Мимолётная слабость и вновь рычание, зверь повел за собой мальчика, силой таща его назад. На этом, все не закончилось, и представитель семейства собачьих начал мотать головой в чем-то подражая дворовым псам, которые не поделили кусок мяса, только вот…

И сзади и справа и слева оказались точно такие же стены, как и со спины мальчика. Единственный проход сверху. Ошибкой зверя являлась чрезмерное упорство.

— Упорный…

Будто бы перечисляя те качества, которые нравятся лично ему, мальчик засмеялся искренним смехом. А после, зверь ощутил дискомфорт. Умей тот разговаривать, то сказал бы: «В боку что-то болит, и с другой стороны… тупой болью, словно она далеко». А после, он бы вскрикнул от боли.

Из тела Магзверя вырвались бесчисленные клыки красного цвета. Это была та кровь, которую он выпил, и которая принесла зверю такое наслаждение.

Взгляд волка угасал.

Его жизнь за один миг укоротилась до жалких секунд, и тем не менее, отпускать свою добычу он не намерен. Ведь не бывает так, чтобы хищник отступил, понимая причину скорой кончины.

Как одинокая свеча перед бурей, жизнь зверя закончится раньше, чем успеет подуть первый ветерок.

Лапы Магзверя ослабли, они затряслись, а в глазах все размывалось. И добыча, и улыбка добычи, и славное синее небо.

Сожалеет ли волк, умирая в охоте?

Видит ли зверь, в предсмертном бреду свою краткую жизнь?

Для обычного Магзверя подобные слова и предложения слишком сложны, он не поймет и процента. К чему эти людские глупости, равнять волка и человека, когда первый, без угрызений совести нападет на второго?

Зубы зверя оказались недостаточно остры, а его челюсть не столь сильна, чтобы прокусить кость человеческого дитя, вот и все, в том нет никакой философии.

Ведь даже на смертном одре, зубы зверя продолжали пронзать кожу добычи в надежде закончить охоту. Магзверь смотрел на человеческое дитя до последнего, и последнее, что видело застывшее сердце, было зелёным светилом.

К дому мне удалось добраться за каких-то несколько часов. Около девяти? Ну, не считая трех дней задержки, именно столько я и провёл в движении. Прибыв ночью, мое лицо уже освещалось тусклым светом восходящей Луны и её подхалимов — звёздной карты. А в окнах дома тем временем горел притяный свет. На первом этаже никого, в то время как во втором, одна незамысловатая парочка продолжала попытки зачать следующего брата или сестру.

Честно говоря, такого рода приветствие испортило всю картину, которую я по крупицам своей благородной души собирал с первого дня каторги. В моем представлении это должно было быть не просто праздником, а целым событием, со мной в главной роли. Однако прибыть мне довелось не вовремя, меня никто не ждал.

Обломали знатно. Этот любитель отправлять сыновей к чертям на куличики, должен поплатиться за все.

Да и как у Пола отношения с Лили? Она ведь опять не содержится и вновь будет измена, пускай Зенит давно согласилась, что Лили часть семьи, но, боюсь следующая такая выходка будет дорогого стоить.

— Ну-у… ха, сколько можно, ха, я уже на пределе! Ах.

— Ещё не все! Хух, мы только начали!

— Получается, их слышно и за пределами дома? — задумчиво помнув губу ладонью и заозиравшись, я пытался прикинуть, на какое расстояние их хватает с такими-то криками. Мне и раньше соседи горько ухмылялись, когда видели, а теперь все стает на свои места. М-да уж. Впрочем, Зенит, не смотря на на всю любвиобильность Пола, уже заканчивала и голоса их утихали.

Обойдя дом с правой стороны, на глаза должен был попасться сад нашей семьи, в котором неустанно трудятся Зенит и Лили. Только начало лета, все давно раскрылось. Прикрытый вуалью света, сад даровал мне секундную слабость под названием ностальгия.

