Обескураженной осталась только Мор, для которой столь радикальные перемены казались эмоциональными качелями. И вновь её выставили на мороз. Она словно дурака разыгрывает.

— Так мы будем махаться или нет? — Мордред на том и спросила, дабы знать, ей готовиться к битве или обижаться за тотальный игнор. Учитывая как успокоилась Эрис, блондинка собиралась надуть щёки и очень основательно задержать в себе обиду.

Этот жест помешал сделать новый вторженец.

Стук в дверь продлился три секунды, после которых, незнакомец незамедлительно открыл двери и вот, в проходе для большинства сидящих, застыл неизвестный юноша. Кавалер, всего на год старше Эрис. В первую очередь, бросались вовсе не тонкие доспехи, синие стяжки или рыжая шевелюра до плеч, первее всего, им бросились глаза.

Уставшие, как после тяжелой битвы, чистые зеленые глаза. На ум Рудэуса сразу пришла мысль, как в пришедшей с писком телеграмме — «Он добряк». Не видеть этого в его силуэте так же невозможно, как не видеть солнце теплым ясным днём.

Незнакомец удивился, когда увидел хозяев дома, извиняющее улыбнулся и с вежливым кивком представился, прежде чем полноценно войти внутрь.

— Я Рутра, мне тут парни подсказали, что Рудэус Грейрат тут, вот и зашёл, — это не объясняет его вторжения, однако всеми присутствующими, подобный недостаток быстро превратился в плохую привычку, что являлось недалёкой правдой.

— Я Рудэус, — парень кивнул Рутре и даже собирался подойти пожать тому руку, однако ему это не позволила сделать Эрис, вцепившись за рукав. — Эрис?

— Он тот, кто победил Гула Фариона, — девушка, пускай в секунду визуального знакомства с Рутрой и наткнулась в голове на схожую мысль о природной доброте, однако на этом она не закончила анализ и стала замечать ещё кое-какие детали, такие как потёртости, царапины и даже раны, которые совсем недавно подлечили (не вылечили полностью, а именно что подлечили). Единственное, что ей после этого пришло в голову, так это сражение, которое произошло недавно. Из недавнего был бой незнакомца и Гула Фариона, а ещё, золотой столб свет от земли к небу.

Не смотря на миролюбие и доброту, Эрис не захотела чтобы Рудэус подходил к подобному «монстру» чей уровень силы она просто не могла правильно оценить.

— Не нужно бояться, — развел руки в стороны Рутра, и тут же поправил себя, когда вместо расслабления увидел противоположный эффект. — Я имел ввиду, что не имею никакого злого умысла. Если вам так удобнее, оставайтесь там, хотите, я могу отойти?

«Это же бесполезно» подумалось Рудэусу, ведь если Эрис права, то пара лишних шагов для нового бога меча особой роли не сыграют.

— Сделай, — у Эрис было свое мнение. И Рутра сделал, припав спиной к двери.

— Этого достаточно?

— Ещё, — неумолимая Эрис кажется не слабо так испугалась, и Рутра, секунду спустя, открыл дверь и вышел на крыльцо. — Ещё!

— Дура, если король отойдет ещё дальше мы его уже не услышим, — Мордред начинал надоедать этот цирк.

— Брось Мор, — уже сейчас приходилось говорить громче, Рутра ни на капельку не злился. — В конце концов, я пришел сюда с миром.

Отойдя ещё дальше, Рутра оказался в положении, когда с дверного проема виднелась лишь его верхняя часть тела, остальная скрылась за ступеньками.

— Вам достаточно комфортно?

Любой другой человек, пройдя подобную странную процедуру доверия, волей-неволей начал бы посыпать в слова сарказм или раздражение, но только не Рутра. Он все такими же искренними глазами, как самый преданный человек в мире, пытался найти приемлемые границы другого человека.

— Достаточно! — как и говорила Мордред, приходилось переходить на крик.

— Кхм, — Рутра трепанул доспех от начавшегося снегопада и начал. — Кажется, Мор уже рассказала вам о нашем назначении сюда, поправьте если это не так или вы чего-то не поняли.

— Все верно, она рассказала нам о том, кто вы и зачем сюда пришли, — заговорил Рудэус, вытягивая шею, дабы лучше видеть Рутру. — Однако я не собираюсь помогать вам с убийством моего брата, я не верю ни одному слову Хитогами.

