— Поняла. — Я взяла пузырёк и спрятала в карман куртки. — Спасибо.

Целитель наградил меня укоризненным взглядом.

— За лечение не благодарят. И при всей моей любви к профессии буду чрезвычайно признателен больше никого из вас в лазарете не видеть.

Я спрятала улыбку: вот такое своеобразное пожелание удачи.

— Приложим все усилия, — в свою очередь пообещал за всех Джар.

И, распрощавшись с Хаасом, мы отправились сначала в гардероб, где парни переоделись «в цивильное», а затем в отведённые нашей команде комнаты.

Добрались без неприятных встреч или ещё каких приключений, однако стоило нам войти в гостиную, как тревожно расхаживавший из угла в угол Ли огорошил нас новостью:

— Тренер, проблема! Хант пропал!

«Этого куда ещё черти понесли⁈»

Разумеется, я не знала, что конкретно подумал Фулах, однако не сомневалась: что-то в таком же духе, только с куда большей экспрессией.

Тем не менее вслух он лишь процедил:

— Как пропал? — и «неуследившие» Ричи, Ли и Орм дружно втянули головы в плечи.

— Сказал, что в уборную, — за всех ответил Падаван. — С полчаса назад. А когда мы поняли, что его долго нет, сходили проверить и никого не нашли.

Я отчётливо услышала, как Фулах скрипнул зубами, и подавила желание успокаивающе тронуть его за локоть.

Хотя парни, конечно, зажгли по полной: повезло ещё, что все не сгинули, и мы не застали пустую гостиную.

— Значит так, — тихим и страшным голосом начал тренер, — сейчас я отлучусь, чтобы выяснить, куда исчез Норинг. А вы все, — он обвёл нас взглядом, от которого захотелось присесть и закрыть голову руками, — ждёте здесь. Никаких уборных, поняли? Вернусь — сам буду вас за ручку водить.

«Идиотов малолетних», — мысленно добавила я несказанное, но подразумевавшееся.

Фулах же повернулся к двери, и тогда я впервые услышала, как он непечатно выразился. Потому что в дверном проёме стоял Хант-Топган и недоумённо хлопал ресницами, всем видом выражая крайнее недоумение.

— Тренер? Уже вернулись? Что-то случилось?

«Аминь», — без тени сочувствия подумала я, а Фулах, цапнув «потеряшку» за плечо, втолкнул его в гостиную, захлопнул дверь и почти прорычал:

— Где ты был?

— В уборной. — Хант смотрел честнейшими глазами. — Да в чём дело?

— Не было тебя там, — мрачно возразил Орм. — Мы проверяли.

— В смысле, проверяли? — Топган непонимающе на него воззрился. — Зачем? Я ведь буквально только что вышел!

— На часы взгляни, — напряжённо ответил Ричи.

Хант послушно взглянул на часы и изумился ещё больше:

— Как? Слушайте, ну не мог я настолько из времени выпасть!

«А вот теперь переигрывает, — с рассудочной отстранённостью прокомментировала я. — Самую малость, но Фулах обязан заметить. Вот дерьмо! Как с таким в одной команде играть, спрашивается? Ему же доверять нельзя!»

— Возможно, что и выпал. — Тренер просвечивал Ханта взглядом не хуже, чем рентгеном. — Заклятье пространственно-временнОй лакуны — вещь достаточно сложная и малоизвестная, но не невозможная.

— Зачем кому-то сейчас накладывать его на Ханта? — в свою очередь задал вопрос Ривер. — Это имеет смысл делать непосредственно перед игрой, чтобы лишить нас рыцаря.

— Проба сил, — отозвался Фулах, всё так же не спуская взгляда с Топгана. — Желание внести недоверие в наши ряды. Попытка устрашения. Вариантов хватает. Потому больше никто никуда в одиночку не отлучается, ясно? И любые отлучки только с моего ведома. Все услышали?

Мы отозвались подтверждающими возгласами, и тренер, кивнув, бросил Ханту:

— А теперь двести отжиманий — исключительно для профилактики желания совершать глупости. Начинай.

Я видела, что Хант собирался воспротивиться, однако благоразумие взяло верх. Потому он молча опустился в планку и принялся мерно отжиматься.