— А вы кто? Вор?

Меня окликнул уж слишком до пытливого визга тоненький голосок маленькой девочки. Обернувшись на звук, пламя свечи, которую та держала — ночник, заметалось, подобно моему сердцу.

«Аиша?» Кто бы мог подумать, что она так сильно подрастёт. Уже далеко не сопливая девочка, а девочка в форме… подожди, а почему она в форме горничной, «версия для пелёнок»?

— Молчите значит.

— Постой, не надо кричать, я не вор, как ты могла о таком подумать? Посмотри ещё раз, и скажи, сподобился бы вор до таких элитных вещей? Разве он будет выделяться?

Вопрос о её форме стоило отложить в сторону, поскольку эта маленькая тревога уже собиралась кричать. Какая умная девочка, только долго думала, прежде чем закричать. Надо было делать это сразу, как увидела незнакомца.

— М-м, вы в изодранном плаще, капюшоном закрыли лицо… а ещё, от вас воняет кровью. Точно, вы не вор, вы убийца!

— Какая… интересная интерпретация.

Впрочем, к моему великому сожалению, она была права. Мой фирменный плащ порвал один занятный зверь, а кровь…

Создав водяной шар над рукой, и чуть его нагрев, я быстро начал работать с пятнами. Обычно, кровь, простой водой не очистить, это просто невозможно, но я маг, а потому могу себе позволить перешагивать через «невозможно», столько раз, сколько мне это понадобится.

— Ух ты… — под светом свечи и луны, Аиша сама сияла как та звёздочка на небе, гордо разделяя первое место с самим Солнцем.

— Ну а теперь? — полностью смыв с себя кровь, сажу и грязь, я покрутился на месте.

— Эм-м, просто оборванец?

«Да нет же! Сколько можно ранить мое сердце!» Я был готов кричать на небеса перед её чистотой и невинностью.

— Аиша, я ведь только что помылся, разве ты не понимаешь кто я?

— Вы только что назвали мое имя, но я точно помню, что не называла своего имени, — она сместилась ко мне стороной, словно прикрывала что-то ценное. — Неужели вы просто извращенец, который следит за маленькими миленькими девочками?!

«Ай… сердце!»

— Н-нет, кхм, конечно, же нет, — больше не давая ей попыток додумать нечто страшное, мне нужно было срочно вернуть себе величие. Какой из меня старший брат, если меня будут считать извращенцем? Это участь Рудэуса, не моя! — Мне известно твое имя, только потому что я волшебник!

Приподняв руки, я слабо хлопнул, а после, развёл ладонями, на подобии двух электродов. И между руками прошла электрическая дуга. Поток электронов пробивался сквозь воздух, как плохой проводник, но очень красивый спецэффект, если желаешь показать свою силу. Не так давно, мне покорилась подобная сила. Пропускать дугу между ладонями всяко лучше, банального огненного шара в качестве фейерверка. К такой банальщине, только брат и додумается.

Глаза девочки расширились, а сама она, позабыв все на свете, запрыгала на месте.

— Ого, так вы волшебник! А какой у вас ранг?

Только я подумал, что Аиша прозрела и уловила моё положение да осознала, какой я сильный, как тут же она спросила о рангах.

Кто вообще трехлетнему ребенку о них рассказал?

— Высокий, — одно складно ответив, я вновь кашлянул в руку.

— Да? Круто, а зачем вы к нам пришли? Вас папа привел? Если нет, то простите, я буду вынуждена его позвать.

Какая все же у меня удивительно собранная сестра. Так и норовит попасть в грязные руки. Ну зачем ты раскрываешь все карты? Скажи половину, а вторую держи в уме.

— Я… особенный маг, учитель вашего брата, он доверил мне важную миссию, подобрать для него парочку пустых страниц. Если тебе не сложно, можешь сбегать за ними? Он говорил, те находятся в его комнате.