И смазалась пятном, оказавшись в десятка метрах спереди. Все это время Нилрем не желал выпускать ее из виду и шёл позади.

— И как это понимать?

Поминальный пир проходил в двух залах. Основной, где люди расседались по положенным местам за большим и длинным столом, и другим, на самом деле ещё более огромным чем прежний, с открытым балконом. Второй зал достаточно просторный для приятного общения, легкого флирта, фонового музыкального оркестра, танцев после плотного ужина, и конечно же коварного убийства! На этот вечер было приготовлено смертельное блюдо, и принести его должен был отнюдь не один из тех официантов, что расхаживали по залу, регулярно обновляя вино. Дабы не смотрелось слишком странно, группа Нилрема распалась ещё вначале (в первом зале), после короткого представления Грабеллу, что оценил выбор учениц и Дариусу. По сути, они сегодня главные заведующие, им лучше всего показать тех, кто пришёл с тобой и кем они тебе приходятся. Прекрасных дам пускали без вопросов, а вот Роулз отвалился по собственной инициативе, ссылаясь на работу и дела. Карса приняли прохладнее, но стоило Грейрату упомянуть его чудесный вкус в искусстве, как в руки Прародителю всея расы Детей Ночи упала скрипка, на которой он запросто влился в новообразуемую группу.

Нилрем, Дариус, Грабелл, Карс, глава дома Нотусов, глава дома Бореасов, составляли ядро общества. К ним тянулись подойти, обговорить погоду иль желанную будущую встречу. Расположившись в отдалении, у полукруглого балкона с видом на россыпь звёзд, их группа виделась другим никак иначе, кроме как посыпанной из злата. Улыбки с лиц принца и первого министра просто не спадали, как впрочем и Нилрема, вновь напялившего тот керамически весёлый смайл.

За не статичностью, ядро пира то распадалось, когда её представители семенили к столикам, откуда набирали еду, то вновь собиралось.

Вот как раз во время такой отлучки, Карс и Нилрем оказались в одной стороне, где состоялся диалог, за время которого не раз к ним подбревали люди, как от: желающий познакомиться юноша, с целью пригласить в свое поместье ради скрытых целей; или же барышни с улыбками и комплиментами направленными на прекрасную игру Карса. Их мотивы более чем прозрачны, но выдав всем по фразе: «Подойдите позже», они согласовали действия.

Рейда исполняла роль досаждающей мозоли. Её присутствие, не как охраны, но достопочтенного гостя, позволяло спокойно находится в тех местах, где ей заблагорассудится. Пила Рейя немало и выжидание Грейрата в основном связывались с ней. Он ждал её беспамятства, ведь где же это видано, дабы бабка пила и оставалась в трезвости? Об остальной гвардии, которую понатыкали в зале от души, Нилрем предпочитал не беспокоиться. Они вряд ли успеют спасти Дариуса и принца, вряд ли отследят причастность к этому Грейрата. Достаточно вывести из строя одного, а после, можно смело выводить Ариэль из тени. Этот колосс на глиняных ногах посыплется сегодня ночью. Грабелл лично наделял Панацею весом ради собственных амбиций, пусть он пожинает те плоды, что посадил, не усмотрев угрозы в семенах!

Момент подбирался лучше некуда. Время — соответствующее, когда большинство уже под градусом. Место выбрали подальше, от Нилрема к Грабеллу пол зала, Рейя и того дальше, как и её внучка.

Пока изображался диалог с краснеющей аристократкой, по руке Грейрата скатывалась капля крови. Она, упав на землю, быстро отлетела в путь. За ней, в хвосте плелась тоньше волоса прозрачна нить, что являлась вершиной мастерства и контроля магии крови. Через эту нить передавалась мана и сигналы.

«Ещё десять секунд» в уме своем отсчёт производил Грейрат. Он был на взводе, однако так же улыбался, обсуждая с девушкой бульварщину.

Семь…

Бросив на мгновение взгляд налево, Панацея заприметил Анну-Роуз, следящую за ним, и кажется был в том потайной аспект, поскольку та мигнула и отвернулась.

Пять…

Ещё мгновение тратилось на поиски Мари, та, в отличии от занятой подруги, вела диалог со старшей дамой, активно жестикулируя руками.

