— Ну будет вам, будет. — Кажется, Хаас слегка стушевался.

А я просто сняла с пиджака значок победителя турнира и вложила ему в ладонь.

— Вот. Это вам за всё, что вы сделали для нас и других игроков.

— Так, я понял ваш план. — Целитель хмурился, однако взгляд у него стал подозрительно блестящим. — Решили меня растрогать, да? Не получится, я для этого слишком чёрствый сухарь. Поэтому давайте, идите на внутренний двор. Вас уже заждались.

И мы послушались. А во дворе, кроме узора межмирового перехода и десятка поддерживавших его магов, нас встретил распорядитель турнира. И кроме непременной прощальной речи и торжественных рукопожатий вручил каждому по прямоугольной пластинке с вытесненным золотом орнаментом.

— Именной чек на три сотни золотых, действует в большинстве миров Веера, — объяснил он, и у меня наравне со всеми отвисла челюсть. — Видите ли, господин Вараха выдал мне неограниченный кредит для ликвидации последствий, м-м, происшествия в финале турнира. Со своей стороны, я рассудил, что ни от кого не убудет, если вы получите по такому, хм, призу за победу, и господин Вараха одобрил таковое решение.

Я услышала, как Торн пробормотал: «Три сотни золотом! С ума сойти!» — и мысленно с ним согласилась. Для бедняков вроде нас сумма была почти немыслимая.

— Чрезвычайно щедро с вашей стороны, — за всех ответил Фулах. — Остальные участники финала, которые выступали на стороне Элиума, также получат вознаграждение?

— Да, конечно же, — подтвердил распорядитель. — Как и все пострадавшие в момент разрушения Арены. А теперь прошу, — он широким жестом указал на светящийся узор. — Всё как обычно; вас доставит сразу же в порталум Элиума.

Судя по тому, что Фулах слегка приподнял брови, это тоже было из серии аттракционов неслыханной щедрости.

— Благодарю, господин распорядитель. Мы понимаем и ценим, насколько непросто было настроить столь точечную транспортировку. А теперь, — тренер посмотрел на нас, — переход. Я первым, Никольски замыкающим, Ривер идёт перед Картер. Вопросы?

Вопросов не оказалось, и Фулах, ободряюще кивнув, первым шагнул на спираль портала.

Встречали нас не в пример лучше, чем провожали. Стоило мне вывалиться из портала, как по ушам ударили овации и приветственные выкрики. На секунду даже показалось, что я вновь на Арене Смерти, и меня приветствуют иллюзорные зрители, но нет. Это были Элиум, центральная площадь и, кажется, совершенно все адепты академии.

— Гроссмейстер Терри Картер! — громогласно объявил голос ректора, и шум взлетел до таких децибел, что хоть уши затыкай.

К счастью, мой растерянный взгляд наткнулся на стоявших в стороне Фулаха, Ривера и Ричи, совершивших переход раньше. И я, стараясь, чтобы это выглядело не совсем позорно, подошла к ним и целеустремлённо протиснулась к Фулаху за спину.

Ну её на фиг, эту популярность — пусть Ривер за всех отдувается. А у меня (точнее, у Терри) вся эта ситуация вызывала только дискомфорт от аналогии с роковой церемонией поступления.

— Орм Мислерой, тура!

Внимание собравшихся закономерно переключилось на Падавана, и я, выдохнув, наконец нормально осмотрелась из своего убежища.

Незнакомые или смутно знакомые лица адептов — но нормальные, а не тошнотворно неестественные хари фантомов. Знак портала на плотно подогнанных булыжниках двора. Воган на невысокой платформе чуть в стороне; вокруг него — преподаватели. В том числе Сноу с кислейшей миной и заместительница ректора Джесюрон с поджатыми куриной гузкой губами.

— Ли Тивен, офицер!

Из портала появился Братец Лис — в отличие от сдержанного Орма или растерянной меня, он не стеснялся махать встречающим рукой и сиять белозубой улыбкой. Однако стоило ему присоединиться к нам, как заданный вполголоса вопрос прозвучал полностью серьёзно.

— Ханта видели?

