В подземке Егор продолжал слушать индустриальный джаз и размышлять о странной реакции люмпенов. Мысль полетела дальше — он задумался о судьбе и должности, им занимаемой.
Да, он всего лишь системщик, окончивший Уральское Высшее Техническое Училище. Системный секретарь — это по Табели десятый класс. Тот же заурядный десятый класс, что и коллежский секретарь, казачий сотник и флотский мичман. Конечно, это намного лучше, чем системный техник — двенадцатый класс, или лаборант-практикант — тринадцатый класс. Но гораздо хуже старшего системщика, системного поддиректора или системного директора — последний относится к седьмому классу и привычно имеет четырёхэтажный особняк на берегу Шарташа.
Десятый класс в трёхмиллионном (с пригородами) Верхнеисетске имеют тысяч четыреста. С другой стороны, подумалось Егору, Пушкин и Тургенев были коллежскими секретарями. И чин системный — не совсем то, что чин статский. Лицо невысокое, но начальствующее. Немногие его ровесники из провинции в двадцать три имеют в подчинении бригаду из двух техников-лоботрясов и получают девяносто пять рублей в месяц, когда поездка на метро стоит три копейки. Если бы Егор не был столь ленив, уже давно мог позволить себе и японский мобиль, и двушку в центре, или в каком-нибудь элитном Шувакишском, но лень и инертность не позволяли ему переехать. Правда, фраза «жениться бы вам, барин» звучала вокруг всё чаще, что заставляло иногда задуматься о карьерном росте и «серьёзной жизни».
— Остановка «Ганин Проспект», — прозвучал наверху голос милой барышни, и толпа вынесла Егора на перрон.
Из заднего вагона вышел напарник Егора — Расуль Мадисович. Егор заметил и подождал его, позволив толпе утечь на эскалаторы.
— Здорово, Егор Дмитрич, — тридцатилетний системщик пожал руку. Он трудился в «железячном» отделе, а Егор — в «программном». — Слышал новость дня?
— Не успел посмотреть новости. Что такое?
— Джон Стивс с министром по Имперсети подписали договор о сотрудничестве и собираются строить магистральные каналы из Румынии в Одессу. Ты понимаешь, что это значит⁈
— Нет, не понимаю. Джон Стивс — это же…
Они уже перешли перрон и ехали на первом эскалаторе.
Трёхсотметровая башня Картеля находилась прямо над станцией, и впереди было ещё два эскалатора и лифт. «Ганина яма», шутили про эту станцию. Самый элитный и современный микрорайон вырос на месте рудника, в котором были спрятаны тела убитых в семнадцатом году Ульянова и Каменева. Недавно генерал-губернатор в знак примирения с прошлым позволил потомкам ссыльных большевиков установить памятную стелу, которая стояла теперь перед самыми окнами Егора.
И тут и там были заметны сотрудники, отмечавшие системщиков почтительными кивками. Расуль огляделся по сторонам и продолжил в полголоса.
— Это новый директор Австранет. Это значит, что европейская и Имперсеть скоро объединяться, как это планировалось ещё в девяностые. А раз объединятся, то нашу Его Императорского Величества Глобальную Вычислительную Сеть придётся реформировать, делать её более открытой, обеспечивать совместимость и так далее.
— На кой чёрт им это понадобилось?
— Спросим у начальства. Евгений Петрович наверняка знает.
— Кэп точно в курсе.
* * *
Начальство не только было в курсе, но и решило к вечеру устроить по случаю исторического момента собрание, подтянув народ из дочерних контор. В небольшом зале собрались системщики всех отделов и чинов, начиная с десятого — девять рядовых системщиков вроде Егора, четверо старших и системный поддиректор Верхнеисетского подразделения, Евгений Петрович.