Из-за большого расстояния удивление на лице Рутры, словно он впервые узнал о подобных планах, было едва различимо.

— Кажется произошло недопонимание. Простите мою подопечную, Мор иногда резка в общении и у неё ещё слишком мало опыта, я просил старших пойти с ней, но все они хотели посмотреть на бой с богом меча, вот и пришлось по методу исключения искать крайнего. Вы не подумайте, девушка она отличная, завидная дама, её только ленивый не хвалил, вы бы знали что о ней говорят в её отряде… — Рутра затараторил как из пулемёта, вдаваясь в такие подробности, в которые и не стоило лезть, он этим своим легкословием лишь вгонял девушку рядом с Рудэусом в краску. Парень, кажется, увидел максимальную версию её замкнутости, не когда Мор замкнулась позой, а когда сидит на кресле, поджала к грудям колени и уткнулась в них лицом закрывая красные уши и тихо повторяя: «Замолчи идиот».

Когда иссякла то ли похвала, то ли оправдание, Рудэус, в неловкости своей не одинок, продолжил:

— Я… Я тебя услышал, но тогда скажи где ошиблась Мордред.

— О, все просто. У нас нет намерений вредить Нилрему, я его знаю с детства, он добрый человек, помогал в деревне, организовывал ребят, приучал их к труду, меня в конце концов вылечил от, казалось бы, неизлечимой болезни, — от перечисленного, казалось, совсем скоро голова кругом пойдёт. — Так что ни в коем случае! Мы можем только остановить его, однако и это не основная наша задача. Рыцари круглого стола создавалась как организация из сильных воинов, которые будут прекращать массовые войны. Хитогами же, помог мне найти затерянные таланты. Одни забросили меч из-за смерти близких, другие не могли даже начать свой путь по причине отсутствия возможностей в этом жестоком мире. Видя эту несправедливость, я обязался создать место, где у каждого будет возможность излечить свои душевные травмы, взрастить то, к чему лежит душа. Моей заветной мечтой будет мир, который каждому окажет должное внимание. От каждого по способностям, каждому по потребностям.

«Где-то я уже подобное слыхал» Рудэус закусил губу.

— Ну хорошо, а что с Полями битв?

— Рудэус, Нилрем как-то говорил, что я напоминаю ему тебя, так разве ты не видишь какое искреннее фамильярство, какой излом лицемерия творит ужас в том месте? Не знаю в какие кривые зеркала по утрам смотрят короли и королевы, что видят в них себя с человеческими лицами, но мне известно, к чему подобная жестокость и почему она не оправдана. Они боятся всполоха войны в своей стране, боятся своего свержения ведь людям и другим народам её уже достаточно. Сам посуди, в мире множество чудовищ, чьи силы сдерживают группки добровольцев, искателей приключений и прочих неравнодушных. Да те же драконы, ты представь, если бы вместо регулярных войн человечество объединилось и дало им бой! Вместо сотрудничества и взаимопомощи — распри.

Он сыпал искрами мечтаний, горел желанием спасать, понимать и принимать людей. Рутра — человек, что соткан из неисчерпаемых надежд на чёрствый мир и его неисправимых обитателей. Та детская увлеченность могла забавлять вначале, однако, чем дольше её слушать, тем больше ей поддакивать хотелось, пускай и с кривоватыми намеками на улыбку проговаривая внутренне: «Да, хорошо бы так и сделать, да только…»

Да только многие мечтатели спотыкались о реальность, и чем грандиознее твои грёзы, тем печальнее последствия их срыва.

— Ты говоришь правильные вещи, — Рудэус не стал сразу отрицать те слова которые озвучил Рутра. — Однако мне не близка идея становиться на побегушках у Хитогами, повторю, я ему не верю.

— А я верю, — не согласился Рутра, но если сравнивать с его прошлым, явно искренним напором, то было нечто неестественное, вымученное. В этом предложении было что-то не так. — Он помог мне найти сильных и добрых людей, помог найти утраченные знания прошлого и даже помог найти тебя, Рудэус Грейрат. Хитогами мой друг, как и Нилрем, что спас меня, и если один мой друг скажет, что со вторым вскоре может случится нечто плохое, я буду склонен ему поверить.