— Нет, — так же тихо отозвался Ривер. — А ты заметил?

— Вроде бы мелькнул кто-то похожий. Рядом с ректором и тусовкой.

— Как думаете, — присоединился к разговору Ричи, — он на торжественной церемонии вылезет?

— Если не дурак, то после, — отозвался Ли. — Он и так задолжал серьёзное объяснение, потому попытка примазаться к победе будет выглядеть совсем уж некрасивой.

Между тем портал перенёс Торна, стушевавшегося от обрушившихся на него приветствий ещё больше меня. А последним, как и полагалось, на камни элиумского двора шагнул Джар. Невозмутимо кивнул направо, налево и спокойным шагом подошёл к нам.

Команда была в сборе, пришло время официальных речей.

Воган поднял руку, призывая всех к тишине, и одновременно над академией зазвучал переливчатый звук горна. Не знаю, чем он напомнил мне сигнал к началу партии, но вдоль позвоночника сбежал ручеёк мурашек.

— Судари и сударыни, преподаватели, адепты! — начал ректор обычной формулировки. — Сегодня для академии Элиум настал день, которого не бывало ещё никогда. Сегодня наша команда по боевому шатранжу вернулась с грандиозной победой в самом престижном соревновании Веера миров — Тысячелетнем турнире!

Собравшиеся громыхнули «бурными, продолжительными овациями», как писали когда-то в моём мире. А я вдруг осознала, что феникс на груди почти незаметно потяжелел, да и браслет на левом запястье стал чуточку сильнее оттягивать руку.

Кто-то проверял мою защиту — осторожно, по краешку. Проверял и напоминал: что бы ни рассказывал Воган, ничего ещё не закончилось.

— Я прошу победителей приблизиться!

Фулах двинулся вперёд так, как ходил всегда: мягкой походкой спецназовца на задании. И я поняла, что неосознанно копирую его манеру, как нельзя лучше подходившую моему внутреннему состоянию настороженности. А когда мы выстроились в шеренгу перед платформой с ректором и преподавателями, бросила короткий взгляд на парней и не столько увидела, сколько шестым чувством поняла: они готовы к чему угодно.

В точности, как если бы стояли на начальных позициях клетчатого поля Арены.

— Ещё раз назову тех, кто завоевал для Элиума одно из величайших достижений! — И ректор, не забывая о торжественных паузах, назвал нас всех, после чего продолжил: — С этого момента имена их навеки высечены на стенах Зала Славы! А в выпускных дипломах появятся особые строчки, сообщающие о… да, о настоящем подвиге этих адептов!

«То есть дипломы нам выдадут, — размышляла я, глядя на ректора с отрешённостью, с какой коты смотрят на выступления людей в телевизоре. — Он ведь демиург, значит, обязан играть по правилам. Кстати, а не скрывает ли он своё, м-м, необычное происхождение? По-моему, никто из адептов не в курсе, что ректор — не просто сильный маг. А что насчёт преподавателей?»

— Да пребудет с вами сила магии феникса! И прошу всех в большой пиршественный зал, где наш праздник продолжится!

Ну да, пир на весь мир, речи, расспросы, возможные магические подлянки (я совсем забыла, что место гроссмейстера сделало меня костью в горле у всех популярных девиц академии).

«Божечки-кошечки, можно мне обратно на Рассану? Или хотя бы просто по-тихому свалить в свою комнату?»

Тут я случайно взглянула на Торна и по тоске в его глазах поняла, что как минимум один единомышленник у меня имелся. Но увы, пока о побеге с праздника не могло быть и речи: мы в окружении плотной толпы шли к распахнутым дверям главного корпуса академии. Нас поздравляли, жали руки, слепили улыбками. Я сама не поняла, как у меня в руках оказался настоящий букетище из похожих на георгины цветов.

— Ребята! Тренер! Круто как! Поздравляю!

И очередная прихоть толпы внезапно вытолкнула к нам «пропажу» Ханта.

Планировал он это или так получилось нечаянно? В любом случае на лице у него была написана радость встречи, а если улыбка и казалась чуточку заискивающей, то, возможно, и впрямь казалась.