Три…

Единственный, кто окромя Нилрема, знал, что будет за секунду — Карс внимательно кивнул, активируя маячок послание для Орстеда.

Один…

Его мана потянулась к артефакту, влилась в него…

Единственный, отличный от предыдущих момент времени, являлся самым последним. Капля крови Нилрема прошла заковыристый путь под столами, лишь бы меньше глаз в потенциале её могло заметить, прежде чем она вскарабкалась по царским одеяниям на уровень шейного позвонка. Что Принц, что его верный подхалим министр, являлись практически обычными людьми. Им хватит легкого пробития важных точек и всё. Лишь только слабость тех, где в мире правит сила, позволила ввести подобный ход ферзем.

«Шах и мат!» Мысленно воскликнул Нилрем, когда нагнетающее чувство у него внутри взорвалось ярым блеском, ослепляя.

Вещица меньше самого мгновения. Сей час непросто передать словами, но в том ускоренном до предела совершенстве напряжения, великий маг заметил быстрый взмах.

У Карса отделилась та ведущая рука, которая держала артефакт для связи с Орстедом, а капля крови, разделенная на два, разбилась как хрусталь, утратился контроль.

Не поморщившись, у Карса отросла отрезанная кисть, а ту он растворил, притягивая кровь к себе. Остался на земле один лишь артефакт, носком отпихнутый под белоснежную скатерть длинного стола.

— Всем замереть!

Старческий приказ исполнен в совершенстве даже теми, кто толком палку в руки и не брал. Застыла знать, узнать бы: «Почему?», «К чему?», «Зачем?»

Ответ взволнованным глазам пришелся ровно в тот момент, когда Владыка Карс было двинулся, лишившись рук (по локоть) и ног (выше колена).

«Он дернулся от разреза, или разрез пришёлся после мелкого движения?» Нилрем спокойно наблюдал за тем, как его вернейший подчиненный распался, подобно маленькой игрушке, над которой пострадал особо разгневанный ребёнок.

«Такое его не убьет» понимание пределов Карса убирало всякую тревогу.

— А-а-а!!!

Буквально за секунду, в зале, где царил покой и гармония, образовался «труп» прекрасного скрипача. Молодой и холодный взгляд темных глаз (который дамам в душеньку запал ещё при жизни) Бладлайна отпечатался на срезанной голове в последний раз.

Самые слабые пали в обморок от вида крови, их переменно попытались подловить. Те кто крепче, не сдержали рвотного позыва, Грейрату повезло, та девушка с которой он вёл светскую беседу стойко переживала кризис, ухватившись за надёжную опору (в виде его рук, сплетаясь пальцами).

Гвардейцы, и личная охрана от семей, желала было двинуться, прикрыть знать от нападок, однако и их остановил молниеносный взмах меча, каждому отдельно обрисовавший на королевской плитке метку, прямо у сапог.

Взвинтился страх, и хоть немало смельчаков переживало его стойко, нашелся тот, кто определил степень своей глупости, склонив весы в ошибочную сторону.

Нилрему показались знакомы его густые брови, парень был из семьи Рэдбэар, он же побежал, спасаясь бегством. Итог на лицо — не мертв, однако ахиллово сухожилие в ногах перерезали.

— Ещё раз, никому не двигаться, — Рейда Рейя медленно водила взглядом по залу.

— Как это понимать?!

— Что твориться, это беспредел!

— Рейда, за что вы так с господином Карсом?!

Вопросы сыпались, ответа не предвиделось.

Лишь когда, минувший стадию загрузки вводных данных принц, справедливо высказался за вассалов:

— Нам нужно знать, что происходит, уважаемая Рейда.

Тогда-то и пришёл ответ, но не от старушки напрямую:

— Бабушка, это же «Меч Сковывающий Мир»!

— Ах, — тихо протянул Нилрем, глядя под ноги, куда расползалась кровь. Карс, не смотря на расставание со всеми конечностями и даже с головой, продолжал свое существование, единственное, что принимать обратно собранную форму не собирался, растекаясь лужицей. — Смотри не запачкай мою обувь.

Сказанное шепотом, подействовало, и кровь начала обходить сапоги Грейрата стороной.