговорить с тетей Рупа, Анжеликой. Она знает всю историю.

— Я уже говорил с ней. Она не слишком лестно отзывалась о Руперте и не особо сочувствовала его положению.

— М-м, — Саша снова печально улыбнулся. — Думаю, она боится, что Руп генетически предрасположен к расточительству.

— Родители Руперта проматывали деньги?

— Моя тетя — нет, но Питера Флитвуда нельзя было назвать одним из самых трудолюбивых людей на планете. Обаятельный мужчина, но в основном он играл в азартные игры и пил.

— Ты знал, что Руперт украл серебряный корабль из «Дино»?

Менее опытный собеседник мог бы и не заметить, как слегка дернулся уголок рта Саши Легарда.

— Нет. Опять же, видишь ли, я был…

— В Мексике, да. Но ты узнал об этом позже?

— Да, — ответил Саша, и Страйк уловил в его голосе неохоту признавать даже такую минимальную информацию.

— Когда ты это выяснил?

— Э-э… вообще-то в мой день рождения.

— А он у тебя когда? — уточнил Страйк.

— Двадцать первого мая.

— Руперт сам тебе рассказал?

— Нет, ну… по правде говоря, на моей вечеринке я видел, как Руп и Валентин что-то горячо обсуждают, стоя в сторонке. Мы были в отеле «Кларидж», и да, вышла небольшая сцена. Я вообще не звал Рупа — вечеринка была закрытой, он вряд ли знал кого-то из присутствующих. Но, вот, я обернулся и заметил его. Учитывая все обстоятельства, странно, что он вломился вот так, без приглашения. Казалось бы, он должен был избегать любых мест, где могли находиться Лонгкастеры.

— Да, — Страйк быстро делал пометки в блокноте, — ты бы так и сделал. Дино был на твоей вечеринке?

— Боже, нет, — рассмеялся Саша. — Дино никогда не посещает вечеринки, если они проводятся не в его клубе. Ты знаком с ним?

— Нет, — ответил Страйк.

— Колоритный тип, — заметил Саша.

— Тара не против, что ты общаешься с ее бывшим мужем?

— О, столько воды утекло, — легко ответил Саша. — Ма не указывает, с кем мне встречаться. Нет, на вечеринку я пригласил только Вала и Козиму. Она, кстати, была в слезах.

— Кто такая Козима? — спросил Страйк, хотя и так это знал.

— Сводная сестра Десимы и Валентина. Милая девушка.

Страйк припомнил из записей Робин о встрече с Алби СимпсонУайтом, что Козиму Лонгкастер тот назвал «избалованной соплячкой».

— Почему она была в слезах?

— Полагаю, из-за того, что Руп вел себя агрессивно или хамил. Я… по правде говоря, — Саша во второй раз понизил голос, — мне пришлось попросить охрану вывести Рупа. Похоже, он искал повода подраться. После его ухода я спросил Вала, в чем дело, и он рассказал мне о пропавшем серебряном корабле.

— Он сказал, зачем пришел Руперт?

— Наверное, хотел, чтобы Вал забрал заявление из полиции или что-то такое. Вал, как ты понимаешь, был в ярости.

— Каким образом Валентин мог забрать заявление? Украденная вещь принадлежала его отцу, разве нет?

— Честно говоря, я не вникал в детали, — Саша слегка развел руками. — Для меня это было новостью, я не понимал, что происходит. Да и, представь, у меня в тот вечер было полно гостей, так что я не стал разбираться.

— Ты слышал что-нибудь о Руперте после вечеринки?

— Нет, следующее, что я узнал — он уехал в Нью-Йорк.

— Как ты об этом узнал?

— Анжелика разослала письма всем доверенным лицам, сказала, что он устроился там на работу.

— Ты слышал что-нибудь о нем с тех пор, как он уехал в Нью-Йорк?

— Кажется, нет, — Саша снова слегка нахмурил брови. Он наклонился вперед и сказал еще тише:

— Послушай… можно откровенно? Мне кажется… не хочется такое говорить, но, честно говоря, я правда думаю, что Десси — ну, знаешь — слегка заблуждается. Вал считает, что для нее будет лучше — и великодушнее, на данный момент — если бы ей помогли взглянуть фактам в лицо.

— Каким именно?

— Да брось, Корм, — улыбнулся Саша, и Страйку не понравилось, что тот использовал сокращенное имя, которым звали его друзья и

Шарлотта, когда она не называла его «Блюи». — Десси намного старше Рупа. Не хочется такое говорить, но, думаю, Руп просто одумался и захотел расстаться. Десси прекрасна, она замечательная, но, скорее всего, он просто был слегка влюблен в нее, пока работал в «Дино», а она раздула это в своей голове до grand amour[49]. Ему двадцать шесть лет. В таком возрасте не хочется связывать себя по рукам и ногам.

Удобно забыв, что сам говорил Робин, будто Десима — не из тех тридцативосьмилетних женщин, на которых «клюют двадцатишестилетние парни», и что, по его словам, Руперта привлекали ее деньги, Страйк сказал:

— Они были вместе целый год, разве нет? Непохоже на мимолетный роман.

— Не знаю, потому что…

— Ты был в Мексике, да. У тебя есть нью-йоркский номер Руперта?

— Нет, — ответил Саша.

— Ты знаешь, где он работает?

— Тебе стоит спросить у Анжелики.

— Я спрашивал. Она отказалась дать контакты.

— Но… при всем уважении, — сказал Саша, — она ведь не обязана этого делать?

— То есть, ты даже не интересовался, действительно ли он уехал в Нью-Йорк?