Стук раздался где-то на сто семидесятом отжимании. Не переставая считать, Фулах магией открыл дверь и бросил вошедшей Эрре:

— Немного подождите.

Сопровождающая молча встала у порога и с любопытством стала наблюдать за уже откровенно уморившимся Хантом.

— Двести. Достаточно, — наконец закончил экзекуцию Фулах, и Топган буквально рухнул на пол.

Тренер же с видом, что не происходит ничего необычного, повернулся к посетительнице и произнёс:

— Слушаю вас.

— Господин председатель готов встретиться с вами, — ответила сопровождающая. — Мне поручено вас проводить.

— Превосходно, — кивнул Фулах, однако лицо его не посветлело и на люмен. Взглянул на нас и с прежней жёсткостью повторил: — Всем оставаться здесь. За Картер и друг за друга отвечаете головами. Я вернусь так скоро, как смогу.

— А можно с вами?

Зачем я это ляпнула? Да, мне было тревожно, что он отправляется к Кракену один — глядишь, против двоих председатель поостерёгся бы делать подлости.

С другой стороны, какой от меня мог быть толк? Без магии-то. И потому, сообразив последнее, я торопливо прибавила:

— Или пусть Ривер пойдёт.

— Я готов, — без промедления сделал тот шаг вперёд, однако Фулах остановил его отрицательным жестом.

Уронил:

— Нет необходимости, — однако взгляд его самую малость потеплел.

Кивнул Эрре, и они вышли из гостиной.

— Не переживай. — Мне на плечо легла ладонь Джара. — Тренера легко не возьмёшь, а тебе целитель запретил волноваться.

— Если вернётся не он, мы узнаем, — подтвердил серьёзно-пасмурный Ривер, чётко считав мой главный страх.

Бросил взгляд на Топгана, до сих пор лежавшего лицом в пол, и обратился к остальным:

— Ладно, теперь рассказывайте, что здесь было, кроме пропажи Ханта. Есть что-то важное по игре?

Фулах вернулся собой — каким-то иррациональным образом я поняла это даже без едва заметного кивка Ривера. И новости принёс неутешительные: на Арене мне категорически запрещалось использовать защитный амулет и вообще любые мало-мальски магические артефакты.

«Что и требовалось доказать», — хмуро подумала я, а Фулах продолжил:

— Тем не менее у нас есть запись игры Даркейн — Кассандр и досье на игроков Даркейна. С досье на адептов Маппета, к сожалению, ничего не вышло. Харраш — мир, где находится академия Маппет, — закрыт для свободного посещения, а сведения из его академий достать почти невозможно. Если бы список команд турнира был известен заранее, возможно, получилось бы подготовиться… Однако придётся работать с тем, что есть: официальной информацией об умениях игроков и собственным впечатлением от их игры.

На этом Фулах выдал нам папку с файлами на игроков Даркейна, а после того как каждый ознакомился с документами, включил запись пропущенной нами игры.

И если читая сухие фразы из характеристик, я ещё могла предаваться каким-то иллюзиям, демонстрация умений в деле безжалостно разбила их о суровую реальность.

Потому что Даркейн играл, может, и не особенно искусно, но однозначно жёстко и использовал такие заклятия, что у меня порой волосы шевелились. Чего стоили одни змеи (или какая-то похожая дрянь), оплетавшие жертву так, что оставался сплошной шевелящийся клубок! И теперь понятно было, что Ричи не напрасно опасался встретиться с Даркейном на одной доске.

«Сто процентов, демиурги подсунут их, — думала я, наблюдая за игрой со всё большей безнадёгой. — Обыграть гроссмейстера в обычный шатранж, пожалуй, ещё было бы возможно. Но выстоять против таких заклятий? Это же жесть жестокая!»

Но вот запись подошла к концу, и тренер обыденным тоном сообщил:

— Сейчас мы идём на ужин, вы немного утрамбовываете полученную информацию, и мы решаем, кого из игроков Вариора берём на место Торна. Затем я привожу его, и все вместе обсуждаем стратегии игры с каждым из потенциальных противников. Вопросы?

Вопросов, естественно, не оказалось, и мы, несмотря на порядочный голод, не пошли, а потащились в столовую — игра Даркейна произвела впечатление абсолютно на всех.