Вот, сейчас, во дворе, оба его сына, как и всегда, проводили обычную тренировку, как и всегда, ничего особого не предвещало о дальнейшей беде. С момента начала боя прошло не больше десяти минут, как Рудэус под напором Нилрема использовал магию. Небольшой камешек, что был запущен, щелкнул по лбу Нилрема, а тот возьми и огненный шар пустил в брата.

Отец было чуть не вскрикнул, подняв руки, но все обошлось, и с Рудэусом все было в порядке, тот смог отразить напасть стеной земли.

— Только и умеешь, что защищаться, трус, — задрав нос вверх, хмыкнул Нилрем.

— Эй, так нечестно, мы же на мечах деремся, — взвыл Рудэус уклоняясь от подобного ранее камешка.

— Ты первый начал, а сейчас, познай мое унижение!

Этот диалог с лихвой описывает все, что происходило ранее.

Пол не знал, как подступиться к бушующим магам, без пяти минут святого ранга, дабы и себя не ранить и детей остановить, пока не было поздно, они ведь входили в раж!

Благо, на крыльцо вышла Рокси, ведомая шумом снаружи, уж никак не похожим на звук столкновения деревянных мечей. Она одним своим взглядом остановила Руди, а словом Нила.

Подобно богине из сказаний, что остановила двух монстров, одним своим появлением, Пол, был готов поклясться, что видел за спиной Рокси пару белоснежных крыльев.

— Что вы вытворяете? — вполне приличным тоном спросила магичка, которой впору было паниковать.

— Снег убираем, — беззаботно отчеканил Нилрем, соврал и бровью не повел. Иногда Полу казалось, в его первом сыне взыграла кровь аристократа.

— Вот как, — Рокси отстала от первенца и влепила взгляд на второго. — Рудэус, скажи, что случилось.

Ни для кого не секрет, Рудэус очень привязался к Рокси, и только сам Нилрем знал, в каком плане. Ответь Руди сейчас неправдой, в глазах Пола весь мир пошел бы кувырком.

— Нил, он… Ц! — слава всем богам, Рудэус собирался правдой выбороть для себя место получше, но внезапная боль в ноге от камешка Нилрема, который тот резво наколдовал, спрятав руки за спину, заставила молодого скривиться и укоризненно зыркнуть на брата.

— Нил, что я говорила о боевой магии? — заметив это, Рокси нахмурилась.

Следя за развитием своим первых учеников, Рокси ощущала непомерную гордость, за их прогрессию, все же магичка считала это результатом своих трудов, их достижения, в какой-то мере, она автоматически приписывала себе. Вместе с этим, большая ответственность легла на её хрупкие плечи. Сказать по правде, вначале, Мигурдия боялась, считая мальчиков, ещё слишком неразвитыми (в ментальном плане) для такой большой силы. Наихудшие её опасения сбывались в ученике по имени Нилрем.

Если Рудэус продолжает быть открытым и любопытным мальчонком, пускай и со своими маленькими причудами, то Нилрем, казалось, все сильнее отдаляется от неё, воспринимая Рокси исключительно как учебник, или живое пособие по магии. Он не был плохим или завистливым, но… был другим. Синевласке не хотелось сравнивать, или приводить аналогии кем именно ей видится в будущем Нилрем. Она учтиво закрывала глаза на все, что творит её талантливый неофит.

Его тяга к магии была не меньшей, чем у брата, но если Руди казался светлым, то Нил с каждым месяцем, все больше, подобил тьме.

Мигурдия тяжело вздохнула, смотря на этих ребятишек, что распаляли её сердце авантюриста. Видя их колоссальный прогресс, в ней самой загорался огонёк мага и желание учиться снова и снова, и ведь что-то да получалось. Небольшие сокращения в заклинаниях отзывались теплыми воспоминаниями. О, к этим воспоминаниям она относилась определенно с трепетом и волнением…

— Тебе не нужно называть меня мастером, — коротким тоном произнесла Рокси хватаясь за свою большую остроконечную шляпу, которую намеревался украсть хитрый ветер. — совсем скоро, ты будешь сильнее меня, а называть кого-то слабее — мастер, будет странно.