Закрытое совещание системщиков крупного предприятия — вещь всегда немного неформальная и больше смахивает на подпольную сходку анархической партии или мафиозного синдиката. Половина при параде, но носит либо длинные козлиные бороды, либо «осьминожьи» усы, другая же половина вообще одета не «по-корпоративному», в жёлтые сюртуки с морскими котиками, лосями и другой профессиональной атрибутикой. Единственная дама, Рита из отдела дизайна, крашеная в фиолетовый цвет и одетая в обтягивающее платье-«готику», привычно ловила влюблённые взгляды неженатых коллег. «По уставу» из-за необходимости ходить на совещания директората был одет только Евгений Петрович, да и у того в мочке левого уха торчала пиратская серьга с черепушкой, за которую подчинённые уважительно звали его «Капитан Джон».
Если добавить к этой картине отсутствие полагающегося на подобных мероприятиях титулярного советника по этике, совещание приобретало ещё более подпольный характер. Советнику доложат позже — дотошного старика, сующего свой нос во все дыры, вполне разумно опасались даже поддиректора. Картель — государство в государстве, а титулярный советник по этике — длинная рука Тайной Канцелярии.
— В общем, для тех, кто не понял, ситуация следующая, — сразу начал поддиректор. — Чтобы досадить японцам, Европейская Сеть и Имперсеть в течение пары лет объединяются в Глобальную сеть. Ускорится работа над совместимостью форматов данных, разработка переводчиков, новых средств общения и тому подобного. Но это не главное. Принято решение о серьёзных реформах в области связи. Информационные средства дешевеют, районные сети растут, сохранять нынешнюю архитектуру Имперсети как закрытого средства обмена письмами более неуместно. И так уже слишком много лазеек для копирования. А для обменов будут устраивать специальные защищённые соединения. Потому Министерство Связи выпустило тайную директиву о частичном допуске к журналам Имперской сети чинам низших классов, в том числе десятого…
— УРА! — прервали речь начальства девять глоток системных секретарей.
— Но только в учебных целях! — пригрозил пальцем поддиректор. — И по часу в день, в конце рабочего дня, по расписанию, будем открывать Имперсеть на ваши рабочие машины.
— А как же мы? — хмуро спросил Аркадий из нижнетагильского офиса. — У нас же канал узкий, мы…
— Это всё технические моменты, — отмахнулся Егор. — Главное, теперь свобода.
— И свобода, и ответственность, — хмуро сказал один из «старшаков», Олег Григорьевич. — Сперва изучи «Правила пользования Его Императорского Величества Глобальной Вычислительной Сетью», шестьдесят страниц для служебного пользования. Кстати, надо бы распечатать ещё несколько экземпляров…
— Когда, с этого вечера? — нетерпеливо спросил Расуль.
— Эй, притормози! — прикрикнул Олег Григорьевич. — Сам же понимаешь, не всё сразу. Нам ещё нужно учётные записи настроить, политики безопасности поменять. Договориться с советником по этике, всё проверить и так далее, а дел невпроворот.
— Со среды? — предложил Евгений Петрович.
— Со среды, — согласились остальные.
* * *
Нельзя сказать, что Егор ни разу не видел Имперсети. Во-первых, было несколько занятий в Высшем Училище, перед которыми они давали подписку о неразглашении. Во-вторых, пару раз он заходил в кабинеты к «старшим» и начальству, и у них Имперсеть была. Ну и, в третьих, в последние пару лет очень многие материалы глобальной сети разбежались по районным сетям, кое-где умельцы даже устанавливали собственные сервера с «зеркалами» популярных И-журналов и страниц.
Разумеется, инструкция была прочитана Егором по-диагонали. Он никогда не выносил нудного языка официальных документов, тем более, когда они говорят о чём-то техническом. То ли дело копии с форумов, растиражированные по локальным сетям — обычный разговорный язык, всё ясно и понятно.
В среду никто с работы уходить не собрался. Со звонком, означающим окончание рабочего дня, Егор побежал по коридору в кабинет к Олегу Григоревичу и обнаружил там ещё четырёх «рядовых» системщиков — Риту, Алексея, Расуль и Павла, а также двух техников. Техники сразу получили отворот-поворот, а остальным Егор раздал на маленьких бумажках имена и пароли от обозревателя.
Егор вернулся в комнату, нажал сенсором по строке обозревателя в списке программ и ввёл имя с паролем. Бумажку бросил в уничтожитель.