В тех воспоминаниях, было жарко, впрочем, жара не мешала ей носить все то же платье и прятать лицо за большой шляпой.

— Но я хочу, учитель останется для меня мастером, сколько бы времени не прошло, — молодой Рудэус не видел в словах Рокси того, что она прятала за ними. Свой страх, зависть и немощность. Комплекс неполноценности развивался в ней, как только она представляла какие высоты, ждут её учеников, пусть девушке и было далеко за тридцать. Она видела, что не могла дать мальчикам больше, стать для них путеводной звездой которую они заслужили.

— Ты поймёшь, но не сейчас, позже. И если когда-то, упрёшься в потолок, за теми горами есть академия Ранноа, когда-то я училась там, — уложив руку на русую макушку головы, она потрепала волосы своего любимого ученика, а после оставила его любоваться золотыми полями и белоснежными горами. Ей нравился этот вид, в отличие от родины, где раскаленные пески жгли ступни, крутые скалы затрудняли передвижения, а по местности вокруг поселения, бродили одни опасности.

Пройдя в дом, Мигурдия оперлась о закрытую дверь, а сама со вздохом выставила руку вперёд напрягаясь всем телом. Но, ничего не случилось, а заклинание как ей говорил Рудэус, так и не: «выдавливалось сквозь пальцы». Тогда же, на лицо наползла предательски горькая улыбка.

— Ну да, ну да… — тихо молвила девушка.

— Учитель? — резко подняв взгляд она заметила второго своего ученика. Он сидел на лестнице, и внимательно смотрел на неё. Секундная задержка, и вспыхнувшие пунцовым от смущения щёки были прикрыты большой шляпой.

— Нил, что ты здесь делаешь? Ты что-то хотел? — она не могла поверить, сколь постыдными вещами занималась перед ним.

Её смущение можно сравнить со стыдом подростка у которого нашли давно забытый дневник. Мигурдия лишь слегка крепилась, никто не открыл её «дневник».

— Вижу, у вас проблемы, Учитель, — Нилрем спустился с лестницы и подобрался ближе. — завидуете?

— Н-не понимаю, о чем ты, — вопросы ученика задевали её в самой глубине души, однако признаться себе в том, что Нилрем мог её задеть, казалось позорнее того, чем она неприглядно занималась минуту назад.

— Ну же, тут не в чём себя винить, — его рука схватила шляпу и утянула её вниз, подобно занавеске, обнажая беззащитное лицо учителя и та, могла поклясться, видела не улыбку, но предвкушение. Подобно младенецу, которому приятно лицезреть сверкающую побрякушку, представляя как однажды она окажется у него в руках, так и юный Грейрат, готов был взять в свои руки что-то тяжелое и большое, но от того ещё сильнее желанное. — если попросите, я что-то придумаю.

— Мне… Мне не нужны твои подачки, — вздернув носиком, гордость не позволяла ей в открытую выражать свои желания. Да и как это бы выглядело, если бы она просила учеников в чем-то её подучить? Позор! Это было выше её гордости. Возможно, делай они это по наитию, без прямых слов, она бы приняла тихую помощь, а так…

«Стоп, он…» У Рокси дёрнулся глаз, когда она по-новому посмотрела на Нила. Ей приоткрылась его другая сторона, столь неприкрытое… надменное поведение.

— Ну же, просто попросите, и я все сделаю, — находясь в тени, Нилрем протянул ей руку. Небольшую, тем не менее, казалось, она могла решить её проблемы. Как благодарный ученик, Нилрем считал своим долгом отплатить Рокси. — если хотите, я дам вам силу.

Со стороны это смотрелось до предела странно.

— Я… — Мигурдия замолчала, прикусив язык.

Неуверенно, её рука потянулась к Нилрему, а сердце трепетало в быстром темпе, словно она совершала сделку со Злым Духом или Дьяволом.